Увольнение Федорова и нарастающие проблемы Украины
Смещение министра обороны Украины Михаила Федорова вызвало протесты по всей стране. Первоначально Зеленский представил это как результат личного конфликта между Федоровым и главнокомандующим украинской армией Александром Сырским, однако на самом деле политический кризис затрагивает важный вопрос о будущем украинского способа ведения войны и характере украинского государства. Увольнение Федорова не разрешит этот вопрос; но украинское гражданское общество может это сделать.
Реформа и развитие вооруженных сил
Когда Федоров был назначен в Министерство обороны в январе 2026 года, он был хорошо знаком с проблемами, стоящими перед армией Украины. На своем предыдущем посту первого заместителя премьер-министра и министра цифровой трансформации он курировал наращивание производства и применения БПЛА, использование стимулирующих структур для определения приоритетов в целеуказании, а также цифровую сетевую инфраструктуру вооруженных сил, которая обеспечила Украине возможность наносить значительные и тяжелые потери российской армии. Он также остро осознавал напряжение, которое испытывала армия, включая недостаточную подготовку новобранцев к службе в пехоте, ограниченные масштабы планирования и проведения операций и острую необходимость сохранения технологического превосходства над более крупным противником.
Таким образом, Федоров прибыл в министерство обороны с планом и, получив мандат от парламента, приступил к его активной реализации. После первоначального анализа эффективности украинских подразделений он пришел к выводу, что из 120 бригад Украины примерно каждая шестая страдает от плохого руководства, что приводит к устойчивой неэффективности на поле боя. Поэтому он предложил укрепить эти бригады, перераспределив их личный состав в более эффективно управляемые подразделения, которые часто испытывали хроническую нехватку личного состава, вместо того чтобы призывать новобранцев для восполнения потерь в подразделениях, эффективность которых вряд ли улучшится.
Ещё одной проблемой была ротация войск. Федоров рассуждал так: если необходимо улучшить удержание личного состава во время обучения – смягчить нехватку кадров – то следует повысить опыт службы. Хотя Генеральный инспектор Вооруженных Сил Украины пришел к выводу, что ротация войск должна происходить менее чем за 40 дней, у командиров украинских бригад не хватало ресурсов для ротации или огневой мощи для создания безопасных условий, в результате чего солдаты оставались в зоне боевых действий до 200 дней подряд. Для решения этой проблемы Федоров хотел укрепить армейские корпуса, обеспечив им постоянный состав подразделений под командованием, чтобы они могли группировать ресурсы и устанавливать ротацию в своих секторах. Когда он вступил в должность, подчиненные украинские корпуса имели бригады, рассредоточенные вдоль фронта на несмежной территории, что значительно осложняло командование. Федоров хотел объединить входящие в состав корпуса бригады. Ещё одним направлением усилий по повышению устойчивости обороны Украины стало снижение потерь среди украинских войск за счет внедрения технологий. Для этого Федоров хотел выявить тех командиров, которые наилучшим образом использовали технологии по-новому для выполнения боевых задач с меньшими затратами, а также обеспечить их людскими и материальными ресурсами.
Он хотел осуществить целый ряд других изменений в структуре и боевой подготовке вооруженных сил, но по мере того, как министерство приступало к реализации этих реформ, начала вырисовываться определенная картина. Министерство распорядилось о консолидации бригад: Сырский создал три дополнительные бригады. Министерство также распорядилось о консолидации украинских корпусов. Сырский взял несколько лучших украинских частей и развернул их в виде раздвоенного формирования на противоположных концах фронта. Ситуация стала критической, когда команда Федорова начала пытаться обеспечить ресурсами технически инновационные подразделения, но обнаружила, что приоритет отдается 425-му штурмовому полку, который продолжал проводить пехотные атаки, сопровождавшиеся большими потерями, — обвиняемый в злоупотреблении служебным положением по отношению к собственному персоналу, — одновременно лишая командиров инновационных формирований, которые Федоров хотел создать, необходимого оборудования. Когда стало ясно, что стремление Федорова выявить компетентных и новаторских командиров приведет к тому, что эти самые люди будут лишены власти военным руководством, раскол между Министерством и Генеральным штабом стал непримиримым.
