Узнать по почерку. Как Кристофер Нолан создавал собственный визуальный язык — обзор фильмов режиссера с самого начала до Одиссеи
Одиссея Кристофера Нолана только за первые дни проката собрала более 264 миллионов долларов. Режиссер явно не собирается сбавлять обороты после успеха оскароносного Оппенгеймера. NV исследует, как Нолан создавал собственный визуальный язык, который в итоге сделал его одним из самых успешных мастеров в истории современного кино.
С одной стороны, режиссерская судьба Кристофера Нолана складывалась вполне предсказуемо. Когда у твоего отца есть камера, а сам ты — фанат Звездных войн, то так или иначе возьмешься за кино. «Когда мне исполнилось 10 или 11 лет, я уже знал, что хочу снимать фильмы», — вспоминал Нолан. Свои первые короткометражки он снимал на позаимствованную у отца пленочную Kodak Super 8, используя самодельные декорации и фигурки из тех самых Звездных войн.
Варвара Шолян
Однако затем история сделала неожиданный поворот и вместо того, чтобы получать кинообразование, юный Кристофер Нолан отправился изучать английскую литературу в Университетском колледже Лондона. До 1993-го он усердно работал над получением степени бакалавра, но мыслей о кино, очевидно, не оставлял. А галерея Флаксмана в главной библиотеке Университетского колледжа с ее коллекцией гипсовых скульптур еще появится в его фильме Начало. К тому же, в колледже Нолан встретил свою будущую жену Эмму Томас, которая потом станет продюсеркой всех его фильмов.
Сезон мрачных детективов
Первой полнометражной киноработой Нолана стал малобюджетный неонуар Преследование (1998). Известных актеров здесь, конечно, нет, 16-миллиметровую пленку режиссер покупал на свои деньги, а на создание фильма его вдохновило ограбление его же собственной квартиры. Но уже есть нелинейный сюжет — главная из будущих режиссерских фишек Нолана, а также характерные для него темные тона. Нолан сделал Преследование черно-белым исключительно из соображений экономии (цветной фильм обошелся бы дороже), но со временем этот вынужденный шаг превратился в фирменный знак, который он в полной мере использует в трилогии о Бэтмене.
«Я не думаю о фильмах в категориях света и тьмы, — рассказывал потом Нолан о съемках Темного рыцаря, — и меня часто удивляет, что люди называют мои фильмы темными […] По-моему, на самом деле они очень оптимистичны».
Несмотря на такое непростое начало, Кристофер Нолан довольно быстро решился на второй фильм и в 2000 году снял Memento — снова неонуарный триллер по мотивам рассказа своего младшего брата Джонатана (со временем тот станет соавтором вестерн-антиутопии Мир Дикого Запада). Тут уже и цвет появился, и каст улучшился — звезда Матрицы Кэрри-Энн Мосс и Гай Пирс в роли страхового агента с амнезией. Фильм состоит из двух линий — черно-белой и цветной, причем первая идет в хронологическом порядке, а вторая — в обратном (теперь мы уже знаем, что это могли быть режиссерские наброски для энтропического боевика Tenet).
В 2002-м Нолан снимает еще один неонуар под названием Бессонница и на этом завершает сезон мрачных детективов.
Культовое Начало и эра Бэтменов
Дальше наступит эра Бэтменов, но режиссер еще умудряется в перерывах между частями трилогии выпустить причудливо-театральный Престиж (2006) и культовое Начало (2010).
В Престиже история наконец-то подается в «нормальном», хронологическом порядке — но Нолан все равно начинил ее огромным количеством флешбэков. К тому же, он выбрал довольно нетипичную для себя тему — яростное соперничество двух великих иллюзионистов в викторианском Лондоне (со сценарием по одноименному роману снова помог брат Джонатан). Тут и шик, и блеск, и смертельно опасные фокусы, и завораживающий дуэт Хью Джекмана и Кристиана Бейла, и даже Дэвид Боуи в роли Николы Теслы (легенда в роли легенды — еще одна рекурсия).
Некоторые критики называли кино «слишком сложным» и «запутанным», но в итоге это не помешало ему войти в список лучших фильмов 2000-х.
Престиж стоит отметить и потому, что здесь Нолан наработал еще один свой режиссерский прием — прибегать к вроде бы мейнстримным, манипулятивным ходам, но компенсировать это тонким мастерством эмоциональной вовлеченности. Тот момент, когда ты понимаешь, что каждый новый сюжетный поворот — это очередной фокус, иллюзия, игра в имитацию, но все это так красиво, страшно и трогательно одновременно, как это и бывает в реальной жизни.
Трилогия о Бэтмене, которую Нолан снимал с 2005-го по 2012-й, заслуживала бы отдельного длинного текста. Если охарактеризовать ее одной фразой, то это прежде всего фильм Нолана, а уже потом — комикс DC. К тому времени словосочетание «фильм Нолана» уже приобрело статус торговой марки, а Брюс Уэйн в исполнении Кристиана Бейла не похож ни на одного из прочих Бэтменов — ни на тех, что были до него, ни на тех, что были после.
Присущую DC мрачную эстетику Нолан выкрутил на максимум — и превратил персонажа поп-культуры в протагониста мифологического масштаба, такого себе Тысячеликого героя из исследований Джозефа Кэмпбелла.
«Я с детства интересовался снами, — рассказывал Нолан в одном из интервью, — меня всегда увлекала идея, что твой разум во время сна может создавать собственный мир, и ты воспринимаешь его так, словно он действительно существует».
