Интервью Михаила Федорова. Политолог Владимир Фесенко — о дилемме экс-министра обороны Украины
Ситуацию, которая сейчас складывается вокруг экс-министра обороны Украины, я бы назвал дилеммой Федорова
Интервью Михаила Федорова Украинской правде вызвало весьма противоречивые реакции: кто-то разочарован, кто-то раздражен, кто-то верит в Михаила и продолжает его поддерживать, а кто-то продолжает и усиливает кампанию по дискредитации экс-министра обороны.
Почему так случилось?
Мне кажется, что мотивы для этого интервью у Михаила и его интервьюеров были совершенно разными. Возможно, я ошибаюсь, но мне показалось, что интервьюеры хотели представить нового лидера новой оппозиции — причем накануне шествия «картоночного Майдана», запланированного на 31 июля. А сам Михаил, как мне кажется, напротив, хотел объяснить, что ему интереснее заниматься реальными делами в войне с врагом, а не идти в политику. Именно здесь и возник диссонанс.
У меня тоже возникли противоречивые мысли по поводу этого интервью, но не столь критичные и категоричные, как у многих комментаторов в социальных сетях.
Сформулирую тезисно свои впечатления от этого интервью.
Когда начинали говорить о политике — огонь в глазах исчезал
Михаил Федоров четко понимает, что и как нужно делать в сфере оборонной политики. И, на мой взгляд, очень жаль, что государство теряет такого сильного государственного управленца.
В то же время было отчетливо видно, что он все еще надеется найти общий язык с президентом Зеленским. В интервью он избегал любой конфронтации с президентом и каких-либо обвинений в его адрес. На мой взгляд, это выглядит несколько (а возможно, и чересчур) наивно с его стороны. Мне кажется, что сам Владимир Зеленский уже определился со своим отношением к Михаилу Федорову. Прежних отношений с ним уже не будет, и почти наверняка не состоится и возвращение Федорова на должность министра обороны.
Федоров явно не хочет уходить в оппозицию или в политику — по крайней мере, сейчас. Однако его будут туда втягивать. И это интервью — тоже попытка вовлечь его в политическую борьбу. Но он к этому явно не готов.
Когда речь заходила о том, что нужно делать в сфере оборонной политики, его глаза загорались. Ему это интересно, это его увлекает. Когда же начинали говорить о политике, огонь в глазах исчезал. Возможно, это моя субъективная интерпретация. Но то, что он избегает конфронтации с президентом Зеленским, косвенно это подтверждает.
Ситуацию, которая сейчас складывается вокруг экс-министра обороны Украины, я бы назвал дилеммой Федорова. Это дилемма для самого Михаила Альбертовича, для тех, кто хочет его возвращения на должность министра обороны, для Владимира Зеленского и его команды, и вообще для многих украинцев, которые еще не определились со своим отношением к Михаилу Федорову.
Сформулирую эту дилемму более конкретно — в различных ее измерениях, существенно отличающихся друг от друга.
Для самого Михаила Альбертовича дилемма Федорова — это, по сути, вопрос о его дальнейшем отношении к президенту Зеленскому и характере их будущих взаимоотношений, а также о его дальнейшей профессиональной траектории. Ему предстоит определиться: оставаться ли членом команды президента Зеленского (что становится все менее вероятным), переходить ли в оппозицию (к чему он пока явно не готов) или же взять паузу в вопросе своей дальнейшей политической позиции. Соответственно, нужно решить, чем заниматься дальше. Если он намерен влиять на оборонную политику, то необходимо также определиться со способом такого влияния.
Наиболее противоречива дилемма для тех, кто требовал возвращения Федорова на пост министра обороны. Здесь тоже сложилась весьма драматичная ситуация. Некоторые сторонники экс-министра обороны действительно верили — и продолжают верить, — что президент Зеленский под давлением «картоночного Майдана» вновь назначит Михаила Федорова главой оборонного ведомства. Пройдет еще немного времени — и эти иллюзии развеются. И какова тогда дальнейшая цель «картоночного Майдана»? Значительная часть участников протестов против увольнения Федорова с поста министра обороны на самом деле прекрасно понимала, что Зеленский не пойдет на уступки; они надеялись, что это подтолкнет Михаила Альбертовича к переходу в оппозицию. Именно эти люди сейчас, на мой взгляд, наиболее разочарованы: их ожидания не оправдываются. Их дилемма заключается в том, как теперь относиться к Михаилу Федорову.
Существует ли по-прежнему «дилемма Федорова» для президента Зеленского и его команды? Что касается возвращения Федорова на пост министра обороны, то ответ — почти наверняка «нет»: многое указывает на то, что эта тема закрыта окончательно. Однако «дилемма Федорова» для президента Зеленского остается актуальной в контексте дальнейшей тактики отношений с ним и подхода к нему. Как поступить: продолжать «немного обнимать» его, поддерживая (у самого Федорова) иллюзию того, что он все еще член команды и что сохраняется «окно возможностей» для сотрудничества, — или же постепенно переходить к информационно-политической борьбе с ним как с потенциальным конкурентом? На данный момент наблюдается и то, и другое.
А как быть тем, кто хочет, чтобы Федоров всё же поработал на благо Украины в борьбе с нашим общим врагом — пусть и не на посту министра обороны? Есть ли здесь какие-то возможности?
По инерции, неформально и неофициально Михаил Федоров может влиять на оборонную политику через своих людей в Министерстве обороны, а также посредством советов новому министру обороны и новому главнокомандующему ВСУ. Однако этот сценарий может работать лишь временно и в ограниченных масштабах.
В этом контексте предложу одну нетривиальную идею о том, как можно использовать идеи и таланты Михаила Федорова ради наших общих интересов в войне с Россией.
Для начала напомню об одном историческом примере. И у нас, и в Европе порой любят вспоминать План Маршалла для послевоенной Европы. Главным органом реализации Плана Маршалла было Управление экономического сотрудничества (Economic Cooperation Administration — ECA), созданное Конгрессом США в апреле 1948 года. Его возглавлял администратор (Administrator of the ECA), подчинявшийся непосредственно президенту США.
В функции ECA входили:
распределение американских средств;
утверждение национальных программ помощи;
контроль использования финансирования;
координация поставок;
оценка эффективности программ;
формирование политики в отношении отдельных стран.
Сейчас складывается в чем-то похожая ситуация. Существует программа помощи Украине со стороны ЕС на 2026−2027 годы объемом 90 млрд евро, из которых 60 млрд евро пойдут именно на военную помощь. Это практически тот же «план Маршалла», только со стороны ЕС для Украины. И процесс реализации этой помощи желательно стратегически планировать и контролировать. Фактически, это наш внешний оборонный бюджет. Говорят, что в ЕС обеспокоены эффективностью использования своих средств в связи с увольнением Михаила Федорова с поста министра обороны Украины. Возможно, по примеру «плана Маршалла» имеет смысл создать администрацию, которая будет заниматься вопросами эффективной реализации европейской военной помощи и контролем за ее использованием в Украине. И мне кажется, что в Украине есть человек, способный возглавить такую администрацию и обеспечить максимально эффективную реализацию европейской военной помощи для нашей страны.
Возвращаясь к дилеммам Федорова. Ответ на них даст только жизнь. И произойдет это не сейчас, а лишь со временем.
Текст опубликован с разрешения автора