«Трамп сверил часы с Си, а Путину довели его статус». Станет ли сентябрь 2026 решающим в войне для Украины, — военный аналитик
О текущем моменте. До лета — 10 дней. Президент Трамп сверил часы с императором Си, баскаку Путину довели его актуальный статус
В связи с этим обозначился новый горизонт — сентябрь 2026 года. Зафиксируем исходное положение.
1. Для начала отмечу, что украинцы в массе до сих пор не могут излечиться от нездоровой тяги беспорядочно любить ушами и преувеличивать значение символической мишуры. Отсюда бесконечное обсасывание, достаточно ли жалко баскак Путин семенил за императором Си? Как игры с подушками на креслах в Пекине отразятся на глобальном развитии ИИ? И так далее.
Когда эфиры и головы забиты этой требухой, теряется важное.
Напомню, что буквально недавно британский король Чарльз III бескомпромиссно призывал поддерживать мужественный украинский народ. Что было с воодушевлением расценено как руководящее указание масонов и рептилоидов сплотиться вокруг «киевского режима».
Однако правительство Британии (вслед за американцами) внезапно (нет) смягчило санкции против российской нефти. Как вы думаете, что в этой ситуации через время сделает ЕС?
Теперь решение Лондона позволит россиянам убить на тысячи украинцев больше и еще больше разрушить наши города. Еще раньше экс-царица морей начала проявлять необъяснимую (нет) лояльность к российским танкерам. Даже шведы выглядят более агрессивно и последовательно.
Означает ли это, что король лукавил? Совсем необязательно.
Факт в том, что Британия оказалась в полосе жесточайшей политической турбулентности. Правящая партия сдает один рубеж за другим. Поэтому нужны практические меры, которые порадуют избирателей. В частности — приемлемые цены на топливо. И правительство будет исходить из реальной обстановки.
Когда эфиры и головы забиты этой требухой, теряется важное
Ввиду чего надо приучиться оценивать, а во что конвертируются символические ходы? В какие действия? Если они зависают в воздухе или маскируют нечто прямо противоположное, ну, так не стоит себя обманывать. Товарищ Трамп в этом плане бесконечно полезен как могучее гигиеническое средство, исцеляющее от иллюзий.
Наши друзья в интерпретации международной и внутренней политики — штангенциркуль, транспортир и самый страшный агрегат на войне — калькулятор. Вот с него и начнем.
2. Берем динамику весны и экстраполируем на ближайшие три месяца.
Например, записываем в столбик, сколько АЗС, электричек, грузовиков и другого транспорта истребили россияне в Харьковской области на глубину до 100 км от линии боевого столкновения (ЛБС). Сколько домов они разрушили по периметру госграницы на 20+ км. На днях враг несколько раз атаковал в Золочеве легковые автомобили. На окружной Харькова ударили FPV по грузовику и полиции. Ну, и очередной дом в частном секторе Харькова сожгли «молнией»…
Тенденция стойкая и наглядная. Число тех же АЗС в городе и области — конечная величина. Что будет при сохранении динамики — понятно.
Следующий шаг также читается: россияне начнут прицельно истреблять сельхозтехнику и сожгут посевы.
Следующая степень эскалации: удары по энергетике и (прямо или косвенно) по водообеспечению. Необязательно, но вероятно.
Итого: цена ближайших трех месяцев на примере одного региона более-менее измерима. Одесситы могут сделать такое же упражнение у себя. Как и Чернигов, Сумы, Днепр, Херсон, Никополь…
Настроения граждан представить несложно. Они будут еще более неравномерными по стране. И сюда надо вкладывать опережающие усилия.
3. Освещение ситуации на ЛБС стоит привести к здравому смыслу. Фактом является отсутствие заметной динамики у противника. Однако принято упускать, что критерии оценок несколько изменились.
Формальный контроль территории часто не раскрывает сути. Дроны прогрызают на глубину 20−30 км (по нарастающей — до 50 км) от формальной ЛБС. Это значит, что наши войска могут удерживать какие-то точки или первую линию, но у них за спиной 20 км тотальной зоны смерти, в которой противник не только убивает все живое, но и перехватывает дроны снабжения.
Ввиду чего крайне вероятно, что в какой-то момент внезапно на карте будут перекрашены значительные куски территории. Что вызовет бурю эмоций о «прорыве фронта». Хотя это уже давно сложившаяся картина.
