Ни одна нация не становится сильной сразу. Сергей Притула о своем пути вместе с Украиной
Никто из нас не рождается патриотом
В свои десять лет я где-то в деревне сбивал палкой крапиву и понятия не имел, почему взрослые уже несколько дней подряд не отрываются от телевизора. 24 августа 1991 года все разговоры — только о новостях из Киева. А я, еще ребенок, не понимаю, что такое Независимость.
Мне — 20. Украине — 10. Я уже успел побывать на заработках в Британии и вернуться в Тернополь. Работаю на радио. В марте 2001 года страну сотрясает акция «Украина без Кучмы». Мои друзья едут в столицу на митинг, где их сначала избивают, затем забирают в отделение, а в Академию приходит распоряжение об отчислении.
Это стало моментом, после которого я начал иначе воспринимать свои отношения с государством. Приходит понимание, что модель «люди существуют для страны» — это ужасное советское наследие. Я хочу жить в стране, которая существует для людей.
Я хочу жить в стране, которая существует для людей
Когда в 2004 году начинается Оранжевая революция, я говорю родителям, что еду в Киев. Мама ругается: ей страшно, и она против.
Папа выслушал всё это, вздохнул и принёс мне тёплые зимние стельки, чтобы я не застудил ноги на Майдане.
Мне — 30. Украине — 20. Янукович у власти. Впервые за несколько лет на День Независимости отменяют военный парад. А тех, кто устраивает импровизированное шествие, разгоняют «беркутовцы». Люди для власти всё больше становятся ничем.
Спустя несколько лет разгоны студентов «Беркутом» приведут к Революции Достоинства. Я присоединяюсь к протесту. Из гонораров за выступления «Вар'ятів» мы выделяем средства на транспорт для доставки протестующих на Майдан и закупаем защитную экипировку для митингующих, противостоящих силовикам.
Собственно, волонтерство началось еще с Майдана, а продолжилось во время АТО.
Мне — 40. Украине — 30. До масштабной войны — меньше года. И уже год работает наш Фонд — социальный, как мы тогда думали. На параде над Киевом в последний раз пролетает «Мрия». Через несколько месяцев россияне сожгут её в Гостомеле. А Фонд станет одним из крупнейших милитарных фондов страны.
Мне — 45. Украине — 35. Мы ведем самую кровопролитную войну со времен Второй мировой. Мы платим страшную цену, но сейчас, в 2026 году, кажется, уже ни у кого нет вопросов о том, что такое Независимость. И что мы для нее делаем.
Никто из нас не рождается патриотом. Ни одна нация не становится сильной сразу. Это путь.
И я счастлив пройти этот путь в Украине и вместе с Украиной. Вместе со всеми вами. С Днем Независимости!
Отстаиваем и ценим!
Текст опубликован с разрешения автора