Нефтебазы горят, суда останавливаются: Украина нащупала слабое место России
Украинские силы усиливают удары по российской морской, топливной и военной логистике. За несколько дней под атакой оказались суда теневого флота РФ, нефтебазы, склады, электроподстанции, мосты и военные аэродромы. Такие операции сокращают нефтяные доходы России, затрудняют снабжение ее войск и вынуждают противника перебрасывать средства противовоздушной обороны и подразделения беспилотников с фронта.
Нефтепереработка, аэродромы и суда: Украина расширяет географию дальнобойных ударов
В ночь на воскресенье, 19 июля, украинские дроны поразили в Черном море четыре российских судна: два танкера теневого флота, сухогруз и плавучий кран. Кроме того, на временно оккупированных территориях были атакованы 13 электроподстанций, восемь из которых расположены в Крыму.
Служба безопасности Украины также нанесла удары по танкеру теневого флота Avero в Черном море и трем нефтебазам в Ставропольском крае РФ. Расстояние от украинской государственной границы до целей составляло около 600 км.
На всех трех нефтебазах возникли масштабные пожары. Были зафиксированы взрывы и возгорания резервуаров с горюче-смазочными материалами. Эти удары стали частью операций Сил обороны Украины, направленных на ограничение экспорта российской нефти, сокращение доходов Кремля и снижение возможностей российской армии снабжать свои подразделения топливом.
“Продолжаем совершенно справедливо и точно отвечать на российские удары. Сегодня украинские дальнобойные санкции достигли определенных объектов, обеспечивающих и финансирующих российскую агрессию. Подразделения СБУ поразили сразу три нефтебазы в Ставропольском регионе, а наши Вооруженные силы — еще один объект топливной сферы в этом же регионе. В акватории Черного моря зафиксированы точные попадания по трем российским танкерам теневого флота. Спасибо каждому нашему подразделению, обеспечивающему в России усиление ощущения, что эту войну надо завершать”, — сообщил президент Украины Владимир Зеленский.
В ночь на 18 июля атакам беспилотников подверглись несколько городских округов Московской области. Одной из целей стал логистический склад в Электростали, где после удара начался сильный пожар.
По словам президента Украины, пораженные объекты были связаны с поставками подсанкционных комплектующих для производства беспилотников и навигационного оборудования. Эксперты отмечают, что Украина одновременно действует по трем направлениям: наносит удары на территории России, на временно оккупированных территориях и в акваториях Черного и Азовского морей.
Дальность ударов, которые наносят Силы обороны Украины, продолжает увеличиваться. Расстояния в 800 и даже 1000 км уже стали рабочими.
16 июля Служба безопасности Украины уничтожила стратегический бомбардировщик-ракетоносец Ту-95 на российской авиабазе в Энгельсе. Расстояние от государственной границы Украины до аэродрома составляет около 800 км.
Российская армия регулярно использует такие самолеты для нанесения ракетных ударов по Украине. При этом Ту-95 в России больше не производят, поэтому уничтожение каждого такого бомбардировщика наносит значительный ущерб стратегической авиации страны-агрессора.
Отдельным направлением операций Сил обороны стала изоляция временно оккупированного Крыма. В течение двух недель операции Сил беспилотных систем “МоЛоЧКа” пропускная способность Керченской паромной переправы сократилась на 75%, сообщил командующий СБС Роберт “Мадяр” Бровди.
До начала операции перевозку транспорта и грузов между портами Кавказ и Крым обеспечивали четыре регулярно курсировавших парома. Еще одно судно находилось в резерве в порту Керчь.
Одновременно Силы обороны наносят удары по сухопутным маршрутам, которые связывают Россию с оккупированным полуостровом. Нарушение морской и наземной логистики уже приводит к дефициту в Крыму топлива и некоторых продуктов.