Вполне допускаю, что российское командование в своих реляциях кремлевским дедушкам о планах на лето исходит из гипотетической динамики влияния российских дронов на поле боя.
Они ожидают сворачивания нашей обороны на значительных участках (от Купянска вниз по Осколу, за Славянском, за Краматорском) вследствие перерезания логистики и де-факто блокады дронами. И в каких-то точках у них может получиться.
Однако.
Переверните эту картинку в сторону противника.
Наши уже активно модерируют логистику дронами не только вокруг Донецка, но и в Мариуполе. «Сухопутный коридор в Крым» стремительно превращается в тыкву. На участке Мариуполь — Бердянск — Мелитополь россияне не успевают убирать с обочин горящие бензовозы и фуры снабжения оккупационной группировки. Между Мелитополем и Джанкоем обозначаются схожие тенденции. Российские дальнобойщики делятся советами бывалых, как проскочить (!) из России в оккупированный Крым.
На ряде участков наши войска оперируют по земле в формальном тылу россиян. То есть, как россияне могут что-то перекрасить на карте в свою пользу, так и украинская армия. Но пока — несвоевременно.
Помимо этого, точечно выводятся из строя локомотивы товарных поездов и цистерны (особенно — во временно оккупированной Луганской области).
Самое важное: СБС, СБУ, ССО и другие структуры Сил обороны Украины приоритетно выцеливают российских операторов БпЛА и громят базы личного состава оккупантов на глубину до 100 км от ЛБС. Свежий перфоманс в Снежном — очень наглядно.
Также впечатляющий сюжет — с тушками ФСБ на Арабатской стрелке.
Здесь тот же калькулятор на три месяца.
4. Где еще нужны цифры — в оценке влияния на нефтяной сектор РФ, химическую отрасль и военно-промышленный комплекс (ВПК).
Список успешных попаданий известен. 21 мая он пополнился очередным визитом на Сызранский НПЗ. Медиа пестрят заголовками о числе остановленных НПЗ и гипотетически забитых скважин. Но тут важно не потерять нить и зафиксировать такое.
Мы не знаем суммарный урон российской нефтянке, потому что где-то он краткосрочный, где-то долгосрочный, много манипуляций. Что-то россияне тихонько чинят.
Возьмем консервативную цифру, которую привел Михаил Ходорковский: Украина в моменте просадила возможности нефтяного сектора РФ суммарно в рамках 10%. Допустим, что это так.
Динамика показывает рост числа успешных ударов и рост урона. Предположим, что за три месяца россияне починят как минимум половину того, что сейчас вынесено за скобки. Но одновременно будет выбито еще порядка 10−15−20%. То есть, к осени вполне вероятно, что российская нефтянка нарастающим итогом просядет на 15−20%. Это не смертельно, но много.
Плюс есть еще два процесса.
Об одном упомянул тот же Ходорковский: каждая отрасль имеет определенный инвестиционный цикл. Пауза без системных инвестиций в РФ затянулась уже на 4+ года. Что за пару лет начнет провоцировать разрывы в тонких местах и каскадное схлопывание.
Второй момент подчеркивают технические специалисты.
Одно из крайне важных последствий визитов добрых дронов — не только ущерб в моменте, но и лишение системы резервных мощностей.
Представьте, что любой ваш бытовой прибор все время работает на максимуме. Чайник все время кипит, на всех экранах яркость и звук установлены на максимуме, автомобиль на максимальных оборотах,
Можно ожидать роста числа поломок, простоев из-за затянувшихся регламентных работ.
Россияне все это прекрасно считают.
5. В сети уже масса криков от зет-сообщества: «или мобилизация осенью, или прекращение огня». Прагматики будут говорить со своей стороны: к концу лета нефтяному сектору станет больно, а к концу года есть риск превращения в лохмотья недопустимо большой части сектора. Насколько больно?
Согласно открытым данным, россияне в среднем за год вводят в строй порядка 20 больших (10−50К куб. м) резервуаров для хранения нефти, обеспечивая прирост емкости хранения на порядка 4 млн баррелей (порядка 500 000 тонн). Есть ряд нюансов, ибо частично это ремонт существующих резервуаров, частично ввод новых означает вывод устаревших. Например, после 2014 года активно строили новое, с 2022-го в основном ремонтируют. Поэтому числа ориентировочные.
