Иллюзия деэскалации в Ормузском проливе
Энергетические рынки с энтузиазмом восприняли субботние новости: США приостановили атаки на Иран, а Тегеран в ответ прекратил ответные меры против стран Персидского залива, на территории которых расположены американские базы.
Хотя в Персидском заливе во второй раз за последние полтора месяца прекратились боевые действия, а индексы цен на нефть и газ реагируют с безудержным оптимизмом, надежды на скорое изменение хода войны и возобновление работы Ормузского пролива практически нет.
В течение этих месяцев войны энергетическая геополитика, напротив, оказалась мощным политическим и военным инструментом. Вместо того чтобы обещать волшебное краткосрочное облегчение, нынешний сценарий указывает на дальнейшую эскалацию использования энергетики как инструмента конфронтации между региональными игроками.
Посол США в ООН Майк Уолц сегодня часто появлялся в новостных репортажах после своего выступления на программе «Face the Nation». В эфире телеканала CBS Уолц заявил, что Вашингтон «даёт дипломатии немного пространства» и «немного времени» для работы, изобразив Трампа как «президента мира» и отметив, что Трамп «даёт дипломатии шанс».
Уолц на этом не остановился, обрушившись с критикой на, как он назвал, «бессмысленные» слухи в СМИ, предполагавшие, что Трамп решил приостановить эскалацию из-за опасений по поводу сокращения запасов боеприпасов.
Согласно сообщениям различных СМИ, в прошлую пятницу была отменена интенсификация ударов, чтобы дать возможность продолжить дипломатические переговоры, а также потому, что дальнейшие атаки серьезно истощили бы сокращающиеся запасы систем ПВО Patriot, THAAD и других, которые США используют для противодействия иранским ударам по региональным базам. Трамп лично вмешался, заявив очевидное — что у США «гораздо больше боеприпасов, чем у кого-либо в мире», в то время как его и госсекретаря Рубио описывают как «умоляющего» Тегеран о сделке по прекращению войны.
Состояние ключевых боеприпасов (на 21 апреля 2026 г.) Источник: CSIS
Эта оценка прямо противоречит мнению независимых аналитиков, которые всего 10 дней назад отметили, что если война продолжится в темпах середины июля, то «это сократит запасы настолько, что возникнет новый, более высокий уровень риска… в Индо-Тихоокеанском регионе», что фактически уменьшит возможности Вашингтона по проецированию силы по отношению к своему главному сопернику, Китаю.
Приведенная выше таблица говорит сама за себя. Несмотря на оценку министра обороны Питера Хегсета о том, что иранские баллистические ракеты были «функционально уничтожены», имеющиеся данные свидетельствуют о том, что на самом деле именно США сталкиваются с ограниченной оперативной гибкостью при защите своих позиций в регионе.
Фактически, для достижения уровня, позволяющего поддерживать более масштабные операции США, некоторым из этих систем перехвата потребуется несколько месяцев, а поставки дополнительных систем THAAD ожидаются не раньше конца 2026 года.
В итоге, на пополнение этих запасов уйдут годы, и это обстоятельство делает критически важную инфраструктуру, находящуюся в руках США и их союзников в Персидском заливе, уязвимой для непрекращающихся угроз иранских дронов и баллистических ракет.
Война на очередном перекрестке
Стратегическая двусмысленность в словах Уолца едва ли удивительна для нынешней администрации США. Однако она подчеркивает, что интенсивные военно-морские удары по иранским объектам за последние две недели не принесли решающего результата.
Вашингтон снова оказался на перепутье. С одной стороны, он может направить на театр военных действий дополнительные боеприпасы и заставить Иран принять жесткие условия, главным из которых является возобновление работы Ормузского пролива.
Уолц заявил, что «в регион перебрасываются дополнительные военные силы». Эта оценка подтверждается различными источниками: в регионе развернуты силы специальных операций, а истребители и бомбардировщики приведены в состояние повышенной боевой готовности на базах по всей Европе.
Параллельно дополнительные медицинские работники были направлены в немецкий региональный медицинский центр Ландштуль, где американские военнослужащие, раненые в ходе операций на Ближнем Востоке, получают первую помощь перед эвакуацией в США. Эта деталь красноречиво говорит о человеческих жертвах, которые понесла администрация Трампа, и подчеркивает политические последствия, если эта военная кампания не достигнет своих стратегических целей.
