Глава ЦРУ, Москва и Зеленский. Что происходит на самом деле — объясняет экс-заместитель главы СБУ Виктор Ягун
Уже можно говорить не об одной странной встрече директора ЦРУ Джона Рэтклиффа с Зеленским в Ирландии, а о целой череде американских контактов с Москвой и Киевом
Но самое важное — не превратить эту последовательность в красивую, но недоказанную конспирологическую схему.
25 августа Рэтклифф совершил необъявленный визит в Москву. Это был первый известный приезд директора ЦРУ в Россию после миссии Уильяма Бернса в ноябре 2021 года. Российская сторона подтвердила, что Рэтклифф встречался с руководителями спецслужб РФ, но не с Путиным. Сергей Нарышкин назвал переговоры «рабочими» и отказался раскрывать их содержание.
В то же время источники Reuters сообщили гораздо больше. Рэтклифф поднимал тему возможной российской операции против одного из государств НАТО, а также вопрос поддержки Россией Ирана. Axios сообщил, что директор ЦРУ также прощупывал возможность возобновления переговоров по Украине и проведения трехсторонней встречи Трампа, Зеленского и Путина. После контактов в Москве американская сторона отдельно проинформировала Киев. Зеленский публично это подтвердил.
Затем произошло еще одно показательное событие. 5–6 сентября спецпредставители Трампа Стив Уиткофф и Джаред Кушнер сначала провели переговоры в Москве, а затем прибыли в Киев. Уиткофф прямо заявил, что Трамп направил их «перезапустить переговоры», а Кушнер говорил о желании вернуться к трехстороннему формату. После встречи Зеленский подтвердил, что обсуждались результаты бесед американцев с российской стороной и возможность возобновления переговорного процесса.
Возникает опасная аналогия с 2021 годом
21 сентября появляется следующее звено. В ирландском аэропорту Шеннон Зеленский встречается с Рэтклиффом. Оба самолета находились там для дозаправки: Зеленский летел на Генеральную Ассамблею ООН, а директор ЦРУ возвращался после переговоров с президентом Египта. Содержание их беседы не разглашается. Reuters лишь подчеркивает, что встреча состоялась менее чем через месяц после визита Рэтклиффа в Москву, который, по словам источника агентства, касался ситуации в Украине.
А уже 22 сентября Зеленский встретился с Трампом в Нью-Йорке. И здесь появляется первый конкретный результат всей этой дипломатической активности. Украинская сторона официально заявила, что президенты обсуждали шаги по деэскалации, способные открыть путь к дипломатии, а также зимний пакет ПВО и производство ракет-перехватчиков для Patriot в Украине.
После 40-минутной встречи Зеленский уточнил: Киев готов к любому формату взаимного прекращения ударов по энергетической инфраструктуре, однако вопрос об одностороннем прекращении украинских ударов по российским НПЗ не обсуждался. Он также подтвердил готовность к трехсторонней встрече с Трампом и Путиным.
И на этом процесс не завершился. 23 сентября госсекретарь США Марко Рубио должен провести в Нью-Йорке переговоры с Сергеем Лавровым. То есть одновременно задействованы как минимум три канала: президентский, дипломатический и разведывательный.
Является ли всё это звеньями одной цепи?
В политическом и дипломатическом плане очевидно, что все эти контакты происходят в рамках более широкой попытки США сдвинуть с мертвой точки переговорный процесс. Однако нет доказательств того, что Рэтклифф передавал Зеленскому какое-либо «тайное послание Путина» или что его визит в Москву был вызван получением американской разведкой информации о неизбежной новой фазе российской агрессии.
Именно здесь возникает опасная аналогия с 2021 годом.
В ноябре 2021 года директор ЦРУ Уильям Бернс также прибыл в Москву. Однако к тому времени американская разведка уже располагала детальной картиной подготовки России к полномасштабному вторжению. Сам Бернс позже объяснял: Байден направил его к Путину, чтобы продемонстрировать, насколько хорошо США осведомлены о российских планах, и предупредить о последствиях. После переговоров Бернс, по его словам, вернулся еще более обеспокоенным.
Сегодняшний такого уровня открытого подтверждения нет.
Поэтому формула «Бернс прилетал в 2021 году перед вторжением — Рэтклифф прилетел в 2026-м — значит, готовится новая большая война» представляет собой классическую ошибку ложной аналогии. К ней легко добавляется confirmation bias — предвзятость подтверждения, когда мы начинаем замечать прежде всего те факты, которые подтверждают наихудший сценарий.
Но и недооценивать значение этих событий не стоит.
Личный визит директора ЦРУ в столицу стратегического противника — это не обычный дипломатический ритуал. Контакты между руководителями спецслужб могут быть регулярными, однако миссия такого рода обычно предпринимается тогда, когда необходимо непосредственно проверить намерения противника, передать стратегическое предупреждение, обозначить границы допустимого или провести переговоры, которые стороны не готовы вести посредством публичной дипломатии.
Поэтому моя оценка такова.
Мы наблюдаем не свидетельство подготовки «нового 24 февраля», а формирование интенсивного канала для кризисных переговоров между США, Россией и Украиной. В нем одновременно присутствуют две составляющие: поиск возможностей для хотя бы частичной деэскалации и страховка от дальнейшего расширения войны.
При этом переговоры проходят не на фоне затишья. Россия продолжает масштабные ракетные удары и атаки с применением беспилотников, а Украина наносит удары большой дальности по российской нефтяной и военной инфраструктуре. Агентство Reuters также фиксирует появление новых реактивных ударных БПЛА, создающих дополнительную нагрузку на украинскую систему ПВО.
Таким образом, ключевой вопрос сегодня уже не в том, «повторяется ли 2021 год?». Вопрос в другом: создает ли Вашингтон канал для реальной контролируемой деэскалации — или же одновременно формирует систему кризисной связи на случай, если Москва сделает ставку на дальнейшее обострение.
Ответ дадут не фотографии Рэтклиффа и не утечки информации о закрытых встречах. Его дадут конкретные дальнейшие шаги: позиция России относительно энергетического перемирия, итоги переговоров Рубио и Лаврова, перспектива нового трехстороннего формата и, самое главное, реальное поведение российских войск.
Именно за этим сейчас и стоит внимательно следить.
Текст опубликован с разрешения автора