Чтобы прилетел «белый лебедь». Андрей Бондарь — о том, чем может завершиться украинско-польский конфликт
Нужно, чтобы прилетел «белый лебедь»
То, в чем нас упрекают поляки — а именно в глорификации УПА, — на самом деле глорификацией не является. Ведь ни один из лидеров УПА до сих пор не попал на банкноты и монеты Национального банка Украины. На них по-прежнему изображены два князя, два гетмана, историк, три поэта (четвертый — на подходе), философ и светило науки.
Кроме того, никто из лидеров УПА не имеет официального статуса Героя Украины. Тот статус, которым они обладают, — это скорее признание их заслуг перед историей, но отнюдь не прославление или превращение в «бронзовые» монументы. Ведь Шухевич, Бандера и Мельник — это не только наша история, но и наша современность.
Этого категорически не понять ни полякам, ни россиянам. Это могут понять только белорусы. Ведь если бы у нас не было Шухевича, Бандеры и Мельника, мы бы сегодня были точно такими же, как они — объектом чужих манипуляций под пятой империи.
Это могут понять только белорусы.
Просто для такого понимания нужно немного выйти за рамки обид и ресентимента, а главное — попытаться не строить на них исключительно свою текущую национальную политику. А для этого нужно закопать гроб Дмовского и снова откопать гроб Пилсудского (здесь «закопать» и «откопать» — метафора и аллюзия на известную фразу Гедройца о том, что Польшей управляют два гроба: Дмовского и Пилсудского). Чтобы снова не пришлось устраивать на Висле — скажем, в 2027 или 2028 году — ремейк «чуда на Ирпене» 2022 года.
И только сегодня я понял, что для завершения польско-украинского конфликта вокруг исторической памяти нужно немногое — чтобы прилетел «белый лебедь».
В отличие от теории лебедя черного, теория «белого лебедя» одним взмахом своего нежного крыла докажет, что реальность гораздо стабильнее, чем мы все опасались, и что избиратели Конфедерации и ПиС уже в 2028 году, после выборов в Сейм, с радостью отправятся собирать клубнику и работать таксистами по ночам вместо ненавистных украинцев (которых они выдворят в Германию или вернут в Украину), — вместо того чтобы строить бараки для чужой армии, которая внезапно придет из Калининградской области и вновь сделает их историческую память менее избирательной, чем сегодня.
Текст публикуется с разрешения автора