Так вот: за три месяца Украина обнулила результаты нововведений как минимум за два года (сожжено или повреждено 40+бочек). При таком темпе к концу лета россияне потеряют результаты усилий за пять лет. И это при том, что у них накапливается разрыв вследствие отсутствия системных инвестиций.
Россияне лучше нас знают, как это отразится на самом узком месте — добыче нефти, от которой пляшут доходы федерального бюджета.
Чтобы все это восстановить, потребуются колоссальные инвестиционные программы. Без доступа к внешним ресурсам это не решается. Что предполагает отмену значительной части санкций. Что предполагает как минимум прекращение огня.
И вот тут можно вернуться к визитам в Китай.
6. В сети принято оценивать вояж Трампа как неудачный.
Если записать основные результаты, они выглядят не как прорыв, а как создание инфраструктуры управляемого соперничества с механизмами деэскалации (созданы две новых комиссии, согласованы рабочие группы и так далее). Что не так и плохо в нынешней истеричной обстановке.
Следующий раунд состоится в сентябре, император Си посетит США с государственным визитом на «неделе лидеров» в ООН.
Учитывая, что Китай (и РФ вместе с ним) апеллирует к модели ООН как исключающей злостное доминирование одного гегемона, вероятно появление Си еще и на Генассамблее ООН. В Совбезе ООН в сентябре будет председательствовать Франция.
Основной результат поездки баскака Путина — Россия, судя по всему, не получила поддержки для значительной эскалации. Останется ровно то же, что и было.
Выглядит примерно так: Си дал понять, что у Путина есть время до сентября показать какой-то результат наличными силами и средствами (в Украине, против стран Балтии, где угодно). Ибо потом, если Китай и США войдут в процесс деэскалации для гармоничного раздела мира, эта линия будет доведена как руководство к действию до Кремля. Либо будет обозначена какая-то новая рамка.
Зеркально это повышает риски военной эскалации в Персидском заливе, чтобы к осени как-то все устаканить. Кубу, вероятно, будут разыгрывать, исходя из представлений о влиянии на результаты выборов (либо к 4 июля, либо уже на осень).
Эскалировать Кремлю до 4 июля (по-хорошему — до 19 июля, когда закончится Чемпионат мира по футболу) — значит, очень сильно обидеть Трампа. Что без крайней необходимости весьма опрометчиво.
Итого: лобовые подсчеты и линейная логика показывают, что конец июля-август являются отрезком потенциальной эскалации в формате «маленькой победоносной войны / операции». Для РФ это шанс вернуть чуть больше субъектности, решить часть вопросов внутри (накануне выборов) и расширить число сценариев продолжения (вплоть до мобилизации).
7. Нагнетание вокруг всех трех стран Балтии — это необязательно гарантия эскалации, но это необходимое техническое условие. Ибо без разогрева сложно.
Сюда же ядерные игры.
Выступление «первой леди РФ» Александра Лукашенко с миротворческими посылами выглядит как очень грубое формирование алиби. Напомню, что в январе-феврале 2022 года Лукашенко и его миньоны божились, что никаких угроз Украине с территории Беларуси не будет. И это хорошо, что их слова делили на 16. Сейчас их можно просто множить на ноль.
Более того. Сейчас Украина может в одно лицо обнулить Мозырский и Новополоцкий НПЗ, а также ряд химических предприятий (Солигорск, Любань, Петриков, Гродно). Лукашенко хотел бы этого избежать, потому что лишится последних ресурсов для петляния.
Россияне могут попробовать сравнительно небольшими силами открыть какой-то новый участок фронта, чтоб либо расторговать закрытие, либо развить до полноценного аргумента.
Это очень рискованная затея, но других вариантов у Путина нет. Продолжение войны, сохранение санкций (финансовых) гарантируют стресс и упадок.
Наша задача — делать все, чтобы подтолкнуть РФ к выходу из войны. Поддержка тыла для фронта в этом плане очень важна.
Также потребуется опережающая адекватность от власти.
Истребление заправок и топливный кризис в Харькове — это не повод уходить из Славянска. Это повод готовиться, раз такие риски уже возникли. Иначе кризис превратят в инструмент давления.
Текст опубликован с разрешения автора