Подпишитесь на нас в Google Россия больше не может использовать опасную стратегическую асимметрию, уничтожая украинскую инфраструктуру и сохраняя собственную военную экономику, пишет внештатный старший научный сотрудник Центра анализа европейской политики (CEPA) Сергей Макогон.
По его мнению, Украина нашла точку давления, которая может помочь расчеты Кремля относительно соотношения затрат и выгод. Именно ущерб нефтяной промышленности РФ повышает для Кремля экономические, военные и политические издержки продолжения войны. Оно должно длиться до тех пор, пока "Москва не поймет, что затягивание войны может обойтись дороже, чем ее прекращение".
Он добавил, что это было понятно с начала полномасштабного вторжения, но тогда Украине не хватало собственного дальнобойного оружия, а партнеры не были готовы к эскалации. Теперь же Украина поражает цели на расстоянии более 2500 км, к примеру, крупнейший в РФ Омский нефтеперерабатывающий завод. По мнению автора, теперь в зоне досягаемости и другие важные энергетические активы России в глубине Сибири:
У России больше нет безопасного тыла, и расстояние больше не является защитой.
Уже виден и кумулятивный эффект дальних ударов. По данным Генштаба Украины, из строя выведено более 40% мощностей по производству бензина в России. Это привело к запрету экспорта бензина и дизеля, снижению стандартов качества топлива, переносу плановых ремонтов уцелевших заводов, а также попытке покрыть дефицит за счет зарубежных поставок.
"Это серьезный поворот событий, учитывая, что Россия является одним из крупнейших в мире производителей и экспортеров нефти", - пояснил он важность ударов по нефтеотрасли.
Кампания ударов также меняет экспортные потоки России. Из-за повреждения заводов, Москва вынуждена поставлять больше непереработанной нефти на мировые рынки, одновременно сокращая экспорт нефтепродуктов. Экспорт непереработанной нефти приносит меньшие доходы.
Политический контекст
Автор напомнил, как изменился тон США. В 2024 году Вашингтон опасался эскалации и роста мировых цен на нефть. Сейчас президент США Дональд Трамп назвал удары "эскалацией, которая может способствовать окончанию" войны.
Это важный сигнал. Украинскую кампанию дальних ударов больше не следует рассматривать в первую очередь как проблему эскалации. Ее следует понимать как средство сокращения продолжительности войны:
Кремль вряд ли прекратит войну, если его об этом вежливо попросят. Он может остановиться только тогда, когда цена продолжения станет выше цены ее прекращения.
Он призвал партнеров действовать по трем приоритетным направлениям: усиливать украинское ПВО, помочь Украине нарастить собственное производство дальнобойных ударных средств и усилить давление на российские нефтяные доходы. Пока Украина подрывает российскую систему нефтепереработки физически, санкции должны усилить это давление. В целом это, по его оценке, редкая возможность, когда российскую нефтяную систему можно вывести из строя.
Последствия ударов по НПЗ
Напомним, что удар по НПЗ в Омске показал, что объекты, которые Россия считала защищенными благодаря удаленности от линии фронта, теперь находятся под прицелом. Украина может угрожать всем НПЗ Сибири, военным базам и крупнейшему в РФ газовому хранилищу. И Россия не может решить эту проблему немедленно.
Согласно недавнему исследованию Оксфордского института энергетических исследований (OIES), Россия фактически потеряла пятую часть своих нефтеперерабатывающих мощностей – с примерно 5,2 млн баррелей в сутки до войны до 3,8 млн сейчас. По данным OIES, это "самый низкий уровень за последние 21 год".
Как следствие, в море накапливаются запасы российской нефти, поскольку грузы сырой нефти стали дольше ожидать доставки покупателям, чем раньше. Из-за этих задержек объем российской сырой нефти, находящейся в море, к воскресенью вырос примерно до 135 млн баррелей.