40-дневная операция по «приближению мира» завершена: стали ли мы ближе к окончанию войны
Сегодня, 4 августа 2026 года, исполняется ровно 40 дней с того момента, как президент Владимир Зеленский санкционировал Службе безопасности Украины проведение «операции по оказанию влияния на государство-агрессора с целью побуждения к прекращению войны». Тогда, в конце июня, это заявление прозвучало как вызов — и одновременно как сигнал о том, что у Украины якобы есть четкий план системного давления на Россию.
Деталей президент не раскрывал, но впоследствии стало ясно: речь шла о серии дальнобойных ударов по нефтеперерабатывающим заводам, нефтебазам, логистическим центрам, аэродромам и другим объектам в глубине России и на временно оккупированных территориях. Издание UA.News проводило отдельный анализ этих процессов ровно две недели назад, в самый разгар 40-дневной операции.
За эти 40 дней произошло немалое. Горели НПЗ в Саратове, Татарстане, Уфе, Ярославле, Омске, Санкт-Петербурге, Сизране и многих других местах. Гордели нефтебазы в Ставропольском крае, Подмосковье, Калужской области и т. д. Взрывались склады боеприпасов в оккупированных Донецке и Енакиево. Были также попытки массированных атак на Москву и Подмосковье. Горели огромные склады Wildberries буквально в десятках мест, горел логистический комплекс «Южные Врата» под Домодедово. Удары пришлись и на объекты энергетической инфраструктуры — ТЭЦ в Белгороде и Липецке, электроподстанции в Крыму.
Все вышеперечисленное, без всяких сомнений, выглядит очень эффектно. Но эффективно ли? Удалось ли достичь заявленной цели — вот главный вопрос, на который сегодня, в последний день 40-дневного срока, стоит попытаться ответить. Подробнее — в материале UA.News.
Что удалось, а что — нет: итоги операции
Несомненно, эта 40-дневная операция достигла определённых успехов. Удары по российским НПЗ усугубили крупнейший топливный кризис в России за последние десятилетия. Во многих регионах возник серьёзный дефицит бензина. В некотором смысле эти удары пошатнули негласный «социальный контракт» между Кремлем и российским обществом, который долгое время основывался на принципе «экономическая стабильность и относительное благополучие в обмен на ограничение политических свобод» — хотя так в целом можно говорить обо всех годах войны. А удары по логистическим центрам нанесли значительный ущерб российскому крупному бизнесу: уничтожение складов Wildberries стало болезненным ударом по потребительскому рынку, а тысячи малых предприятий вынуждены закрыться или ограничить работу.
И в целом так можно сказать о каждом успешном ударе: то, что долетело до России и не было сбито их средствами ПВО, обычно попадало в цель и вызывало серьёзные локальные проблемы для местных властей. Однако эти тактические успехи пока не превратились в какие-либо стратегические сдвиги.
Первоначальный шок и проблемы, вызванные ударами по НПЗ, российским властям уже удалось как минимум частично решить, и топливный кризис, хотя и по-прежнему остается актуальным для России, пошел на спад. При этом отдельные эксперты уже говорят о том, что вскоре топливный кризис вернётся в Украину из-за того, что враг сотнями уничтожает отечественные АЗС. Уже сейчас ощутимо выросли цены на украинских заправках, а вопрос их защиты от дронов становится все более актуальным.
В Крыму и на других оккупированных территориях ситуация остается сложной: из-за «мидлстрайков» там проблемы не только с топливом, но и с электроэнергией. Те же крымчане неделями сидят de facto без света, так же, как зимой это делали одесситы, киевляне и жители других городов. Но в целом внутренняя дестабилизация в России, на которую, очевидно, в очередной раз рассчитывали в Киеве, не произошла. Массовых протестов или бунтов не зафиксировано. Власти как-то, но контролируют ситуацию, а Путин остаётся в глазах россиян и российских элит «тефлоновым»: никакая «грязь» из-за бытовых неудобств и проблем обычных жителей РФ к нему не прилипает. По крайней мере, публично.
Ситуация на фронте также не претерпела никаких фундаментальных изменений за эти 40 дней. Украинской армии не удалось осуществить масштабных наступательных прорывов. Российская армия, хотя и продолжает продвигаться на отдельных направлениях (очень медленно), тоже не демонстрирует каких-либо объективных успехов. То есть ни тыловая, ни военная ситуация для Путина не являются настолько угрожающими, чтобы идти на какие-либо уступки. А проблемы индейцев шерифа, по классике, не волнуют.
Цена, которую заплатила Украина
Хуже всего то, что у этой операции была и обратная сторона — и она оказалась болезненной для самой Украины. В ответ на украинские атаки по зерновому и топливному экспорту РФ в Черном и Азовском морях Россия ввела полную морскую блокаду украинских портов. Это стало, по сути, самой серьёзной экономической проблемой для Киева, ведь удар по экспортному потенциалу страны имеет очень долгосрочные последствия.
