Без Украины невозможно представить дальнейшее развитие Европы, поскольку европейские государства и Украина тесно связаны общей историей, интересами и вызовами безопасности. На фоне продолжающейся российской агрессии Евросоюзу необходимо не только сохранять поддержку Украины, но и перенимать её опыт противодействия современным военным угрозам, включая использование беспилотников и новых технологий ведения войны.
Об этом в интервью Guildhall заявила шведская депутат Европейского парламента Ханна Йедин.
— В последнее время мы наблюдаем усиление российских атак против Европы: кибератаки, инциденты с российским самолётом в Польше, проникновение беспилотников в воздушное пространство европейских стран. О чём, на ваш взгляд, свидетельствуют эти события?
— Они свидетельствуют о том, что Россия представляет очень серьёзную угрозу. Полномасштабное вторжение в Украину вызывает у меня глубокое возмущение. Я считаю совершенно недопустимым то, что Путин продолжает вести эту войну против украинцев.
Год назад я сама была во Львове вместе с моей коллегой. Я встречалась с представителями профсоюзов, с людьми, которые воюют, с женщинами, участвующими в борьбе. Было очень тяжело видеть, с какими трудностями люди сталкиваются в повседневной жизни. Мне самой пришлось укрываться во время российской атаки. Я испытала это на себе всего один вечер и даже не могу представить, что переживают люди, которые сталкиваются с такими угрозами каждый день и каждую ночь.
Мы видим очень агрессивную Россию и агрессивного Путина. Конечно, мы должны продолжать помогать Украине всеми доступными нам средствами. Но одновременно необходимо прекратить финансирование России. Я считаю возмутительным, что Европейский союз и отдельные государства ЕС до сих пор покупают, например, российскую нефть. На мой взгляд, это недопустимо.
У нас есть санкции, и это хорошо. Однако их довольно легко обходят. Кроме того, санкции необходимо продлевать каждые шесть месяцев, поэтому это не очень стабильный инструмент. Я участвовала в переговорах о запрете российского газа, который вступает в силу в 2027 году. Я настаивала на введении очень жёсткого запрета и рада, что нам удалось этого добиться.
Но я также выступала за аналогичный запрет на российскую нефть. Во время переговоров Европейская комиссия обещала представить предложение о запрете российской нефти в начале этого года. Однако мы до сих пор ничего не увидели. Поэтому я направила письменный вопрос Европейской комиссии, чтобы выяснить, что происходит. Поскольку мы видим, как вы и сказали, что атаки против украинского народа продолжаются и усиливаются, нам необходимо делать больше.
— Как бы вы в целом оценили нынешнюю стратегию сдерживания России, которой придерживается Запад? Какие её элементы, на ваш взгляд, необходимо усилить?
— Я действительно считаю, что нам необходимо занимать гораздо более жёсткую позицию в отношении России. Продолжать покупать российскую нефть и тем самым финансировать агрессивную войну России против Украины — это двойные стандарты. Поэтому я хочу добиться полного и жёсткого запрета на российскую нефть.
Я считаю эту ситуацию крайне проблематичной, и, откровенно говоря, она меня очень возмущает. Не знаю, видели ли вы, но в шведской газете недавно появилась история о шведском миллиардере, чья компания на протяжении многих лет обходила санкционный режим. Фактически он зарабатывал деньги, ведя дела с Путиным и Россией. Я считаю это возмутительным.
Необходимо гораздо строже контролировать соблюдение санкций, а случаи их обхода должны иметь серьёзные последствия.
— Сейчас мы также наблюдаем, что Соединённые Штаты, по всей видимости, постепенно отходят от поддержки Украины. Какие угрозы это может представлять для Европы и её обороноспособности?
— Сейчас мы наблюдаем отступление от принципов международного права. В мире есть несколько влиятельных людей, которые делают то, что хотят, не соблюдая международное право. Мы также видим, как Соединённые Штаты вводят санкции против Международного уголовного суда. Таким образом, мы наблюдаем многочисленные атаки на международное право.
Я считаю, что Европейский союз должен гораздо жёстче и последовательнее отстаивать соблюдение международного права. Это касается как российской агрессивной войны против Украины, так и ситуации в Палестине, потому что в вопросах международного права не должно быть двойных стандартов. Я также считаю, что ЕС должен задействовать свой блокирующий регламент, который позволяет защищать Международный уголовный суд от американских санкций.
— Как вы считаете, сможет ли Европа самостоятельно противостоять российской агрессии без Украины?
— Последние годы показали, что Европа, Европейский союз и Украина очень тесно связаны между собой. У нас также очень тесно переплетена история. И я считаю, что без Украины невозможно двигаться вперёд.
Конечно, Украина, как и все другие страны, должна соответствовать определённым критериям и правилам, чтобы стать членом Европейского союза. Но я уверена, что это очень тесное сотрудничество и взаимная поддержка между странами ЕС и Украиной будут продолжаться и сохранятся в будущем.
— Какие конкретные шаги, по вашему мнению, должен предпринять Европейский союз, чтобы повысить эффективность санкционного режима против России?
— Хорошо, что у нас существуют санкционные пакеты. Насколько я понимаю, сейчас мы уже дошли до 21-го пакета санкций? Конечно, санкции должны охватывать больше сфер и затрагивать больше российских интересов. Я считаю, что это правильно.
Но у санкционного режима есть одна проблема: он не очень стабилен, поскольку для принятия санкций необходимо единогласное решение, а сами ограничения нужно продлевать каждые шесть месяцев. Поэтому было бы гораздо лучше принять полноценное законодательство, как мы сделали в случае с российским газом.
Аналогичные законодательные запреты необходимы в отношении нефти и других товаров. Но, конечно, прежде всего речь идёт о нефти, поскольку именно она сейчас обеспечивает поступление денег в Россию и финансирование войны. Я считаю совершенно безумным, что это продолжает происходить.
— Во времена холодной войны западные страны разработали систему сдерживания, направленную на предотвращение советской агрессии. Какие уроки того периода, если таковые имеются, вы считаете актуальными для решения современных вызовов безопасности, с которыми сталкивается Европа?
— Я не являюсь военным экспертом, поэтому мне сложно об этом судить. Но я думаю, что всем очевидно: характер войны в определённом смысле изменился. Сегодня у нас есть беспилотники, кибератаки и множество других методов, включая вмешательство в избирательные кампании в разных странах. Это новый характер ведения войны.
В определённом смысле война остаётся прежней, поскольку она убивает людей и причиняет им страдания. Но в то же время она изменилась, потому что изменились технологии. И я действительно считаю, что европейским странам есть чему поучиться у Украины.
За последние годы Украина, к сожалению, была вынуждена накопить огромный объём знаний и опыта, в частности в области беспилотных технологий. Я думаю, что европейские страны могут очень многому научиться благодаря этому опыту.
— Спасибо за содержательную беседу!
Информационное агентство Guildhall, эксклюзивно
Главные новости в Telegram, Facebook и GoogleNews!
Tweet