“Население начинает думать, понимать точнее — что такое война против Украины, и что это очень плохо и для них. В Крыму находится около 2 млн населения, из них 1 млн — это люди, которые были привезены в Крым после оккупации в 2014 году. Всего в Крыму на каждые сутки нужно 5 тыс. тонн топлива для функционирования гражданской и военной структуры”, — отметил капитан 1-го ранга запаса, заместитель начальника штаба ВМС ВСУ (2004-2020 гг.) Андрей Рыженко.
В ночь на 18 июля операторы Сил беспилотных систем ВСУ в рамках операции “МоЛоЧКа” поразили еще 13 судов теневого флота России. Среди целей были восемь сухогрузов, танкер-газовоз, два плавучих крана и буксирный катер в Черном море, а также нефтяной танкер в Азовском море.
Операция началась 6 июля. С того времени Силы беспилотных систем сообщили о поражении 172 судов: 118 — в Азовском море и 54 — в Черном.
“Цель операции — нарушение функционирования морской логистики противника, обеспечивающей перевозку нефти, нефтепродуктов и других грузов в обход международных санкций. Для защиты этого компонента Россия вынуждена перебрасывать до 200 расчетов БпЛА “Рубикон” с фронта и усиливать противовоздушную оборону в районах базирования судов. Это снижает ее возможности на других направлениях, одновременно затрудняя функционирование теневого флота”, — сообщили в Силах беспилотных систем ВСУ.
Название операции “МоЛоЧКа” расшифровывается как “Москва Ляжет Через Крым”. Ее задача — нарушить российскую логистику в Азово-Черноморском регионе и изолировать оккупированный полуостров.
В конце июня оккупационные власти захваченной части Запорожской области сообщили о временном перекрытии трассы Р-280. Это основной сухопутный маршрут, который ведет из Ростова-на-Дону в Крым. Продолжаются также удары по мостовым переправам, соединяющим оккупированную часть Херсонской области с полуостровом.
По данным Генерального штаба ВСУ, в ночь на 16 июля 2026 года Силы обороны поразили ряд важных военных и военно-экономических объектов противника. Среди целей были автомобильный мост в районе Приморска Запорожской области и железнодорожный мост “Сиваш” возле Чонгара. Российская армия использовала эти объекты для военной логистики.
В ответ на российские атаки по гражданской инфраструктуре Украины Силы обороны усиливают удары по логистическим и промышленным объектам на территории РФ. 18 июля цели были поражены в Московской и Тамбовской областях — на расстоянии более 500 и около 700 км от линии фронта соответственно.
“Они использовались агрессором для обеспечения поставок комплектующих, подпадающих под санкции, для производства дронов и навигационного оборудования. Также был поражен нефтяной объект”, — отметил Владимир Зеленский.
Еще одним направлением украинских операций остаются российские нефтеперерабатывающие предприятия. За последние 100 дней Вооруженные силы Украины около 50 раз атаковали нефтяные объекты РФ. Были поражены по меньшей мере 24 из 34 крупных российских нефтеперерабатывающих заводов.
Российские власти обещают усилить защиту таких предприятий, однако быстро создать надежную систему ПВО вокруг всех НПЗ сложно. Заводы расположены на значительном расстоянии друг от друга, а свободных средств противовоздушной обороны недостаточно. При этом украинские беспилотники способны преодолевать даже многоуровневую защиту, как это произошло во время атак на Московский нефтеперерабатывающий завод.
Продолжение ударов по нефтепереработке и логистике может превратить российский топливный кризис в структурный. В России дорожает не только бензин, но и дизельное топливо. Это создает проблемы для снабжения армии, сельского хозяйства, коммунальных служб и других отраслей экономики, а также способствует росту инфляции.
Дефицит топлива и необходимость перебрасывать подразделения беспилотников и средства ПВО с фронта осложняют положение российской армии. Аналитики Института изучения войны считают, что войска РФ испытывают трудности с достижением территориальных успехов. Россия пытается добиться паритета с Украиной в использовании беспилотников, однако ей мешает дефицит квалифицированных специалистов.
