Дело Вербицкого зашло в тупик: почему НАБУ не выдвигает подозрение, а Печерский суд заставляет НАЗК молчать
История о необоснованном обогащении бывшего заместителя генерального прокурора Дмитрия Вербицкого недавно приняла неожиданный оборот. Уголовное дело о миллионном состоянии и недвижимости экс-чиновника третий год как застряло на «стадии сбора доказательств», и вот Печерский районный суд Киева обязывает НАПК удалить со своего сайта информацию о выявленных у него необоснованных активах на сумму 29 млн грн и обнародовать опровержение.
Решение вынес судья Евгений Хайнацкий, исходя из того, что приговора в отношении Вербицкого нет, а формулировки Агентства были «слишком категоричными» (что подтвердила предоставленная защитой лингвистическая экспертиза). НАЗК еще может подать апелляцию, но этот факт довольно неожиданный, ведь правоохранительные органы до сих пор «собирают доказательства», хотя и уже довольно долгое время.
То же самое подтвердил журналисту UA.News руководитель НАБУ Кривонос во время брифинга в начале августа: «расследование находится на стадии сбора доказательств».
По словам директора НАБУ Семена Кривоноса, в рамках дела назначен ряд экспертиз, направлены запросы о международной правовой помощи, а следствие продолжается. Он также подчеркнул, что само по себе уголовное производство не обязательно завершается предъявлением подозрения — его могут закрыть, если доказательств для дальнейшего преследования будет недостаточно.
Формально такой ответ не противоречит уголовно-процессуальному законодательству. Но в деле Вербицкого есть обстоятельство, которое делает двухлетнее ожидание предъявления подозрения вопросом общественного интереса: производство было возбуждено не после малоизвестного заявления или анонимного сообщения, а после масштабных журналистских расследований, содержавших конкретные данные об имуществе и способе его приобретения.
С чего всё началось
В мае-июне 2024 года, когда «Схемы» («Радио Свобода») публиковали расследование о таунхаусе в КМ «Коник» за полмиллиона долларов (купленный племянником в 6 раз дешевле рыночной стоимости), покупку Porsche, салон красоты и имущество любовницы Кристины Ильницкой на 48 млн грн, у правоохранителей всё складывалось прекрасно.
До обнародования этих материалов детективы НАБУ совершенно четко видели факты: например, что у госпожи Ильницкой не было возможности приобрести коттедж даже за номинальные 2 млн грн, поскольку ее официальный доход за 10 лет составлял всего 360 тыс. грн.
Впоследствии к делу подключилось НАЗК, которое в ходе мониторинга обнаружило необоснованные активы сначала на сумму 29 млн грн (Lexus, Porsche, земельные участки, криптовалюта, имущество в Турции), а затем добавило ещё 30,2 млн грн незаконного обогащения и 2,3 млн грн недостоверных сведений в декларации за 2023 год. Все эти документы официально передали в НАБУ.
И вот наступил третий год. Напрашивается вопрос: куда делись все те доказательства, с которыми так бодро начали в 2024 году, что теперь детективам снова приходится «собирать материалы» и ждать ответов из-за рубежа?
Дело на «паузе»: дружба, просьбы и ожидания
Среди журналистов-расследователей такая внезапная потеря интереса к делу Вербицкого породила несколько версий.
С одной стороны, осведомлённые источники упоминают интересную деталь: ближайшим другом Вербицкого называют сына Бориса Индиченко — руководителя сверхсекретного подразделения НАБУ Д2. Так не было ли из этого дела извлечено весь возможный «информационный и процессуальный коэффициент полезного действия», после чего оно плавно перешло в режим консервации?
С другой стороны, юристы резко комментируют ситуацию. Как отметил в интервью для UA.News правовед Станислав Броневицкий:
«Это дело замалчивают! И я искренне сомневаюсь, что оно вообще когда-нибудь дойдет до суда — и до предъявления подозрения, и до суда. По моей информации, там была личная просьба тогдашнего генерального прокурора Костина в адрес своего заместителя Вербицкого к Клименко. И Клименко прислушивается к этим — ну, давайте так — просьбам или указаниям. Вообще просьба касалась двух человек: Вербицкого и Коваля (бывший председатель Ровенской ОГА и экс-глава ФДМУ). В отношении Коваля в суде рассматривается гражданский иск, который с трудом прошел до ВАКС, и там с ним снова происходят непонятные вещи».
