17 тысяч снимков мозга показали, что болезнь Альцгеймера может протекать по-разному в зависимости от происхождения человека

Новое исследование ученых из Университета Южной Калифорнии заставляет пересмотреть то, что считалось очевидным.

Исследователи проанализировали данные более 17 000 пожилых людей из пяти крупных научных проектов. Они изучали один показатель: сколько амилоидных бляшек накапливается в мозге. Именно эти бляшки — главный признак болезни Альцгеймера, и именно на них направлены новые препараты, которые сейчас активно разрабатываются.

Оказалось, что у испаноязычных участников бляшек было заметно меньше, чем у белых нелатиноамериканцев с таким же когнитивным состоянием и такими же генетическими рисками.

Разница есть. И она стабильна в разных группах.

Самый сильный из известных генетических факторов риска развития болезни Альцгеймера — вариант гена APOE ε4. При его наличии вероятность заболевания существенно возрастает.

Но вот в чём дело: у белых носителей этого гена риск развития амилоидной патологии был более чем в четыре раза выше. У латиноамериканцев с тем же геном — лишь в два с половиной раза.

«APOE ε4 — это важный генетический фактор риска болезни Альцгеймера, но наши результаты показывают, что его связь с накоплением амилоида может быть более сложной у латиноамериканцев», — говорит автор исследования Калли Сяо.

Ген есть — а реакция другая. Почему — пока неизвестно.

Здесь важно не сделать ошибочного вывода. Меньше амилоида не означает «меньше Альцгеймера». Латиноамериканцы на самом деле чаще страдают от деменции, чем белые американцы — это задокументированный факт. Просто, похоже, когнитивное ухудшение у них может развиваться по-другому: из-за сосудистых проблем, социальных факторов или других биологических механизмов, которые ещё не изучены.

«Путь к когнитивному упадку может выглядеть по-разному для каждой группы населения», — объясняет старший автор исследования Артур Тога.

Новые лекарства от болезни Альцгеймера воздействуют именно на амилоидные бляшки. Если у части пациентов бляшки не являются основной причиной проблемы, то и препарат может просто не помочь.

Или хуже: человека не включат в программу лечения, потому что по стандартным критериям он «недостаточно болен» — хотя на самом деле когнитивный спад уже наступил.