С точки зрения Сырского, он защищал целостность системы командования. То, что Федоров считал необходимой реформой, Сырский воспринимал как попытку министерства сосредоточиться на закупках, а также стремление напрямую командовать отдельными подразделениями на поле боя, минуя Генеральный штаб и военное руководство. Для Федорова в войне, где инновации быстрее всего развиваются на передовой, закупки нельзя было так легко отделить от ведения боевых действий. Столкнувшись с непримиримыми позициями, Зеленский решил, что такая ситуация неустойчива, и поэтому отстранил Федорова.
Гражданский контроль
Если бы Зеленский также поддержал Сырского по существу аргументов, этот шаг был бы непопулярным, но при этом логичным. Но он этого не сделал. Федоров был избран министром с мандатом на проведение реформ, и Зеленский ясно дал понять, что реформы должны быть продолжены его преемником. Самой значительной и спорной реформой стала реформа системы воинской повинности в Украине.
В настоящее время украинские мужчины могут быть призваны в армию напрямую. Перед подразделениями Сухопутных войск стоит задача поиска новобранцев в рамках квоты и их задержания. Это крайне непопулярная система, лишающая мужчин по всей Украине уверенности и возможности планировать будущее своих семей. И этот процесс приводит к плохим результатам. Украинские фронтовые части по-прежнему испытывают нехватку личного состава, несмотря на достаточную базу для призыва в населении.
Однако, когда Федоров рассмотрел проблему набора в армию, он отметил, что, хотя можно значительно улучшить систему мобилизации людей – в идеале, с предварительным уведомлением для урегулирования их дел, призывом на определенный и ограниченный срок и с обеспечением соблюдения призывных мер в случае уклонения от них – существующая система привлекает более чем достаточно людей с улицы. Проблема заключалась в том, что из-за проблем с обучением, управлением персоналом и коррупцией лишь меньшинство мобилизованных ежемесячно добирается до боевых частей. Поэтому решение проблемы мобилизации, которое ему поручили сделать парламент и Зеленский, могло быть достигнуто только путем изменения подхода к обращению с новобранцами и их обучению. В этом контексте отказ Сырского сотрудничать с министерством в изменении системы управления войсками привел бы к провалу реформы призыва.
Эта динамика меняет весь контекст разногласий, превращая их из вопроса личности и политики в вопрос принципа. Если целью Революции Достоинства 2014 года было укрепление демократии и определение курса на европейскую интеграцию, то гражданский контроль над армией является важным показателем прогресса Украины. Игнорирование военными политических указаний министра, назначенного президентом и парламентом для реализации программы реформ, поставило под сомнение саму основу военных усилий и сопротивления Украины. Многие украинцы опасались, что, хотя преемник Федорова будет говорить о реформах, если он попытается их осуществить, он столкнется с тем же конфликтом с Сырским, а если нет, то военные будут диктовать политику гражданскому руководству. Именно поэтому протесты, начавшиеся в защиту Федорова, быстро переросли в требование отставки Сырского, поскольку украинское общество видит на примере Федорова, что систему можнно улучшить.
Трагедия этого процесса заключается в том, что он развернулся как раз в тот момент, когда Украина оказала на РФ огромное тактическое давление, тем самым получив возможность еще больше укрепить свои позиции. Это также парализовало прогресс в укреплении обороны Украины в преддверии, вероятно, суровой зимы и потенциальной российской мобилизации. Для украинского гражданского общества, увидевшего перспективу успешного завершения войны, опасение, что надежды Украины могут быть подавлены распрями элиты, является неприемлемым результатом. И поэтому снова именно гражданское общество – как и в 2014 и 2022 годах – должно спасти Украину от ее руководства.