Русская православная церковь является одним из важных каналов российского влияния в Чехии. Прокремлёвский лагерь преобладает, в том числе в руководстве организации, а контроль над церковной инфраструктурой открывает возможность влиять через религиозные каналы на сотни тысяч людей, включая украинских беженцев.
Об этом во время интервью для Guildhall заявил чешский аналитик Павел Гавличек.
По словам Гавличека, внутри Русской православной церкви и её структур в Чехии существуют серьёзные разногласия. При этом преобладающий лагерь, в том числе в руководстве организации, ориентируется на Кремль и российские нарративы.
«Ситуация вокруг Русской православной церкви и её структур в Чехии очень сложна. Внутри самой церкви существуют серьёзные разногласия и напряжённость. Есть лагерь, который сегодня преобладает, в том числе в руководстве организации, и ориентируется на Кремль и российские нарративы. Существуют также разногласия между чешской и моравской частями, то есть присутствует и региональное разделение. Нынешнее прокремлёвское руководство вызывает множество вопросов, но церковь не едина: внутри неё немало и критически настроенных голосов», — отметил он.
Гавличек подчеркнул, что в этой сфере присутствуют элементы организованной преступности и отмывания денег. По его словам, это затронуло и митрополита Илариона, влиятельного иерарха Русской православной церкви, которого подозревали, в частности, в перевозке наркотиков. Аналитик добавил, что подобные эпизоды имели место, а контроль над отдельными частями церкви сегодня ослаблен.
Отдельно аналитик остановился на роли Венгрии в деятельности Русской православной церкви.
«Как я уже говорил, это связано и с падением венгерского режима Виктора Орбана, который обеспечивал прикрытие операциям Русской православной церкви. Когда предполагалось ввести санкции и заморозить её имущество — по крайней мере церковную собственность в Карловых Варах, — её передали структуре Венгерской православной церкви. Это ещё больше осложнило процесс, и в итоге санкции так и не были введены», — рассказал аналитик.
Особую чувствительность этому вопросу придаёт большое число украинских беженцев, принятых Чехией.
«Если вы контролируете церковную инфраструктуру, то фактически получаете доступ к огромному числу людей — сотням тысяч человек, — на которых можно влиять через религиозные каналы. Поэтому это действительно важно», — подчеркнул Гавличек.
Формально за религиозную сферу в Чехии отвечает Министерство культуры, однако возможности государственных органов определяются действующим законодательством.
«Государство, строго говоря, не вмешивается, пока они не нарушают чешские законы», — пояснил аналитик.
По словам аналитика, возможности чешских властей вмешиваться в деятельность религиозных организаций ограничены высокой степенью автономии церквей и действующим законодательством.
«Эта тема чувствительна ещё и потому, что церкви обладают высокой степенью автономии. Государство, строго говоря, не вмешивается, пока они не нарушают чешские законы. Министерство культуры, которое формально отвечает за эту сферу, во многих отношениях связано по рукам, если строго следовать букве закона. Это тоже очевидно, и Чехия до сих пор крайне неохотно шла на серьёзное вмешательство в этой сфере», — резюмировал Гавличек.
Только главные новости в нашем Telegram, Facebook и GoogleNews!
Tweet