Украина расширяет географию дальнобойных ударов — прогнозы экспертов
Как украинские дальнобойные удары влияют на российскую нефтепереработку, морскую логистику и снабжение армии РФ — эту тему в эфире телеканала FREEДOM обсуждали:
- Валерий Боровик, основатель компании-производителя оборонной продукции First Contact, участник боевых действий;
- Олеся Яхно, политолог;
- Алексей Буряченко, профессор Киевского авиационного института, президент “Международного института исследования безопасности”.
ВАЛЕРИЙ БОРОВИК: Даже один долетевший дрон может уничтожить объект, который стоит в разы дороже всей атаки
— У большей части обывателей в голове складывается такая картина: вылетел один или два дрона, долетели и успешно поразили цель. Однако нужно понимать, что доля дронов, которые долетают до цели, составляет до 10%. Речь идет о соотношении между количеством запущенных дронов и количеством тех, которые долетели и попали в цель.
Мы же не видим информации о том, сколько дронов упало рядом, сколько было уничтожено, сколько не попало в цель. Это естественный процесс как для противника, так и для нас. Чтобы поражать основные объекты, необходимо запускать множество различных ударных средств.
Это могут быть и комбинированные атаки, когда применяются различные дроны и ракеты. У нас меньше таких возможностей, у них — больше. Но тем не менее нужно понимать, что на таком расстоянии, конечно же, существует и секторальное, и объектовое прикрытие.
Просто во время массированной атаки средства ПВО не всегда могут поразить все цели. Часть из них прорывается и наносит удары. И тогда получается, что даже если до цели долетел всего 1% запущенных средств, допустим, один дрон из ста, то стоимость уничтоженного объекта может быть в несколько раз выше стоимости запуска большого количества дронов или дронов вместе с ракетами.
Проблемы с ПВО есть у всех — и у украинцев, и у россиян. ПВО является высокотехнологичным и высокоточным оружием, которое сейчас отстает в развитии и масштабировании от темпов производства и удешевления средств атаки, в частности дронов.
То же самое касается и ракет: чем больше их производят, тем дешевле становится каждая из них. Поэтому у России есть различные средства ПВО, просто их не хватает.
Кто бы что ни говорил, у нас недостаточно средств дальнего поражения, чтобы тратить их на какие-либо гражданские объекты. Таких объектов очень много, и в России их значительно больше, чем в Украине.
Мы не наносим удары по гражданскому населению. У нас нет средств, которые можно было бы тратить на такие цели, и у нас в принципе недостаточно этих средств.
Это говорит о том, что мы долетаем туда, куда необходимо. И скоро вся Россия, независимо от региона, будет находиться под угрозой ударов, если расположенные там объекты, производственные мощности или склады участвуют в цепочке поддержки российской армии, которая вторглась на украинскую территорию и убивает наших людей, наших солдат, защищающих страну, мирных жителей, детей, стариков и обычных граждан.
ОЛЕСЯ ЯХНО: Продолжение войны будет сопровождаться все более серьезными последствиями для России
— Будь Россия умнее и имей она чувство меры даже при том комплексе реваншизма и имперскости, который присущ РФ, ситуация могла бы развиваться иначе. Если бы Россия вовремя остановилась после аннексии Крыма, когда реакция Запада на проявление этого имперского реваншизма и начало агрессивного военного курса была достаточно лояльной и слабой, то она действительно могла бы еще долго, на протяжении многих лет, спекулировать на этом результате.
В таком случае было бы очень сложно склонить Запад к более жесткому ответу и смене стратегии сдерживания. Эта стратегия делает Украину частью обороноспособности региона, снимает ограничения на дальнобойные удары по Российской Федерации и в итоге, из-за отсутствия чувства меры у самой России, оборачивается для нее серьезными последствиями.
