О римских рабах и современных налоговых резидентах — Андрей Серветник из Deloitte
Басни о налогах v.2.0. Серия очерков о том, как зарождались и формировались налоговые системы, и об их влиянии на человечество.
Людям свойственно путешествовать. Кто-то просто стремится увидеть мир и посетить как можно больше стран и интересных мест. Другим нравится менять место жительства и образ жизни — даже если для этого приходится переезжать в другую страну. В эпоху «цифровых кочевников», когда твое рабочее место — это не станок или трактор, а ноутбук, почему бы не поработать на пляже у теплого океана?
Иногда переезд бывает вынужденным. Украинцам это известно как никому другому из-за войны, которая заставила миллионы людей покинуть страну. А еще мы помним, как пандемия COVID-19 закрыла границы и вынудила многих надолго остаться в чужих странах.
А новая страна означает новые налоги.
И если некоторые из них просты и понятны (например, налог на доходы или имущество), то другие часто становятся неожиданным и неприятным сюрпризом. Скажем, человек переехал из страны, где не облагаются налогом подарки или наследство, в государство, которое весьма охотно взимает платежи с подобных событий. Однако узнал он об этом факте уже тогда, когда менять что-либо было поздно: любимая бабушка скончалась, завещав внуку элитную виллу в Марбелье, и теперь приходится срочно продавать унаследованное имущество, чтобы рассчитаться с налоговой…
Особо неприятным является один из таких «малоизвестных» налогов, который в мировой практике называют Exit Tax, Departure Tax или Expatriation Tax — «налог на выезд». Его суть заключается в том, что при переезде человека из одной страны в другую «прежняя» страна оставляет за собой право единоразово обложить налогом «беглеца».
С моральной точки зрения существование этого налога обосновывают так: человек пользовался государственной инфраструктурой, системой образования и правоохранительными органами, накопил определенное состояние — и поэтому нельзя допустить, чтобы всё это «перекочевало» за границу без какой-либо компенсации.
В современном виде налог на выход (Exit Tax) появился уже в XX веке. Однако почти две с половиной тысячи лет назад в Древнем Риме республиканского периода был введен налог Vicesima Libertatis, о котором мы уже упоминали, — налог на освобождение рабов, или «двадцатая часть свободы».
Историки утверждают, что этот налог уплачивался всякий раз, когда римский раб получал свободу. Если владелец добровольно освобождал раба, он должен был выплатить государству 5% от его рыночной стоимости, а если раб сам выкупал свою свободу, это налоговое бремя ложилось на него.
В Риме получение человеком свободы облагалось налогом на протяжении нескольких столетий. Иногда налоговая ставка доходила даже до 10%, но в конце концов этот налог был отменен уже в эпоху императоров — однако кто именно это сделал, Константин или Диоклетиан, до сих пор остается неизвестным.
«Налог на увольнение» исчез на долгие годы. Исчез, чтобы возродиться уже за океаном — в Соединенных Штатах Америки.
Это произошло в 1966 году. В то время в стране действовал чрезвычайно высокий налог на инвестиционный доход для граждан, однако Конгресс ввел льготные ставки для иностранных инвесторов; возникли опасения, что состоятельные американцы начнут покидать страну, чтобы инвестировать в США уже в качестве «иностранцев». В связи с этим был принят закон, обязывающий таких «беглецов» подавать американские налоговые декларации в течение 10 лет после отъезда из страны.
Следующее изменение произошло в 2008 году. Десятилетнюю отчетность отменили, введя вместо нее правило, согласно которому лицо, покидающее США, считалось продавшим все свои активы непосредственно перед отъездом. И именно к этому «условному» доходу, существовавшему лишь на бумаге, применялся «налог на выезд».
