В верхушке российской власти нарастает тихое, но заметное раздражение по отношению к Владимиру Путину. Его всё реже воспринимают как «хозяина системы» и всё чаще — как пожилого человека, который втянул страну в катастрофу.
Об этом рассказала российский экономист Александра Прокопенко в интервью немецкому изданию Frankfurter Allgemeine Zeitung. По её словам, она общалась с представителями гражданской и управленческой элиты, а также крупного бизнеса, и настроение там резко изменилось.
Если раньше Путина называли «боссом», то теперь — «дедом».
До февраля 2022 года, говорит Прокопенко, отношение было совсем другим. Даже когда президент всё больше уходил в разговоры об истории и меньше занимался экономикой, это воспринималось как странность стареющего автократа, но не как угроза. Система работала, деньги зарабатывались, а значит — претензий не было.
Элиты считали его рациональным и осторожным.
Именно поэтому многие не верили, что он решится на полномасштабное вторжение в Украину. Ожидали, что Путин взвесит риски и не станет рушить экономику и международные связи.
Но он пошёл на войну.
После этого уважение быстро сменилось разочарованием, а затем — насмешкой.
В частных разговорах, утверждает Прокопенко, за президентом закрепилось прозвище «дед». Причём это не про возраст, а про отношение.
Один из её собеседников описал это предельно прямо:
"Дедушка просто любит игрушечных солдатиков".
По словам экономиста, эта фраза точно передаёт настроение элит: Путина воспринимают как человека, увлечённого войной почти по-детски, но не осознающего реальных последствий своих решений — санкций, потерь, экономического спада и человеческих жертв.
То есть не как стратегa, а как человека, живущего в собственной реальности.
Дополнительное раздражение вызывает его изоляция.
Прокопенко отмечает, что информация до президента всё чаще доходит в искажённом виде. В системе поощряют не тех, кто говорит неприятную правду, а тех, кто приносит хорошие отчёты. В результате картина мира у Кремля становится всё более «глянцевой» и оторванной от реальности.
А это означает, что решения принимаются вслепую.
Для российской верхушки это тревожный сигнал: страна управляется человеком, которому боятся сообщать плохие новости и которого уже перестали воспринимать как сильного лидера.
И чем дольше тянется война, тем громче внутри системы звучит это новое, уничижительное обращение — «Дед».
Кстати, кто первый так уничижительно обозвал Путина? Правильно! Пригожин.