Россия также усилила массированные удары по территории Украины: прежде всего по Киеву, но сильно страдают и многие другие города. Особую угрозу представляют реактивные «Шахеды» и новейшие «Бандероли», которые украинской ПВО сбить чрезвычайно трудно. Каждый раз или почти каждый раз после таких ударов гибнут люди, которые могли бы жить, получают травмы те, кто должен был бы быть здоровыми. Украина несет большие потери от ударов по своим товарным и почтовым складам (например, по «Новой почте», ROZETKA или складу «Ласунки» в Одессе), а также по АЗС, которые уничтожаются сотнями.
То есть операция, целью которой было «подтолкнуть Россию к миру», привела исключительно к эскалации с обеих сторон. Каждая сторона отвечает на масштабные удары ещё более масштабными ударами, и что самое ужасное: в этом противостоянии в первую очередь страдают не комбатанты, не профессиональные военные на поле боя, а обычные мирные жители в своих домах, на детских площадках и т. д. Война между двумя государствами и двумя большими армиями давно превратилась прежде всего в войну против народов друг друга.
Нельзя также сказать, что дела на внешнеполитическом направлении идут как-то удачно. Да, Трамп больше не давит на Киев в вопросе мирных переговоров и, похоже, вообще никак на него не влияет. Вместе с тем украинские власти, несмотря на огромные усилия и личный визит Зеленского в Белый дом, так и не смогли добиться от США поставки новых ракет для систем Patriot, в которых Киев остро нуждается для защиты от баллистических ударов. А обещание предоставить Украине лицензии на производство этих ракет пока остаётся лишь обещанием.
Отдельное направление — попытка получить разрешение на использование Starlink на территории РФ. Как говорят, Зеленский пытался добиться от Трампа и Маска снятия ограничений, чтобы использовать спутниковую сеть для наведения дронов на пусковые установки баллистических ракет в глубине России. Украина хочет использовать Starlink для уничтожения именно пусковых установок, которые Россия применяет для нанесения ударов по украинским городам. Однако в США не дали четкого ответа, что ставит под сомнение будущее этого плана. До сих пор же Илон Маск разрешал Украине использовать Starlink исключительно на собственной территории.
Сейчас же Вашингтон, скорее всего, просто не желает заниматься украинскими делами. Он отказался от давления как на Киев, так и на Москву — равно как и от какой-либо помощи обеим сторонам. «Я больше года пытался вас помирить, а вы хотите продолжать войну — ну так воюйте хоть до скончания веков», — скорее всего, именно в такой логике думает и действует сегодня Дональд Трамп.
Риторика против реальности: есть ли шанс на мир?
На фоне всех событий, развернувшихся за последние 40 дней, заявления лидеров обеих стран не выглядят обнадеживающими. С одной стороны, Зеленский вчера публично предложил любые форматы прекращения огня, в частности перемирие в воздушном пространстве и энергетической сфере. С другой стороны, президент уже заявил о согласовании плана новых ударов по РФ. А Путин в очередной раз отверг идею заморозки войны, вместо этого дав понять, что РФ планирует воевать еще как минимум три года и хочет «достичь всех целей» в Украине.
Итак, прошло 40 дней. Операция влияния официально завершена. Что можно сказать по итогам?
Во-первых, эта операция определенно была эффектной. Украина продемонстрировала способность наносить удары вглубь России — вплоть до Омска в Сибири. Горели НПЗ, нефтебазы, склады, аэродромы и т. д. Война неизбежно переносится на российскую территорию.
Во-вторых, операция не оказалась эффективной. Она не привела к фундаментальным изменениям на фронте, не вызвала внутренней дестабилизации в России, не заставила Кремль сесть за стол переговоров. Топливный кризис удалось частично преодолеть, экономика не рухнула, протестов не произошло. То есть именно с точки зрения эффективности — речь шла о «принуждении России к миру» — сказать нечего: никакого мира, разумеется, это не принесло.
В-третьих, операция обошлась самой Украине дорого. Морская блокада портов, массированные и неизбирательные ракетно-дроновые удары в ответ, потери и ранения среди мирного населения — вот какова была цена.
И самое главное: к большому сожалению, никто не стал ближе к миру. Создается впечатление, что, наоборот, все стали даже дальше. Обе стороны всё больше погружаются в эскалацию. Новости из обеих стран напоминают какой-то апокалипсис: постоянно что-то горит, прилетает, взрывается, в лужах крови лежат раненые и погибшие и т. д. Это абсолютно нездоровый новостной поток, который не приводит ни к чему, кроме дальнейшей радикализации обществ, роста толерантности к смертям и разрушениям. А впереди нас ждет еще и зима, которая, по многочисленным прогнозам, может стать «самой тяжелой» (снова!) из-за массированных ударов РФ по энергетической инфраструктуре.
Именно поэтому лучший вариант для всех — немедленная деэскалация, возобновление политического диалога с участием международных партнеров и посредников, а также достижение мира или хотя бы ситуативного перемирия/прекращения огня/любой формы «заморозки» и т. д.
Но, к сожалению, сегодня всё это скорее фантазии и мечты, которые абсолютно не соответствуют реальности. Поэтому, хотя 40-дневная операция воздействия осталась позади, война стала только ещё более тотальной. И хуже всего то, что никаких признаков и перспектив её завершения сегодня просто не существует.
