Как Путин и Трамп об этом забыли. Что поможет Зеленскому в переговорах о мире, — американский аналитик
Территория не может быть «продана» элитами
На Киев сейчас оказывают все большее давление, пытаясь заставить его принять соглашение с Москвой. Но при этом необходимо открыто заявить: ни один иностранный политик — будь то американский, европейский или российский — не вправе распоряжаться украинской землей. Делать это могут только сами украинцы. И если во время обсуждения когда-либо будет поднят вопрос территориальных уступок, президент Владимир Зеленский несет конституционное, демократическое и моральное обязательство — вынести его на всенародное обсуждение через национальный референдум.
Дебаты усилились после того, как президент США Дональд Трамп представил состоящее из 28 пунктов мирное предложение, чтобы урегулировать войну между Украиной и Россией. Этот план предусматривал, что Украина признает Крым, Луганск и Донецк «фактически российскими». Он замораживает линии фронта на Херсонщине и в Запорожской области, фактически закрепляя контроль России над оккупированными территориями. Украинские войска должны отойти с тех частей Донецкой области, которые они сейчас контролируют, и эти территории должны превратиться в «нейтральную», демилитаризованную буферную зону. Это не мирный план — это территориальный демонтаж. И это требует от Украины принять — через молчание или под давлением — то, чему она долгие годы противостояла.
Зеленский раскритиковал это предложение, называя территориальное условие «главной проблемой» всей этой схемы. Он подчеркнул жёсткий выбор: принять унижение и потерю земель или рискнуть потерей ключевого партнёра в Вашингтоне. Трамп указал, что его план не является «окончательным предложением», но его посыл очевиден: от Украины ожидается уступка того, что Россия захватила силой.
От Украины ожидается уступка того, что Россия захватила силой
Но существует ещё более глубокая опасность, скрытая в этих условиях — та, которая выходит за пределы Украины и угрожает всей международной системе. Если Киев согласится на территориальные уступки под военным и дипломатическим давлением, Москва добьётся успеха в навязывании своей «новой теории самоопределения»: идеи о том, что этнические или языковые группы можно «освобождать» посредством вторжения и аннексии. Это не самоопределение — это империализм, замаскированный правовой риторикой. И если это сработает в Украине, то станет прецедентом, которым Россия и некоторые государства на Ближнем Востоке смогут пользоваться где-то еще, а другие ревизионистские державы быстро последуют этому примеру. Территориальные изменения путем завоевания станут нормой, будут узаконены и экспортированы.
В такой исторический момент — когда под угрозой стоит само существование Украины как суверенного государства — Зеленскому не нужно вести переговоры, опираясь исключительно на предпочтения иностранных лидеров. Он может опереться на нечто гораздо более мощное: на Конституцию Украины.
Статья 73 Конституции Украины однозначна: любое изменение территории Украины может быть одобрено исключительно через общенациональный референдум. Это одно из самых сильных положений о народном суверенитете среди современных конституций. Ни украинский президент, ни парламент, ни иностранный переговорщик не могут законно изменить границы Украины. Только народ имеет такое право.
Эта гарантия соседствует со статьёй 2, которая объявляет территорию Украины «неделимой и неприкосновенной», и со статьёй 157, запрещающей любые конституционные изменения, подрывающие независимость или территориальную целостность Украины. Вместе эти статьи создают тройной замок — юридический, политический и этический — против любых закулисных соглашений, которые могли бы легализовать агрессию России.
Даже механизм инициирования такого референдума подчёркивает его демократическую значимость. Статья 72 позволяет провести общенациональный референдум по народной инициативе, но только если не менее трёх миллионов граждан подпишут петицию — при этом подписи должны быть распределены как минимум по двум третям областей, с минимум 100 тысячами подписей в каждой. Это встроенный в Конституцию механизм достижения общенационального консенсуса. Территория не может быть «продана» элитами. Должен высказаться весь народ.
План Трампа пытается обойти эту конституционную реальность, предлагая «фактическое признание» контроля России. Идея проста: если Украина никогда формально не меняет свои границы, требование о референдуме не применяется. Даже если США признают Крым, Луганскую и Донецкую области российскими — сделав это де-юре официальной политикой США — это не превращает эти территории в де-юре российские по украинскому законодательству. Россия также будет добиваться, чтобы её союзники официально признали ее право на аннексированные территории. Это просто переносит давление за пределы страны. Но по сути это юридическая уловка. Принудительный вывод украинских войск, замороженная линия конфликта, рассматриваемая как граница, или демилитаризованная зона, навязанная под внешним давлением — всё это по существу является изменением территории, даже если формально это так не называется. Называть это «де-факто» не делает ситуацию менее унизительной и не придаёт ей законной силы.
Референдум, напротив, превращает наиболее уязвимое место Украины в её величайшую силу. Если украинцы отвергнут территориальные уступки — а они это сделают — Зеленский приобретет неоспоримую легитимность. Он сможет сказать Вашингтону, Брюсселю, Лондону и Москве: народ высказался. У меня нет мандата на уступки. Давите на меня сколько хотите — я не могу обойти волю 40 миллионов граждан. Только это способно изменить ход переговоров, заморозить нереалистичные требования и обеспечить продолжение поддержки.
Если же украинцы когда-либо проголосуют иначе, мандат будет исходить от суверенного народа, а не от закулисных соглашений, разработанных за рубежом. Даже такой сценарий остаётся демократическим решением, а не навязанным компромиссом.
Референдум — это не тактика затягивания. Это не политический манёвр. Это декларация принципа: границы Украины должны определяться только в Киеве — в домах, на избирательных участках и в сердцах украинского народа. В то время как союзники обсуждают помощь, противники выдвигают ультиматумы, а на поле боя сохраняется неопределённость, у Зеленского есть один инструмент, который никакое внешнее давление не сможет отнять: прямая воля его народа.
Текст предоставлен автором
Перевод NV