Украина уже слышала ядерный взрыв: как "Факел" на Харьковщине ведет к ошибкам Кучмы

Первый ядерный взрыв на территории Украины произошел не в Чернобыле, а возле села Хрестище в Харьковской области. 9 июля 1972 года там провели подземную операцию "Факел": советские специалисты пытались с помощью ядерного заряда заглушить аварийный газовый фонтан. Эксперимент не дал ожидаемого результата, а сама история надолго осталась символом того, как в СССР ядерные технологии использовали без публичного разговора о рисках для людей и территорий.

После распада СССР Украина получила уже другое ядерное наследие — третий в мире арсенал стратегического оружия. В 1990-х Киев отказался от него в обмен на международные гарантии безопасности, а при президентстве Леонида Кучмы этот процесс был окончательно завершен. Тогда это подавалось как шаг в новую эпоху — без большой войны в Европе, без прямой угрозы со стороны России и с верой в силу дипломатии.

Но Будапештский меморандум не остановил агрессию РФ, а Украина вошла в полномасштабную войну без ядерного сдерживания. Фокус рассказывает, какие решения Леонида Кучмы стали стратегическими ошибками, почему внешнеполитические успехи 1990-х не были подкреплены внутренними реформами и как упущенное время сделало Украину уязвимой перед Россией.

Где в Украине впервые прогремел ядерный взрыв

Первый ядерный взрыв на территории Украины произошел не в Чернобыле и не на военном полигоне, а возле села Хрестище в Харьковской области. 9 июля 1972 года там провели операцию "Факел" — один из советских экспериментов с так называемым "мирным атомом", когда ядерные заряды пытались использовать не для войны, а для промышленных задач.

Предпосылкой стала авария на газовом месторождении. Во время бурения там возник мощный газовый фонтан, который не удавалось заглушить обычными методами. Советские специалисты решили прибегнуть к радикальному способу: заложить под землей ядерный заряд и взорвать его рядом со скважиной. По замыслу, взрыв должен был сместить горные породы, перекрыть аварийный канал и таким образом остановить неконтролируемый выход газа.

Операцию готовили как техническую спецоперацию, но о рисках для местных жителей публично не говорили. Для советской системы это был типичный подход: стратегические и технологические эксперименты проводились в режиме секретности, а последствия для людей и окружающей среды оставались второстепенными. Именно поэтому история "Факела" надолго выпала из широкой общественной памяти — в отличие от Чернобыля, который стал глобальной катастрофой и символом опасности атомной эпохи.

Впрочем, эксперимент не дал ожидаемого результата. После подземного ядерного взрыва газовый фонтан не исчез сразу, а сама операция лишь пополнила список опасных советских попыток применить ядерные технологии вне военной сферы. "Мирный атом" в этом случае оказался не столько доказательством технического прогресса, сколько примером того, как государство было готово рисковать территориями и людьми ради демонстрации контроля над природой и промышленными авариями.

Эта история важна не только как малоизвестный эпизод советского прошлого. Она показывает, что ядерная тема для Украины началась задолго до Чернобыля и задолго до дискуссий о Будапештском меморандуме. Сначала Украина была территорией, где СССР проводил опасные атомные эксперименты. После 1991 года она стала государством, которое унаследовало один из крупнейших ядерных арсеналов мира — и вынуждено было решать, что делать с этим наследием.

Леонид Кучма и неправильные решения

Леонид Кучма возглавил Украину в июле 1994-го — в разгар экономического коллапса, гиперинфляции и политической нестабильности. Третий год независимости, а государство еще не имело четких границ с Россией, Черноморский флот оставался яблоком раздора, ядерное наследие СССР требовало решения. Кучма, экс-директор "Южмаша", пришел с репутацией прагматика. Его внешняя политика стала попыткой вывести страну из изоляции, не разорвав экономические связи с Москвой.

Первые шаги — Будапештский меморандум и ядерное разоружение. Украина унаследовала третий в мире ядерный арсенал, но не имела средств на его содержание. Кравчук начал этот процесс, а при первой каденции Кучмы все было завершено. К 1996-му все боеголовки были вывезены в РФ. Запад пообещал гарантии безопасности. Тогда это выглядело логично: эра "конца истории", сотрудничества, а не конфронтации.

Параллельно происходила евроинтеграция. В 1994-м Украиной подписано Соглашение о партнерстве с ЕС. В 1998 году страна входит в Совет Европы. Хартия об особом партнерстве между Украиной и НАТО в 1997-м открыла двери к учениям и миротворческим миссиям.

Всю международную политику во времена президентства Кучмы называли многовекторной. Он постоянно маневрировал между США, ЕС и Россией: с одной стороны — создание объединения постсоветских стран ГУАМ как альтернатива российскому влиянию в регионе, с другой — так называемый "Договор о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Украиной и Российской Федерацией", урегулировавший границы и флот.

Кульминацией обострения отношений с РФ стал конфликт за остров Тузла в 2003 году. Тогда Россия начала строить дамбу к острову, пытаясь присоединить спорную территорию. Кучма лично прибыл на место, а Украина направила войска. Кризис тогда завершился компромиссом и остановкой строительства. Это стало первым серьезным вызовом Путину.