Именно в таком виде — когда налогообложению подлежит не реальный, а условный актив или доход — налог на выход (Exit Tax) был введен во многих странах мира. На сегодняшний день его основные характеристики выглядят следующим образом:
Налогооблагаемая база существует лишь на бумаге. Это «нереализованный» доход, который мог бы возникнуть, если бы человек не уехал за границу, а просто продал свои активы по рыночной стоимости и уплатил налоги.
К числу активов, принимаемых во внимание, обычно относятся акции и корпоративные права. В то же время недвижимость в стране, которую покидает лицо, как правило, не учитывается. Ведь даже иностранец обязан платить налоги по месту нахождения дома или земельного участка, и уклониться от этого невозможно.
«Пороговые значения» — это показатели, на основании которых определяется, подлежит ли эмигрант налогообложению. Как правило, оцениваются срок проживания человека в стране до отъезда, а также размер принадлежащих ему активов.
Например, чтобы попасть под действие налога на выезд (Exit Tax) при отъезде из Германии, человеку достаточно прожить в статусе немецкого резидента 5 лет и при этом владеть долей в компании, превышающей 1%. Для сравнения: Испания облагает налогом лишь тех лиц, которые были ее резидентами более 10 из последних 15 лет и чьи активы превышают 4 млн евро (или если им принадлежит более 25% компании стоимостью свыше 1 млн евро). В Нидерландах достаточно владеть более чем 5% акций, тогда как в Дании, напротив, налогом облагается практически любой актив, если человек был резидентом страны в течение 7 из 10 лет.
Таким образом, даже в пределах Европейского Союза подходы к применению этого налога радикально различаются в каждой стране.
Именно во многих странах Европейского Союза существует очень важная льгота — неприменение (или долгосрочная отсрочка) налога на выход (Exit Tax) в случае, если человек перемещается между двумя странами — членами ЕС. Однако, если после такого перемещения лицо отправится дальше — например, в ОАЭ, США или Украину, — налог будет применен незамедлительно.
Стоит также отметить, что в ЕС применение этого налога регулируется отдельным нормативным актом — директивой ATAD, которую обязаны соблюдать все страны-участницы. Однако эта директива была направлена на борьбу с уклонением исключительно от корпоративного налогообложения, поэтому распространение Exit Tax на частных лиц — это исключительно инициатива отдельных стран. Разумеется, они имели на это право — так же, как и те страны ЕС, которые принципиально не облагают налогом физических лиц «на выходе» (в частности, Кипр).
Почему эта тема сейчас актуальна для Украины? Потому что имплементация положений ATAD в нашей стране уже была анонсирована, а законопроект Минфина уже предусматривает введение Exit Tax — правда, пока только для компаний. Однако, зная фискальные аппетиты украинских власть имущих, стопроцентной уверенности в том, что рядовые налогоплательщики находятся в безопасности, пока нет.
Лично я отношусь к этому налогу крайне негативно. На мой взгляд, любой человек, который во время пребывания в стране добросовестно платил налоги, имеет право по своему желанию покинуть эту страну без каких-либо дополнительных обременений — независимо от того, владеет ли он активами и планирует ли когда-либо их продать. Возникает также вопрос: если государство облагает налогом тех, кто уезжает из страны, почему оно не выплачивает средства тем, кто прибывает в нее и намерен стать ее резидентом — налогоплательщиком?
Если говорить конкретно об Украине, то сейчас очень многие люди находятся за границей и меняют налоговое резидентство не по собственной прихоти, а исключительно «благодаря» войне. Именно поэтому я очень надеюсь, что Exit Tax для физических лиц в нашей стране никогда не появится — ведь он мог бы затронуть тысячи наших сограждан, у которых не было и нет никакого намерения уклоняться от своих налоговых обязательств.
А всем украинцам, которые уже давно живут в других странах, советую поинтересоваться местными правилами «налога на выезд» — на случай, если вы решите через несколько лет вернуться домой. Чтобы не получить неприятный сюрприз в виде налога за прекращение статуса налогового резидента другой страны.
Который точно будет больше, чем для римского раба.