Пренебрежение этим играет с нами очень злую шутку. Военный аналитик Николай Белесков — о политическом измерении войны в Украине

За 4,5 года полномасштабного вторгнения стандартный анализ войны на текущий момент выглядит примерно так. Отправная точка — это анализ эволюции техники. Следующий аспект — то, как эволюция техники в совокупности влияет на тактику: как меняется тактика общевойскового боя и как это сказывается на способности проводить операции. И наконец, еще один важный момент — какими ресурсами (как здесь и сейчас, так и в перспективе) располагают стороны для обеспечения всего этого.

Именно на основе такого анализа мы понимаем, что за 4,5 года война эволюционировала из той, где классическое ракетно-артиллерийское вооружение определяло контуры поля боя, а соотношение артиллерийских боеприпасов красноречиво свидетельствовало о возможностях сторон (оборона или наступление), — к той войне, где поле боя формируют роботизированные системы различных типов (разведывательные и ударные БПЛА разного радиуса действия, БПЛА-перехватчики, НРК), а стороны располагают необходимыми ресурсами и технологиями для ведения боевых действий такого формата. Соответственно, эволюция технологий и тактики позволяет вести войну в условиях дефицита личного состава, делая при этом невозможным проведение масштабных наступательных операций (не путать с отдельными успешными контратаками).

Такой анализ упускает ключевое — политическое измерение войны

Вроде бы всё четко. Но такой анализ упускает ключевой момент — политическое измерение войны. Если война — это продолжение политики иными средствами и способами, то именно с анализа политической составляющей должен начинаться любой анализ войны. При этом главная цель такого анализа — понять, располагает ли игрок тактикой, оперативным искусством и ресурсами для реализации задекларированных политических целей, которые определяются интересами.

Конечно, политические цели тоже не являются константой и могут меняться пропорционально технологиям, тактике и ресурсам.

Так, в 2024—2025 годах позиция Украины эволюционировала от установки «Желаемый результат войны — исключительно полный разгром РФ и освобождение всех утраченных территорий» к позиции «Линия фронта должна стать отправной точкой переговоров, при этом уступки по вопросам подконтрольных территорий, безопасности и суверенитета исключены». Это произошло вследствие осознания внутренних и внешних ограничений.

Но, с другой стороны, РФ вместо того, чтобы корректировать политические цели в сторону их снижения, ищет дополнительные ресурсы, чтобы удерживать именно те политические рамки, которые декларируются последние два года.

Кстати, анализ политических аспектов как отправная точка стратегического анализа войны наглядно демонстрирует свою эффективность на примере позиции, которую занимают наши партнеры. И объясняет, почему, собственно, важно проводить анализ именно так, а не иначе. Неприятным сюрпризом для многих в Украине стало то, что в 2022 году администрация Байдена видела интересы и приоритеты в отношении войны иначе, чем мы; результатом этого стала формула: «Не дать РФ победить и не дать Украине проиграть». А об администрации «Трамп 2.0» и о том, как внутренняя политика и идеология MAGA / America First влияют на политику США в отношении войны, и говорить нечего: все увидели, как эта политическая основа определяет курс США в войне между Украиной и РФ.

И это пренебрежение политической основой войны в пользу технологий, тактики и ресурсов играет с нами злую шутку. Получается своего рода месть Клаузевица — человека, который первым четко обозначил не просто связь войны и политики, но и доминирующую роль политики в войне.

Оригинал

Текст опубликован с разрешения автора

Проекты фонда Повернись живим