Но внешние успехи контрастировали с внутренней стагнацией. Польша, Чехия, Венгрия реформировались и вступали в ЕС и НАТО, а Украина — нет. Олигархизация, коррупция, медленные реформы тормозили движение. Если бы темп был выше, история могла бы сложиться иначе. Внешняя политика Кучмы дала время и фундамент. Но без внутренней модернизации этот фундамент остался уязвимым. Урок, который Украина изучает до сих пор.

Кучма и первый конфликт с Путиным

Политтехнолог Олег Постернак оценил президентство Леонида Кучмы как период, когда внешнеполитические достижения значительно преобладали над внутренними просчетами. По его словам, вторая половина 1990-х — начало 2000-х диктовали собственные возможности, которые Украина использовала для утверждения себя как суверенного и субъектного государства.

Среди ключевых достижений Постернак называет запуск курса на евроинтеграцию, вступление в Совет Европы, подписание Хартии об особом партнерстве с НАТО, налаживание двустороннего сотрудничества со всеми крупными государствами. Особенно важным политолог считает унормирование отношений с Российской Федерацией — от Большого договора 1997 года до конфликта возле острова Тузла 2003-го. Тогда Украина уверенно дала понять новоизбранному президенту РФ Владимиру Путину границы своей государственности.

Ошибки Кучмы, которые до сих пор влияют на развитие Украины

Также Постернак подчеркивает, что разоружение объяснялось сложным социально-экономическим состоянием страны, которая не могла обеспечить надлежащее обслуживание и сопровождение имеющегося вооружения. Продажа оружия существенно пополняла бюджет, хотя этот аспект требует отдельного анализа.

"Отказ от ядерного оружия, зафиксированный в Будапештском меморандуме, не является ошибкой именно Кучмы. Основы этого решения заложил Леонид Кравчук, а Кучма, как новоизбранный президент, продолжил курс для усиления внешнеполитических позиций. В то время господствовало общее убеждение в наступлении эры стабильных международных отношений и межгосударственного взаимопонимания на постсоветском пространстве. Предвидеть нынешний уровень российско-украинской войны было практически невозможно", — отмечает эксперт.

Главной ошибкой Кучмы Постернак называет недостаточные темпы внутриполитических реформ. В отличие от Польши, Чехии, Словакии, Венгрии, Болгарии и Румынии, которые в начале 2000-х стали членами Европейского Союза, Украина не интенсифицировала евроинтеграционные процессы. Если бы внутренние изменения происходили быстрее, вероятность вступления в ЕС и попытки присоединения к НАТО была бы выше. Это могло бы заставить Путина трижды подумать перед развертыванием полномасштабной войны.

В то же время эксперт допускает: даже членство в НАТО вряд ли остановило бы Путина в его агрессивной установке в отношении Украины.

"Он мог бы рискнуть и пойти против страны Альянса, готовя более серьезный континентальный конфликт", — подытожил эксперт.

Таким образом, внешняя политика Кучмы заложила фундамент суверенитета, но отсутствие внутренних трансформаций оставило Украину уязвимой перед внешними угрозами. Сегодня, анализируя тот период, общество должно осознать: без быстрых реформ никакие внешние гарантии не обеспечат полной безопасности. Только сочетание внешней активности с внутренней модернизацией могло бы изменить траекторию развития страны. Кучма, несмотря на все достижения, не смог обеспечить этот баланс. И это стало уроком для следующих поколений лидеров.

Могла бы Украина сегодня создать ядерное оружие?

Политолог Руслан Ключник напоминает: после добровольного отказа от третьего в мире ядерного арсенала тема возвращения к атомной бомбе снова прорывается в дискуссии — на фоне российской агрессии и провала гарантий Будапештского меморандума. Украина унаследовала не только советские боеголовки, но и мощную школу ядерной физики, ракетостроения и материаловедения. Харьковский физико-технический институт, киевские и днепровские предприятия до сих пор имеют специалистов, способных восстановить замкнутый цикл производства — от обогащения урана до носителей.

Финансовый фактор тоже не является фатальным: в годы полномасштабной войны государство потратило сотни миллиардов долларов на оборону, развернуло масштабное производство дронов и снарядов, а в 2024 году на сектор безопасности ушло более 50% госбюджета. По логике сторонников ядерной программы, ресурсы на "атом" можно было бы найти так же.

Однако главный барьер — не технологии и не деньги, а геополитика. Попытка вернуться к ядерному статусу означала бы международную изоляцию, санкции и риск превентивного удара со стороны РФ. Именно поэтому, по оценкам экспертов, несмотря на имеющийся потенциал, ядерный путь для Украины остается скорее теоретическим, чем реальным.

Напомним, 30 лет назад Кучма и Ельцин разделили Черноморский флот. Украине достались советские "отходы", не дожившие до войны, а флагман "Гетман Сагайдачный" затоплен в 2022-м. Что осталось от наследия СССР и куда движутся ВМС Украины — разбирал Фокус с экспертом Максимом Паламарчуком.