Исторический поворот в политическом развитии ФРГ. Политолог Андреас Умланд — о том, становятся ли немцы снова фашистами
Восточная часть современной ФРГ, входившая в состав советского блока в 1945–1990 годах, осталась в стороне от культурных преобразований, происходивших на Западе с 1970-х годов
Земельные выборы в Саксонии-Анхальт, которые состоялись в сентябре 2026 года, с учетом небольшой численности населения этого восточногерманского региона (2,12 млн человек) могут показаться незначительным событием в европейском масштабе. Однако эти выборы знаменуют собой исторический поворот в политическом развитии Федеративной Республики Германии — крупнейшей страны и экономики Европы — с 1949 года, когда была основана ФРГ. Впервые ультраправая партия, так называемая Альтернатива для Германии, известная под немецким сокращением АфД и основанная в 2013 году, добилась на региональных выборах такой значительной победы, набрав 43,8% голосов.
АфД получила 39 из 83 мест в региональном парламенте Саксонии-Анхальт и тем самым приблизилась к абсолютному большинству мандатов. Переговоры о формировании коалиции и раунды голосования в парламенте в ближайшие недели покажут, удастся ли АфД взять под свой контроль также исполнительную власть в Саксонии-Анхальт. Региональное правительство, в котором доминирует АфД — если это произойдет — станет еще более судьбоносной новой тенденцией в немецкой политике.
Крайне правые и крайне левые заняли более или менее пропутинскую позицию
Будучи националистическим, евроскептическим и антииммиграционным движением, а также партией, придерживающейся культурного монизма, политического иллиберализма и экономического либертарианства, АфД находится на крайнем правом фланге иначе либерального, проевропейского партийного спектра Германии, состоящего из христианских, социальных, свободных и зеленых демократов. Некоторые региональные организации АфД, в том числе в Саксонии-Анхальт, были классифицированы Федеральной службой по защите конституции как «экстремистские», то есть противостоящие закрепленному в конституции Германии либерально-демократическому порядку. Из-за неоднозначной позиции АфД по отношению к фашистскому прошлому Германии даже многие другие европейские правые радикальные партии, такие как «Национальное объединение» во Франции, отказываются сотрудничать с немецкими националистами на европейском уровне. Напротив, Илон Маск и Дональд Трамп оба публично приветствовали избирательный успех АфД.
Хотя в составе АфД и существует фашистская фракция, ни рост организации в целом, ни увеличение её электората за последние 10 лет не указывают на возвращение к немецкому нацизму. Скорее, АфД во многом функционирует как протестная партия, которой удаётся направлять социальное недовольство, политическое разочарование и культурный пессимизм. Это особенно касается Восточной Германии, которая в 1945—1990 годах входила в состав советского блока и сегодня (без учета Берлина) насчитывает 12,4 млн из 83,5 млн жителей Германии. На территории бывшей коммунистической, так называемой Германской Демократической Республики (ГДР), АфД гораздо более популярна, чем на территории Западной Германии, которая с 1949 года является политической демократией.
Часто для объяснения иного избирательного поведения восточных немцев приводят их недостаток демократического опыта и потрясения, связанные с социально-экономическим переходным периодом 1990-х годов. Эти травмы, а также отток молодежи и женщин из Восточной Германии, слабое присутствие христианских церквей в этой стране и быстро стареющее общество являются стандартными объяснениями предпочтения «осси» (восточных немцев) как крайне левым, так и крайне правым антисистемным партиям. В самой Восточной Германии также широко распространено мнение, что, якобы, «весси» (западные немцы) не проявляли и не проявляют достаточного уважения к «осси».
Возможно, самым весомым фактором, определяющим низкую поддержку либеральной демократии в Восточной Германии, является то, что в условиях советской оккупации она упустила процесс либерализации и плюрализации западногерманского общества, произошедший после студенческих революций 1968 года на Западе. С 1970-х годов западные общества всё в большей степени формировались под влиянием индивидуализма, плюрализма, феминизма, экологизма, постколониализма, космополитизма и подобных антиконсервативных идей. Однако восточные немцы в ГДР до 1989 года были ограждены от этих тенденций «железным занавесом». Таким образом, они в большей степени, чем западногерманцы, сохранили остатки традиционно иерархической, нелиберальной и этноцентричной немецкой политической культуры, уходящей корнями в непосредственно послевоенный и даже довоенный периоды.
Наиболее важное расхождение между культурными процессами в Западной и Восточной Германии касается глубины осмысления исторического и политического значения фашистского периода 1933−1945 годов для послевоенных немцев. В Западной Германии нацистские массовые преступления и ответственность Германии за них, исторический провал немецкого антифашизма и их последствия для современности стали предметом обсуждения, исследований и анализа в рамках всеобъемлющего многолетнего диалога. Эта общенациональная дискуссия стала известна под названием Vergangenheitsbewältigung, что можно перевести как «примирение с прошлым».
Безусловно, политика в области образования, критические подходы и общественный дискурс, касающиеся истоков, характера и последствий немецких преступлений в эпоху нацизма, были распространены на территорию бывшей ГДР в результате воссоединения Германии в 1990 году. Однако запоздалое и отчасти навязанное участие восточных немцев в Vergangenheitsbewältigung привело к гораздо меньшему скептицизму по отношению к правому экстремизму, чем в западногерманском обществе. Это также привело к более высокому уровню антиамериканизма на Востоке, чем на Западе Германии.
Сегодня это выражается, в частности, в более активной поддержке антизападного режима Владимира Путина и терпимости к связям АфД с Москвой. В то время как все центристские немецкие партии выступают в поддержку Украины, как крайне правые, так и крайне левые силы Германии заняли более или менее пропутинскую позицию и выступают против санкций в отношении России и военной помощи Киеву. Пока что пропорциональная, парламентская и многопартийная политическая система Германии ограничивает влияние АфД, поскольку она остается растущей, но изолированной и подвергающейся остракизму политической силой. Если немецкие националисты не станут более умеренными — как, например, недавно стали радикальные правые в Швеции и Италии — и, таким образом, потенциальными партнерами по коалиции, прямое влияние АфД на внутреннюю и внешнюю политику Германии останется ограниченным.