Большое возвращение: стратегические инвесторы снова скупают украинскую землю — эксперт
За 4 месяца 2026 года объем сделок M&A в аграрном секторе превысил $525 млн — это больше, чем за весь прошлый год. Отрасль консолидируется: главной «валютой» становятся земельный банк, элеваторы и логистика, а земля все чаще рассматривается как самостоятельный стратегический актив.
Даже на четвертом году полномасштабной войны украинский агросектор остается редким исключением — отраслью, не утратившей своей инвестиционной значимости. Угрозы безопасности, валютные ограничения, разлаженная логистика и колебания мировых цен на сельхозпродукцию не помешали растениеводству превратиться в 2025–2026 годах в один из самых активных сегментов рынка слияний и поглощений.
Динамика весьма показательна. По оценкам участников рынка, за весь 2025 год в секторе растениеводства было заключено 18 сделок M&A на сумму около $167 млн, тогда как лишь за первые четыре месяца 2026 года состоялось более десяти транзакций на общую сумму свыше $525 млн — то есть показатели всего предыдущего года были превышены. За этими цифрами стоит не просто оживление, а изменение самой логики спроса: капитал концентрируется вокруг крупных земельных банков, операционно эффективных компаний и активов, связанных с элеваторами, логистикой или переработкой.
Значимость сектора также подкрепляется его вкладом в валютную выручку государства. Согласно отчету Ukrainian Agricultural Outlook 2025, в прошлом году на долю агропродовольственной продукции пришлось 56,1% украинского экспорта (около $22,5 млрд), что заметно превышает довоенный уровень 2021 года. Именно поэтому агроактивы остаются в поле зрения стратегических инвесторов даже в условиях военной экономики.
Рынок входит в фазу масштабной консолидации
Самой громкой сделкой 2026 года стало приобретение компанией Kernel 100% акций агрохолдинга Enselco за $348 млн. Вместе с бизнесом покупатель получил земельный банк площадью 190 тыс. га, сеть элеваторов, парк техники и оборудования, а также собственный парк зерновозов.
Эта сделка многое говорит о состоянии всего рынка. По сути, Kernel возвращает себе часть активов, с которыми расстался в 2022–2023 годах, но уже в укрупненном виде — с дополнительными земельными площадями, а также элеваторными и логистическими мощностями. Сигнал очевиден: для крупнейших игроков земельный банк перестал быть просто производственным ресурсом и стал важным активом сам по себе — инструментом контроля над всей цепочкой создания стоимости: от поля до хранения, транспортировки, экспорта и переработки.
Вторым показательным эпизодом стала продажа агрохолдинга Agro-Region той же компании Enselco примерно за $120 млн. На момент закрытия сделки Agro-Region располагал земельным банком около 41 тыс. га в четырех областях и мощностями для единовременного хранения почти 200 тыс. тонн зерна.
Отдельно стоит упомянуть смену собственников ряда агроактивов в Ровенской, Кировоградской и Киевской областях с совокупным земельным банком около 25 тыс. га, которые рынок связывает с экс-министром аграрной политики Николаем Сольским. Согласно имеющейся информации, переход контроля обусловлен необходимостью реструктуризации долговых обязательств.
Земля как стратегический актив: что возвращает инвесторов?
Главным драйвером нынешней волны M&A является переосмысление роли земельного банка в экономике агрокомпании. Если раньше этот актив ценили прежде всего за текущую операционную прибыльность, то в 2025–2026 годах на первый план выходит стратегический контроль над качественным массивом арендованных земель. Сам земельный банк превратился в дефицитный ресурс, который сложно быстро сформировать органическим путем — особенно в центральных и западных регионах страны. Иными словами, сегодня земля представляет ценность не только как средство производства, но и как самостоятельный актив, определяющий стоимость всей компании.
Впрочем, не стоит ставить знак равенства между сделками M&A в растениеводстве и рынком купли-продажи земли. Львиная доля крупных сделок, как и прежде, строится вокруг получения корпоративного контроля над компаниями, обладающими правами долгосрочной аренды, производственной базой, командой, техникой, элеваторами, логистикой и отлаженными процессами.
За что покупатели платят премию
Наиболее ликвидными в 2025–2026 годах оказались не просто владельцы земли, а компании с полноценной операционной платформой. Самые высокие оценки получают активы с компактным расположением полей, прозрачной юридической структурой, контролируемой базой аренды, отсутствием критических судебных споров, а также с современной техникой, элеваторами и понятной историей урожайности.
Дополнительную премию обеспечивают активы, которые легко интегрировать в существующую модель крупного холдинга. Для таких покупателей синергия возникает не только на уровне EBITDA, но и за счет оптимизации логистики, совместных закупок, загрузки собственных элеваторов и перерабатывающих мощностей, а также укрепления экспортных позиций.
Что тормозит закрытие сделок
При наличии спроса рынок остается сложным и требовательным. Практика показывает, что многие переговоры так и не доходят до подписания сделки — из-за огромного разрыва в ожиданиях сторон. Продавцы нередко ориентируются на довоенные мультипликаторы или стоимость восстановления актива, тогда как покупатели закладывают в модель военные риски, ограничения финансирования, валютные барьеры, вероятные потери урожая, сбои в логистике и дисконт за ликвидность.
Показательный пример — несостоявшаяся сделка между Kernel и ИМК. В мае 2025 года АМКУ разрешил Kernel взять ИМК под контроль, однако переговоры зашли в тупик. Этот кейс демонстрирует: даже «зеленый свет» от регулятора не гарантирует подписания соглашения, если стороны не пришли к согласию по экономическим аспектам, стратегическим условиям или видению будущего актива.
Еще один стоп-фактор — схема расчетов. Некоторые продавцы хотят получить средства за пределами Украины или провести закрытие сделки через иностранные юрисдикции. Для покупателей это влечет за собой комплаенс-риски и валютные ограничения, а также усложняет юридическую архитектуру сделки.
Рынок M&A в украинском агросекторе в 2025–2026 годах демонстрирует устойчивость и постепенно переходит к новому циклу консолидации. Если в начале полномасштабной войны инвесторы преимущественно занимали выжидательную позицию, то 2026 год ознаменовался возвращением крупных стратегических сделок, направленных на получение контроля над земельными ресурсами, логистикой и производственными мощностями.
Агросектор остается одной из немногих сфер украинской экономики, где даже во время войны возможны крупные сделки, стратегические инвестиции и долгосрочная консолидация. Однако избирательность растет: капитал направляется в качественные активы, тогда как недостаточно проработанные или переоцененные предложения остаются без внимания покупателей. При этом земля окончательно закрепила за собой статус ключевого стратегического актива — фундамента, вокруг которого формируется стоимость агробизнеса.