Альтернативный вариант — дипломатия, — перспектива, которая еще несколько дней назад казалась маловероятной, вновь обсуждается как Вашингтоном, так и Тегераном. «Поскольку наша стратегия по сути носила ответный характер, мы также приостановили наши ответные операции», — отметил представитель иранской армии Мохаммед Акраминия.
Аналогичным образом, представитель Министерства иностранных дел Ирана Эсмаил Бакаи заявил телеканалу «Аль-Джаазера»: «Американцы испытывают трудности в сложившейся ситуации, они сами к этому привели. Они сделали это, и теперь они в тупике», — тем самым дав понять, что любое окончательное прекращение боевых действий будет зависеть от основных национальных интересов Ирана.
Признаков окончания энергетической войны нет
На фоне обострения боевых действий в Персидском заливе, на фоне растущих опасений по поводу структурного дефицита мировых запасов нефти и газа, исполнительный директор IEA Фатих Бироль предупредил, что «нет места самоуспокоению в вопросах нефтяной безопасности» в условиях продолжающейся эскалации и «продолжающегося сокращения доступных коммерческих запасов». Между тем, «дальнейшие задержки в возобновлении экспорта [СПГ] из Персидского залива рискуют дольше сохранять напряженность на рынках», что может иметь серьезные последствия для пополнения запасов газа в Европе.
Если верно, что за прошедшие выходные не было сообщений о прямых попаданиях в суда, следующие через Ормузский пролив, то танкер взорвался после попадания на мину, когда дрейфовал за пределами обозначенного Ираном северного маршрута, не согласовав действия с Управлением по делам Персидского залива при Тегеране.
Этот инцидент подчеркивает сохраняющиеся риски для судоходства по перевозке нефти и СПГ в регионе. Он также подтверждает неоднократные предупреждения Ирана о необходимости избегать как традиционного центрального маршрута через Ормузский пролив, так и контролируемого Оманом южного маршрута, которым пользовалось так много судов в дни, предшествовавшие возобновлению конфликта.
Разрыв между структурными и рыночными сигналами был особенно очевиден в понедельник, когда рынки двигались вниз, а цены на нефть и газ резко упали на фоне необоснованного оптимизма, связанного с приостановкой ударов США.
Фьючерсы на нефть марки Brent
Фьючерсы на природный газ TTF в Нидерландах
В эти крайне неопределенные дни основные мировые нефтяные и газовые индексы ЕС нечасто движутся в одном направлении. Именно поэтому диапазон -6,6%/-7,3% настолько особенный, что позволяет расти спекуляциям о том, что рынок устал от слова «мир» в контексте американо-иранского конфликта, и что слово «дипломатия» оказывает столь иррациональное и чрезмерно оптимистичное положительное влияние на цены.
По сути, дипломатия предполагает противоположное оптимизму.
Хотя Бакаи заявил, что Иран не заинтересован в возобновлении дипломатических переговоров, иранские информационные агентства продолжают хвастаться тем, что «нарушители» — всего шесть судов — были вынуждены развернуться в понедельник, пытаясь пересечь Ормузский пролив без разрешения, заявляя, что «маршрут движения в Ормузском проливе — это маршрут, указанный Ираном, а другие маршруты невозможны».
С другой стороны, Центральное командование США заявляет, что блокада иранских портов остается в силе. С момента ее возобновления блокады ВМС США в Аравийском море перенаправили 12 коммерческих судов, вывели из строя 2, включая мозамбикский танкер для перевозки сырой нефти Lavine, и провели досмотр еще 2 судов для обеспечения полного соблюдения блокады, в том числе танкера Charminar под флагом Коморских островов.
Основные узкие места и энергетическая инфраструктура в Персидском заливе и Красном море. Источник: Центральное разведывательное управление США, Министерство энергетики США, Bloomberg.
Поскольку Ормузский пролив фактически заблокирован для транзита, не скоординированного Ираном, и США приостановили военные попытки насильственного открытия его, мало что указывает на то, что пауза в авиаударах и дипломатической фазе убедит Тегеран смягчить свою позицию в отношении пролива и снизить свои претензии на контроль над ним.
В сочетании с параллельным конфликтом между Саудовской Аравией и силами хуситов, нарушающими торговые пути в Красном море, все элементы, похоже, создают предпосылки для резкого повышения мировых цен на энергоносители, как только нынешний дипломатический этап достигнет своего предела.