«Это было похоже на фильм». Екатерина Кухар рассказала о форс-мажорах на гастролях с артистами хореографического колледжа в Исландии
Директор Киевского государственного специализированного хореографического колледжа Екатерина Кухар в интервью NV призналась, с какими форс-мажорами столкнулись молодые артисты во время своих первых международных гастролей.
1 июля в столице Исландии Рейкьявике состоялась премьера украинского балета Лісова пісня в исполнении молодых артистов Киевского государственного специализированного хореографического колледжа имени Татьяны Таякиной. Во время путешествия авиакомпания потеряла весь багаж украинской труппы: костюмы, декорации и все личные вещи команды. Екатерина Кухар рассказала, как поддерживала молодых артистов, как справлялась с собственными переживаниями и поделилась секретами, как оставаться опорой для команды в кризисные моменты.
— Эти гастроли начались как культурная миссия, но быстро превратились в испытание. И все же вам удалось представить Украину на очень высоком уровне, влюбить европейцев в украинский балет и искусство. В таких форс-мажорных ситуациях, как у вас сложились в Исландии, руководитель имеет право паниковать или должен сразу стать опорой для всех?
— Я счастлива, что у нас все получилось и мы представили Украину на очень высоком уровне, несмотря на все испытания — украинцам никогда ничего не давалось легко. Мы сделали большой шаг к тому, чтобы украинская классика стала узнаваемой во всем мире, в частности — Лісова пісня.
Честно говоря, сначала, когда не приезжали чемоданы, я была абсолютно уверена, что у нас есть еще сутки и все уладится. Казалось, вот-вот найдутся костюмы, декорации, личные вещи — и мы просто продолжим выполнять свою миссию. Но с каждым часом эта уверенность таяла.
Одна из участниц нашей поездки написала пост, текст которого меня очень тронул. Она поблагодарила за то, что все это время я оставалась спокойной и своим спокойствием вселяла надежду и уверенность. Для меня эти слова стали настоящей наградой. Ведь внутри я переживала совсем другое.
Это было похоже на фильм, в котором прямо на твоих глазах рушится все, что ты так долго строил. И самое болезненное — ты почти ничего не можешь изменить. Но в тот момент я поняла: мое внутреннее отчаяние не имеет права стать эмоцией всей команды. Если руководитель позволит страху выйти наружу, он мгновенно передается десяткам людей. Поэтому я как бы спрятала собственные переживания за улыбкой, спокойным голосом и постоянным поиском решений. Не потому что мне не было страшно. А потому, что кто-то должен оставаться точкой опоры.
— Что было психологически самым тяжелым, когда чемоданы не возвращались? И что давало надежду, что все будет хорошо?
— В какой-то момент я поняла, что моя главная работа уже не о костюмах, авиакомпании или декорациях. Она о людях. О детях, которые смотрели мне в глаза и ждали ответа на один простой вопрос: «У нас все будет хорошо?»
Руководитель не имеет права позволить хаосу поселиться в собственном взгляде. Потому что тогда он мгновенно поселится во всей команде. Поэтому приходилось каждую минуту собирать воедино не только обстоятельства, но и человеческую веру. Спокойно объяснять, поддерживать, шутить, искать новые решения, даже когда внутри самой уже почти не оставалось ответов.
Наверное, именно тогда я еще раз убедилась: настоящее лидерство — это не контроль над обстоятельствами. Это способность оставаться опорой для других, когда обстоятельства уже давно вышли из-под контроля.
— Когда багаж нашли и доставили в театр буквально перед репетицией, что вы почувствовали в первую очередь — облегчение, усталость, слезы, злость, благодарность?
— Самое удивительное, что даже когда нам сообщили, что багаж нашли, мы не смогли сразу поверить. После стольких ошибок и разочарований доверие уже было очень хрупким. К тому же аэропорт прислал нам бирки, которые не совпадали с нашими, и мы до последнего не могли понять, действительно ли это наши костюмы, декорации и вещи. Казалось, что мы поверим только тогда, когда увидим их собственными глазами.
И знаете, первым чувством было даже не облегчение. Это была безграничная благодарность. Благодарность людям, которые отказались быть равнодушными.
Я даже не могу передать, сколько людей было вовлечено в эту историю. После того как нам уже один раз пообещали отправить багаж и не отправили ни одного чемодана, мы перестали верить словам. Тогда консул Украины в Польше Екатерина лично поехала в аэропорт, контролировала процесс, фотографировала каждый чемодан, чтобы мы точно знали: на этот раз они действительно летят к нам.
Министерство иностранных дел Исландии также присоединилось к этой операции — в аэропорт направили автомобиль с нашим техническим персоналом, чтобы максимально ускорить получение багажа.
Именно тогда я еще раз убедилась: мир держится не только на правилах и системах. Он держится на людях, которые не проходят мимо чужой проблемы. Именно они способны изменить финал любой истории.
— Есть ли разница между страхом артистки перед выходом на сцену и страхом руководителя за целую команду?
— Да, это совершенно разные состояния. Страх артистки живет до первого шага на сцене. Пока звучат первые аккорды, ты еще чувствуешь волнение, но только начинаешь танцевать — оно исчезает.
Страх руководителя совсем другой. Он не заканчивается после первых аккордов. Напротив — он продолжается до последнего занавеса, до последнего автобуса, до последнего чемодана, до момента, когда каждый человек счастливо вернется домой. Когда на твоих плечах удача целой миссии, ты отвечаешь не только за себя. Есть человеческий фактор, форс-мажоры, сотни решений, которые нужно принимать ежесекундно. И ты постоянно мысленно просчитываешь десятки сценариев вперед, даже когда снаружи остаешься совершенно спокойной.
Пожалуй, в этом и состоит главная разница. Артист переживает за свой выход. Руководитель — за финал истории, в которой главными героями являются все, кроме него.
— Может ли красота быть способом психологического восстановления после большого напряжения?
— Безусловно. Красота, как и искусство, лечит душу. После нескольких дней стресса и бессонницы природа Исландии стала для меня настоящей терапией. Не потому, что исчезли проблемы, а потому, что красота напомнила: мир гораздо больше наших трудностей. И пусть эту красоту мы видели в 2 часа ночи. Поскольку днем мы постоянно что-то решали, а благодаря белым ночам смогли немного взглянуть на красоту Исландии, на невероятные гейзеры, горы. Я убеждена, что все по-настоящему прекрасное — природа, музыка, архитектура — не меняет обстоятельств, но возвращает внутреннее равновесие. А вместе с ней — и силы двигаться дальше.