Чего ждать от нового премьер-министра Великобритании

Энди Бернэм, энергичный бывший мэр второго по значимости города Великобритании, Манчестера, посетив Букингемский дворец, чтобы получить подтверждение от короля Карла на пост премьер-министра Великобритании, будет знать три важных вещи. Он будет знать, что для того, чтобы превзойти своего скучного предшественника, сэра Кира Стармера, ему придется стать мастером коммуникации, создавая впечатление, что у него есть четкий план правительства, даже если он еще его не разработал. Он будет знать, что ему больше не нужно льстить Дональду Трампу, поскольку это стало токсичным в британской политике. Но, наконец, он будет знать, что его главный соперник, крайне правый антиевропейский Найджел Фарадж, ухватится за любой признак того, что Бернэм возвращает Великобританию в ЕС, даже если опросы показывают, что общественное мнение стало значительно более проевропейским. Именно в этом странном противоречии кроется решение проблем Великобритании, если ныне популярный Бернэм сможет его понять.

Соединенное Королевство раньше гордилось своей скучной стабильностью и стабильностью политики. Однако тот факт, что Бернхэм станет седьмым премьер-министром за десятилетие, по сравнению с всего шестью за предыдущие 40 лет, говорит о том, что политика Великобритании становится все более европейской. Во Франции сейчас девятый премьер-министр за десятилетие, а в Италии – пятый.

Нестабильность в Великобритании отражает экономическую стагнацию и вызванные ею социальные волнения, которые обеспечили Найджелу Фараджу и его Партии реформ явное лидерство в опросах общественного мнения. Застой в уровне жизни усугубился после Brexit, но он начался не в 2016 году: он начался с глобального финансового кризиса 2007-2008 годов, который сильнее всего ударил по Соединенному Королевству из-за его зависимости от финансовых услуг.

Теперь Великобритания, подобно Франции, оказалась в ловушке из-за высокого долга, который оставляет мало места для государственных инвестиций, необходимых для стимулирования роста. Экономические показатели Великобритании не хуже, чем у Италии, но, в отличие от Италии, она не получила крупных вливаний европейских фондов для ремонта инфраструктуры и улучшения общественного настроения. Одним из немногих успехов Стармера стало значительное сокращение иммиграции, но ни он, ни Лейбористская партия не получили за это должного признания. Недовольное общество хочет найти виновного в своих бедах, а иммигранты всегда являются удобной мишенью.

Если молодой и красноречивый Эммануэль Макрон не смог преобразовать Францию ​​за девять лет своего президентства и вероятно не сможет предотвратить приход к власти правых популистов в следующем году, то какие шансы у столь же красноречивого (хотя и менее молодого; ему 56 лет) Энди Бернхема в Великобритании? У Бернхема есть опыт работы в правительстве, он занимал должности в лейбористских правительствах во главе с Тони Блэром и Гордоном Брауном в 1997-2010 годах. Его срок на посту мэра Манчестера был успешным, совпав с новым периодом процветания этого ранее депрессивного северного города. Но управлять страной будет гораздо сложнее, чем управлять городом.

Часть решения проблемы должна заключаться в красноречии: если Стармер был скучным и не имел четкого плана, то Бернхэм обещает быть энергичным, оптимистичным и полным интересных идей, например, о сокращении чрезмерной централизации в Великобритании и строительстве большего количества государственного жилья. Но ему также потребуется мужество, чтобы воплотить эти идеи в жизнь, особенно в решении двух крупнейших источников нестабильности в Великобритании.

Во-первых, это избирательная система. Причина, по которой Фарадж и его Партия реформ представляют серьезную угрозу, несмотря на то, что большинство избирателей считают Brexit ошибкой, заключается в том, что правила выборов по одномандатным округам, где тот, кто побеждает, получает все, позволяют получить значительное парламентское большинство, набрав чуть более трети голосов избирателей. В настоящее время рейтинг Фараджа составляет чуть менее 25%. Теперь, когда британские политические партии стали более раздробленными, а не доминируемыми лейбористами и консерваторами, как это было в течение последнего столетия, настало время для более пропорциональной избирательной системы. Для этого потребуется референдум, который невозможно провести к выборам 2029 года. Но, начав дискуссию и пообещав реформу, Бернхэм мог бы заручиться широкой поддержкой, которая помогла бы ему победить Фараджа.

Другой источник нестабильности — плохие отношения Великобритании с ЕС, который остается крупнейшим торговым партнером страны. Возвращение в ЕС станет невозможным до тех пор, пока избирательная реформа не стабилизирует политическую ситуацию в Великобритании. Однако Бернхэм, который заявляет о своей проевропейской позиции, тем не менее, может проявить смелость, начав переговоры о возвращении на единый рынок ЕС, что снизит барьеры для британского экспорта, или пообещав сделать это после выборов 2029 года.

Выбор времени для Бернхема может оказаться удачным: он вступает в должность как раз в тот момент, когда Найджел Фарадж находится в политическом затруднении из-за скандала с тайными политическими пожертвованиями, и когда Партия реформ Фараджа сталкивается с вызовом со стороны другой новой антииммигрантской партии, которая обещает расколоть голоса экстремистов. Всем премьер-министрам нужна удача. Но они также должны быть достаточно умными и ловкими, чтобы ею воспользоваться.

Согласно опросу Politico Europe, текущий рейтинг партии «Реформы» составляет 24%, тогда как пиковый показатель в июле-августе прошлого года, составлял чуть более 30%. В свою очередь, рейтинг её крайне правого соперника, партии «Restore», — 3%. В последние месяцы рейтинги как лейбористов, так и консерваторов выросли.