Исследование снов понадобилось ему для съемок научно-фантастического Начала (порой гораздо более фантастического, чем научного, и гораздо более реалистичного, чем можно было бы представить). Суперспособность главного шпиона-экстрактора Кобба (Леонардо Ди Каприо) — создавать слои сновидений — органично сочетается с многослойной структурой самого фильма. Нолан собрал здесь отсылки к средневековой теологии (Лимб как «бесконечный мир подсознания»), древнегреческим мифам (помощницу Кобба зовут Ариадна) и вполне реальным физическим состояниям (когда ты вроде бы проснулся, но не можешь пошевелиться — так называемый сонный паралич).
Космический Интерстеллар и нелинейный нарратив Дюнкерка
При всей своей глубине и нестандартности, Начало было лишь подготовкой к космическому эпосу Интерстеллар, ставшему одним из главных кинособытий 2014 года. История создания фильма растянулась почти на десять лет и изначально режиссером должен был быть Стивен Спилберг. Однако после того, как для написания сценария наняли Джонатана Нолана, проектом заинтересовался и Кристофер.
Мэттью Макконахи получил предложение сыграть обреченного пилота NASA, когда снимался в первом сезоне Настоящего детектива: Нолан искал актера, который «вовлек бы зрителей в эту историю», и Макконахи с его умением внезапно зависнуть на грани отчаяния и надежды подошел как нельзя лучше.
После Интерстеллара Нолан берет трехлетнюю паузу и в 2017 году возвращается с новой концепцией. На этот раз это переосмысление Второй мировой, и хотя в Дюнкерке война как таковая почти не появляется в кадре, она экзистенциально пронизывает весь фильм (снова поданный в нелинейном нарративе).
Речь Черчилля в газете, очереди на эвакуацию, нелепая гибель из-за падения с лестницы — события, вроде бы не связанные между собой, в итоге складываются в целостный пазл, понятный даже без слов (диалогов здесь действительно крайне мало, а Том Харди за весь фильм вообще не произнес ни слова).
Противоречивый Tenet и семь Оскаров Оппенгеймера
Но Дюнкерк был скорее наброском, карандашным эскизом, раскрашивать картину Нолан будет уже в Оппенгеймере, который принесет ему Оскар за лучшую режиссуру, а до этого он еще успеет поиграть со временем и пространством в фильме Tenet (2020).
Tenet — пожалуй, самый противоречивый фильм Нолана, если судить по оценкам критиков. Спектр восприятия колебался от «изощренной головоломки» до «метафизической болтовни». Вкусы зрителей тоже разделились: кто-то был в восторге от обратного отсчета и и временных парадоксов, кто-то наоборот не понимал, как смотреть кино, в котором автомобили едут задом наперед.
Как бы то ни было, с тех съемок Нолан сохранил себе в копилку Роберта Паттинсона и Людвига Йоранссона (оба потом пригодятся для Одиссеи).
Оппенгеймер, вышедший в 2023 году, завоевал семь премий Оскар, причем забрал их в самых престижных номинациях, включая Лучший фильм, Лучшего режиссера и Лучшего актера. Кроме биографичности, картина стала своеобразным бенефисом Киллиана Мерфи: Нолана часто упрекали в том, что он снимает «холодные фильмы», а Мерфи — в том, что он играет «холодных персонажей», а тут как раз все звезды и сошлись, так как режиссер, кроме чисто внешнего типажа, угадал и некую внутреннюю сущность актера. Кстати, Мерфи сыграл в шести из 13 фильмов Нолана, включая всю трилогию о Бэтмене.
И, наконец, к Одиссее
В Одиссее 2026 года Кристофер Нолан снова отошел от собственных канонов. Конечно, экранизация героического эпоса казалась для него лишь вопросом времени, но эта работа, помимо прочего, будто собрала все лучшее из всех предыдущих. Здесь и лабиринты подсознания, как в Начале, и невидимые связи, как в Интерстелларе, и позаимствованные из Престижа фокусы-провокации (чего стоили одни только споры вокруг темнокожей Елены).
Кто-то уже окрестил Одиссею самым антивоенным фильмом Нолана, и режиссер действительно вывел то, что было намечено в Дюнкерке и подсвечено в Оппенгеймере, на уровень настояшего художественного манифеста. Хрестоматийный принцип «трансформация героя» — от жуткого завоевания Трои до полного раскаяния в содеянном — здесь прописан во всех деталях.
Внимание к деталям — еще один из признаков Одиссеи «по-нолановски». Хронометраж фильма — почти три часа, но даже этого времени иногда кажется недостаточно, чтобы разглядеть все оттенки мимики, переходы цветов, фактуры костюмов (которых здесь, между прочим, более пяти тысяч).
Когда Пенелопа (Энн Хэтэуэй) выходит к опротивевшим женихам в красно-синем наряде и золотом ожерелье, это так прекрасно, что на мгновение затмевает самого Одиссея (Мэтт Дэймон).
К тому же, Нолан осуществил свою давнюю мечту и снял фильм полностью на 70-мм пленочные камеры IMAX. А еще, похоже, он окончательно избавился от статуса «холодного режиссера». Одиссея — самый человечный фильм Кристофера Нолана: когда поседевший Дэймон рассказывает, о чем поют сирены («Самое недостижимое — это то, что у тебя было и что ты потерял»), каждый вспоминает о своем.