То, с чего начались аннексия Крыма и российская агрессия, в итоге оборачивается ощутимыми последствиями для самой РФ. Россия продемонстрировала, что она не может остановиться. Не получая ответа на свою агрессию, она будет продолжать агрессивный курс.
Этот курс будет касаться не только Крыма, Донбасса, других частей Украины и стремления уничтожить украинское государство. Он будет затрагивать и саму Европу — как в форме гибридных атак, так и в виде постоянно возрастающего риска прямой военной провокации против одной из стран НАТО.
Все это действительно вынуждает признать, что Россию необходимо остановить. А для того, чтобы ее остановить, она должна физически лишиться возможности продолжать войну. Россия должна ощущать последствия своего курса и своей агрессии на собственной территории или на оккупированных украинских территориях, которые контролирует РФ.
Поэтому мы, собственно, наблюдаем реализацию подхода “мир через силу”, когда фактор силы должен обернуться против самой Российской Федерации. При этом технически Украине, конечно, не хватает ресурсов. Прежде всего, это касается противодействия баллистическим ракетам. Не зря была создана антибаллистическая коалиция: союзники понимают, что Россия будет пытаться делать акцент именно на таких ударах.
Все это приводит к тому, что политическое решение, принятое Европой, Украиной и Западом в целом, об усилении защиты украинского неба должно получить практическую реализацию. Одновременно с этим необходимо наращивать дальнобойные удары по самой Российской Федерации. Только так можно остановить этот агрессивный российский военный курс.
В этом смысле вопрос является техническим. Чем больше у Украины будет технических возможностей, чем быстрее будет налажено производство систем и ракет для комплексов Patriot и расширены возможности для дальнобойных ударов по РФ, тем быстрее можно будет остановить войну. Эта зависимость прямо пропорциональна.
Это понимают во всем мире, о чем свидетельствуют заявления лидеров “Большой семерки”. Об этом же говорят последние крупные дипломатические события: саммиты, встречи “коалиции желающих”, а также заявления различных европейских и американских лидеров и политиков.
Поэтому сейчас это вопрос времени и возможностей как можно быстрее усиливать защиту украинского неба совместно с Европой, а также наращивать наши дальнобойные возможности.
То, что происходящее оборачивается против самой России, является закономерным результатом абсурдного и волюнтаристского курса, которого придерживается Кремль. Изначально российская власть не чувствовала никаких рычагов сдерживания и влияния.
Внутри самой РФ Кремль полностью уничтожил какую-либо политическую конкуренцию. Одновременно с этим Россия не ощущала жесткого ответа и реакции со стороны цивилизованного мира. Сейчас все это поняли. Во всяком случае, внешняя готовность к такому ответу существует. Соответственно, последствия будут все сильнее проявляться и внутри РФ.
Мы уже наблюдаем, как Россия теряет свои влиятельные ниши. Сначала начала сокращаться ее роль как экспортера энергоносителей, обеспечивавшая значительную часть бюджета и сотрудничество с Европой и другими государствами. Хотелось бы надеяться, что действия против российского теневого флота также будут усиливаться.
Теперь Россия ощущает последствия и на внутреннем рынке. Страна, являющаяся экспортером энергоносителей, в том числе топлива, сама столкнулась с его дефицитом. Мы видим, как все это проявляется внутри РФ.
Если эти процессы будут затрагивать все больше сфер российской жизни, то ощущение последствий глупого и агрессивного курса будет приближать момент, когда Россия больше не сможет продолжать войну. Ее продолжение будет сопровождаться все более серьезными последствиями для РФ.
Внешние последствия России пока удается скрывать при помощи пропаганды. Она теряет свои позиции и ниши, постепенно превращаясь м маргинальное государство. Однако чем сильнее последствия этого курса будут проявляться и ощущаться внутри страны, тем больше вероятность того, что в определенный момент российской власти придется его изменить.
