Новая июльская украинская традиция. Сергей Фурса — о том, как новый Майдан в Киеве во время войны обеспокоил инвесторов, и о плохих новостях с юга

Прошла неделя, а Ормузский пролив остается проливом Шрёдингера. Ракеты продолжают летать. Трамп продолжает писать гневные посты об иранцах. Никто не может точно сказать, как ходят танкеры — тем более что они делают это с отключенными транспондерами. В результате на нефтяном рынке царит напряженность. Баррель Brent снова торгуется выше 84 долларов. Это на 20% дороже, чем пару недель назад, когда казалось, что здравый смысл возобладал. Но всё же цена еще не достигла уровня «100 долларов с лишним», что хоть немного радует.

Тем не менее, рынки снова движутся к историческим максимумам, игнорируя проблемы в регионе Персидского залива. Этому способствовали данные по инфляции в США: как выяснилось, она резко снизилась — причем как-то даже подозрительно резко, — отреагировав на падение цен на нефть. В результате спекулянты воодушевились, и котировки, отражающие ожидания повышения ставки ФРС в текущем году, рухнули столь же стремительно, как и оценки перспектив сборных Франции или Англии во вторых таймах полуфиналов чемпионата мира. А что может порадовать спекулянта больше, чем перспектива дешевых денег? На этом фоне оживились даже криптооптимисты, и биткоин подтянулся к отметке в 64 тысячи за единицу чего-то, чья природа остается неясной.

Но, конечно, основные события происходили