Охота на «сачей»: зачем военная полиция проверяет «Госуслуги» у выезжающих из оккупированного Мелитополя (фото)

Жители оккупированного Мелитополя, пытающиеся выехать в Россию, сталкиваются с жестким контролем со стороны российских силовиков на административной границе.

На пунктах пропуска сотрудники военной полиции начали массово проверять мобильные телефоны граждан, требуя показать личный аккаунт на портале «Госуслуги». Главная цель — выяснить, не заключил ли человек контракт с Министерством обороны РФ, и выявить дезертиров. Об ужесточении контроля на границе с РФ сообщил источник издания «Вот Так». На фоне повального бегства российских солдат с фронта оккупированные территории фактически превращаются в зону проведения непрерывных карательных рейдов.

Читайте также: «Зебры» для бензина и фур-призраки: оккупанты маскируют топливо из-за ударов ВСУ, а Мелитополь охватывает топливный кризис 

Фильтрация вместо интеграции: как Кремль строит реальную границу

Эти проверки стали частью куда более масштабного процесса по изоляции захваченных регионов. Несмотря на многолетние заявления Кремля о «едином пространстве» и «полной интеграции новых территорий», Россия официально оформляет внутреннюю границу между собственной Ростовской областью и оккупированными районами Донецкой и Луганской областей. Формально речь идет о внутренней административной границе.

Однако на практике между Россией и оккупированными территориями уже давно действует полноценный погранично-фильтрационный режим. На КПП работают сотрудники ФСБ, установлены рентгеновские комплексы, проводятся досмотры транспорта, проверка телефонов, многочасовые допросы и жесткая фильтрация людей. Через это "сито" оккупанты  пропускают и выезжающих мелитопольцев, тщательно изучая их цифровой след на предмет лояльности или наличия связей с ВСУ.

Читайте также: сухопутный коридор превращается в «дорогу смерти»: Мелитополь и Крым охватил острый дефицит топлива из-за «умных» дронов ВСУ

Проверка «Госуслуг» на КПП: новая схема военной полиции

Как рассказал очевидец, впервые с тотальной верификацией через российский госпортал он столкнулся при въезде в Россию. Контроль на блокпостах был усилен: сотрудники военной полиции (ВП) стояли уже на входе в контрольно-пропускной пункт.

«Сначала вэпэшник потребовал показать „Госуслуги“ на телефоне. Хотел проверить, не дезертир ли я, нет ли у меня заключенного контракта с Минобороны», — поделился источник, который ехал по сугубо гражданским делам.

На таких КПП российских военнослужащих проверяют на наличие документов, подтверждающих право покинуть район боевых действий. Например, для выезда в отпуск необходимо предъявить соответствующее разрешение, оформленное и подписанное командованием части.

Как ранее рассказал российский правозащитник Иван Чувиляев, подобные усиленные проверки документов проводятся оккупантами не постоянно, а волнами — в формате периодических облав. По оценкам российского антивоенного правозащитного проекта «Идите лесом», около 60% сбежавших из частей российских военных пытаются скрыться внутри РФ, а остальные 40% ищут каналы для выезда за границу.

Именно для перехвата этого потока на въезде в Россию разворачивают такие фильтрационные посты.

По словам правозащитника, на практике большинство военнослужащих, самовольно оставивших часть, выявляют не в результате специальных розыскных мероприятий, а случайно. Чаще всего их задерживают во время обычных проверок документов сотрудниками полиции или ДПС. В отдельных случаях местонахождение беглецов удаётся установить после использования банковских карт, на которые продолжает поступать денежное довольствие от Министерства обороны.

После задержания таких военнослужащих обычно передают представителям военной полиции. Причем, именно на этом этапе в последние месяцы всё чаще фиксируются конфликты, попытки сопротивления и нападения на сопровождающих сотрудников.

Атмосфера беззакония: почему бегут российские военные

В то же время в самой оккупированной части Запорожской области стремительно растет число российских дезертиров. Среди главных причин массового бегства — запредельная жестокость командования, колоссальные и непрекращающиеся потери на передовой, отказ штабов регистрировать рапорты на увольнение или отпуск, а также критическое отсутствие элементарного снабжения. Об этом в видеообращениях говорят родственники дезертиров. В подразделениях армии РФ царит атмосфера страха и обмана.

издевательства оккупантов над своими дезертирами - фото из соцсети

По сообщению родных российских слодат, командиры идут на циничные махинации: раненых бойцов отправляют в госпитали без официального оформления, а их отсутствие в части списывают как побег. Записывая реальных солдат в дезертиры, офицеры продолжают присваивать себе их денежное довольствие и выплаты за «мертвые души».

Мелитопольщина в кольце облав: полиция ищет дезертиров

Пока на границе с РФ фильтруют выезжающих мелитопольцев, в самом Мелитополе военная полиция устраивает жесткие проверки на блокпостах, перекрывает дороги и досматривает автотранспорт. Особое внимание каратели уделяют мужчинам «подозрительной внешности», которые пытаются покинуть регион на такси или случайных попутках.

Военнослужащих, передвигающихся без документов и увольнительных рапортов, задерживают на месте и под конвоем возвращают в части. По словам местных жителей, такие облавы происходят ежедневно. При этом силовики РФ активно привлекают к поискам местное население, собирая доносы на соседей, проверяя таксистов и наводя справки в селах.

Заместитель директора Центра ближневосточных исследований  Сергей Данилов констатирует радикальное смещение приоритетов оккупационных служб. Если раньше основные силы карательных органов захватчиков были брошены на поиск украинского подполья, то сегодня большая часть обысков — это охота на собственных «сачей» (так оккупанты называют дезертиров-авт.).

Проблема дезертирства для армии РФ уже давно приобрела системный характер. Согласно только официальным (и явно заниженным, - прим. авт.) данным, к январю 2025 года лишь в подразделениях воздушно-десантных войск (ВДВ) РФ было зафиксировано более 6 445 случаев дезертирства или самовольного оставления части. С учетом общей численности группировки, количество беглецов, скрывающихся в степях на ТОТ, в том числе и Запорожской области, исчисляется сотнями и тысячами.