АЛЕКСЕЙ БУРЯЧЕНКО: Дальнобойные санкции бьют не только по энергетике, но и по всей экономике РФ
— Так называемые дальнобойные санкции Украины действуют вместе с традиционными санкциями наших партнеров — США и европейских стран. К слову, и первые, и вторые сейчас снова готовятся к следующим санкционным шагам.
Необходимо масштабировать в России социальный негатив в отношении подобной политики Путина. Растут цены, усиливается инфляция. В абсолютном большинстве регионов Российской Федерации вследствие этих дальнобойных санкций дизель и бензин продают по талонам. В разных регионах ограничения отличаются — от 15 до 40 литров в одни руки.
Но это только верхушка айсберга. Когда возникает дефицит и начинается кризис, сразу увеличиваются цены. Подобное подорожание сильно бьет по сельскому хозяйству и логистике внутри самой РФ, что, безусловно, отражается на стоимости товаров и услуг для обычных россиян.
По совокупности факторов мы действительно можем оценивать ситуацию таким образом: уже сейчас в России практически не осталось нефтеперерабатывающих объектов, до которых Украина не могла бы достать своими дальнобойными и справедливыми санкциями.
Последним и наиболее ярким примером стал удар по Омскому НПЗ. От украинской границы до него, напомню нашим телезрителям, около 2,5 тыс. километров. Это действительно один из наиболее масштабных и загруженных нефтеперерабатывающих заводов. Сейчас он потерял около 70% своих производственных возможностей.
Нервирует ли это Путина? Нервирует ли это россиян? Да, конечно. Подобные обстрелы, которые Киев пережил этой ночью, являются прямым ответом на эти действия.
Путин будет искать выход. Это уже всем стало абсолютно очевидно. Если читать некоторые российские паблики, то даже их военкоры критикуют российские власти за абсолютный провал на поле боя. Они говорят о том, что никакого существенного продвижения по линии фронта, по сути, нет и что уже нужно что-то делать.
Даже в пропагандистских ток-шоу Соловьева и Скабеевой все чаще мы слышим о необходимости принятия сложных решений. Помните, как это было в свое время с Херсоном? И действительно, скорее всего, российская пропаганда постепенно готовит россиян к тому, что все-таки придется садиться за стол переговоров. Но перед этим, конечно, россияне будут повышать уровень эскалации, чтобы сесть за стол переговоров в выгодной для себя конфигурации.
Украина вместе с партнерами принуждает РФ к миру. Сейчас складывается впечатление, что мы действительно нащупали ее слабое место, ее болевую точку. Это энергетика, возможность автономно существовать в качестве государства-бензоколонки. Однако оно, как хорошо пошутили в ГУР, уже стало государством-автостоянкой.
Украина должна продолжать действовать как симметрично, перенося войну на территорию врага, так и асимметрично, выходя на абсолютно новый качественный и технологический уровень. Необходимо поражать критическую и энергетическую инфраструктуру врага, а также военные объекты с помощью беспилотников все глубже на территории Российской Федерации.
Мы уже демонстрировали такие возможности не только с помощью беспилотных систем и ракет, но и в ходе той же операции “Паутина”, которую в свое время провела Служба безопасности Украины.
Я глубоко убежден, что в России прекрасно понимают все эти риски, но просто не знают, что с ними делать. Систем ПВО, которые у нее есть, на все объекты не хватает. Это, собственно, недавно признал и Путин. Он якобы дал команду производить новые системы, но не сказал, сколько для этого понадобится времени и ресурсов.
Скорее всего, это просто невозможно. Многие компоненты являются технологически сложными и, во-первых, очень дорогими. Кроме того, их приходится получать с помощью так называемого параллельного импорта, а если говорить проще — контрабанды.
Военные и промышленные возможности россиян сейчас точно не находятся на том уровне, который позволил бы им серьезно масштабировать производство собственных систем ПВО.
Читайте также: Как усилить давление на Кремль: эксперты о новых санкциях против России