Аптека на колёсах - в Мелитополь везут новый элемент оккупационного "шапито"
В Мелитополь уже привозили автолавки, "клубы и медпункты на колёсах. Теперь к этому набору "богатой русской жизни" в оккупации добавят ещё и передвижные аптеки.
Путин подписал закон об эксперименте по продаже лекарств из мобильных аптек:
- В России с 1 сентября запустят эксперимент по продаже лекарств из передвижных аптек. Закон о федеральном эксперименте по розничной торговле лекарствами в передвижных аптеках на территориях, где нет постоянно действующих аптек, подписал Путин. Приобрести в таких аптеках можно будет не только самые распространенные лекарственные препараты, но и редкие - под заказ. Однако там нельзя будет купить лекарства, которые содержат наркотические средства, психотропные и сильнодействующие вещества, - пишут в пропагандистких источниках.
То есть официально эксперимент объясняют заботой о территориях без стационарных аптек. Проблема лишь в том, что в Мелитополе речь идёт не о глухих сёлах посреди тайги. Аптеки есть. Другое дело - высокие цены не медикаменты, дефицит качественных и эффективных лекарств и проблемы с наличием вакцины, ряда жизненнонебходимых препаратов, таких, как инсулин. РИА Пивдень уже писал, что даже дети с инвалидностью в Мелитополе не могут получить необходимые льготные лекарства.
Читайте также: «Света нет, теперь отключат и газ»: жители Мелитополя готовятся к полной энергетической блокаде
Но вместо решения системных проблем появляется очередной формат "на колёсах". И, кстати, сложно не заметить закономерность. Сначала в оккупацию завезли пропагандистские автоклубы. Потом начали продвигать мобильную торговлю вместо развития нормальной рыночной инфраструктуры. Теперь очередь дошла до лекарств. То есть вместо стабильной системы - временная конструкция на колёсах.
Идея мобильных аптек в самой России действительно обсуждается, но в первую очередь как решение для отдалённых населённых пунктов без доступа к аптечным пунктам. В Мелитополе же это скорее выглядит как адаптация дефицита под новую упаковку — когда доступ к лекарствам становится не гарантией системы, а вопросом того, приедет ли сегодня передвижная точка или нет.