Юрист, бывший прокурор САП Станислав Броневицкий
Броневицкий добавляет, что подобные случаи подрывают сам миф об «идеальности» вновь созданных органов:
«Меня часто спрашивают: «Почему ты не пишешь о ДБР или СБУ?» Потому что эти люди никогда не называли себя ангелами и не говорили: «Мы — пример того, как должны работать независимые, неподкупные правоохранители». Оказывается, всё с точностью до наоборот: те, кто называют себя полностью независимыми, оказываются совсем другими».
Со стороны кажется, что директор НАБУ Семен Кривонос и глава САП Александр Клименко просто ждут каких-то глобальных политических перемен — например, смены власти. Видимо, именно тогда с полок помпезного здания на улице Дениса Монастырского достанут покрытые пылью дела Вербицкого и сотни других производств. А пока гораздо интереснее устраивать яркие «антикоррупционные перформансы» и сетовать на всеобщую коррупцию в стране.
Возможно, пора извиняться
И если вслушаться в нынешнюю риторику антикоррупционеров, получается довольно забавная картина. Оказывается, весной 2024 года Кривонос и Клименко, передав материалы СМИ, фактически оклеветали «почти честного человека», которого из-за этого скандала «туалетной метлой» выгнали из Офиса Генерального прокурора.
Получается, руководству НАБУ теперь следует: извиниться перед Вербицким за обнародованные через «Радио Свобода» подробности о его состоянии; принести извинения от имени НАЗК, которое осмелилось подсчитать его доходы и заявить о 29 млн грн сомнительных доходов; инициировать восстановление Дмитрия Анатольевича в должности заместителя генпрокурора с выплатой компенсации за упущенную выгоду за все месяцы «вынужденного прогула».
Бывший заместитель генпрокурора Дмитрий Вербицкий
Основания, похоже, тоже есть: как свидетельствуют процессуальные действия (а точнее — их отсутствие), ключевая вещественная улика — тот самый коттедж в КМ «Коник» — до сих пор даже не арестован. И это при том, что ещё 29 мая 2024 года (уже после возбуждения дела) подруга Вербицкого Кристина Ильницкая спокойно подарила его своей матери, Любови Скрипник. И теперь у госпожи Скрипник есть полное юридическое право перепродать или подарить это имущество «добросовестному приобретателю», откуда его уже не изъмет ни один антикоррупционный орган.
Что в итоге
По состоянию на август 2026 года сложилась довольно необычная ситуация. В мае 2024 года журналисты обнародовали информацию об имуществе Вербицкого. После этого НАБУ зарегистрировало уголовное производство. НАЗК отдельно выявило признаки необоснованных активов и недостоверных сведений в декларации. Материалы проверки передали детективам. Но спустя более двух лет подозрений нет.
НАБУ объясняет это необходимостью дальнейшего сбора доказательств, экспертиз и международных запросов. Параллельно суд обязал НАЗК удалить со своего сайта часть информации о результатах проверки.
Означает ли это, что дело Вербицкого фактически зашло в тупик? Пока что — нет. Означает ли это, что версии журналистов о возможном влиянии на расследование подтвердились? Тоже нет. Но сама продолжительность расследования, отсутствие уведомления о подозрении и одновременная судебная борьба вокруг обнародования выводов НАЗК создают достаточно оснований, чтобы задать НАБУ и САП вполне конкретные вопросы.
Один из них очень прост: что именно они установили по делу Дмитрия Вербицкого за эти два года — и что именно мешает им завершить это расследование? Общество имеет право знать, какие именно доказательства еще ищут и почему для этого потребовалось более двух лет. А если доказательств недостаточно — тогда возникает следующий вопрос: почему уголовное производство до сих пор не завершено процессуальным решением?
Именно дальнейшее развитие этого дела и покажет, идет ли речь об обычном длительном досудебном расследовании, или у истории Вербицкого изначально был другой мотив и у нее будет совсем другое продолжение.
