Даже неудавшиеся диверсионные операции могут приносить России практическую пользу, поскольку позволяют проверять работу европейских систем безопасности, отвлекать ресурсы правоохранительных органов и усиливать тревогу в обществе. Поэтому провал конкретной атаки не обязательно означает, что операция полностью потеряла ценность для Москвы.
Об этом в интервью Guildhall заявила руководитель европейского направления Центра финансов и безопасности RUSI Кинга Редловска.
По ее словам, привлекательность такой модели для России заключается в ее низкой стоимости, гибкости и возможности проводить большое количество отдельных операций, не полагаясь исключительно на профессиональных российских оперативников.
«С точки зрения России эта модель дешевая, гибкая и позволяет отрицать причастность или сохранять неопределенность. После полномасштабного вторжения в Украину европейские страны выслали многих российских разведчиков. Поэтому России пришлось адаптироваться, а также сохранить часть своих агентов для более сложных операций», — заявила Редловска.
Экспертка отметила, что эта модель позволяет Москве проводить отдельные операции с относительно небольшими затратами. При этом даже если непосредственная задача исполнителя не была выполнена, сама попытка может дать российской стороне дополнительный эффект.
«России не нужно поддерживать с ними долгосрочные отношения. Она может завербовать человека для одного задания, заплатить ему относительно небольшую сумму, а затем прекратить контакт. В некоторых случаях, которые мы изучали в ходе исследования, завербованные даже не получили обещанных денег. Все это делает модель очень легко масштабируемой», — рассказала она.
По словам Редловской, именно поэтому неудачную диверсию нельзя рассматривать исключительно как провал операции: она также может использоваться для изучения реакции европейских служб и создания дополнительной нагрузки на систему безопасности.
«Даже неудавшаяся атака может быть полезна России, потому что она проверяет процедуры безопасности, отвлекает ресурсы полиции и вызывает тревогу в обществе», — подчеркнула экспертка.
Редловска также считает, что отдельные небольшие инциденты необходимо оценивать как возможные элементы более широкой и последовательной российской тактики, а не исключительно как изолированные случаи.
«Нам необходимо смотреть шире отдельного инцидента. Нам нужно рассматривать российские диверсии как последовательность событий, как преднамеренную тактику, применяемую Россией. Физическое действие, стоящее за ним финансирование и распространение информации в интернете могут быть частями одной и той же операции», — заявила она.
Таким образом, даже сорванная операция может выполнять сразу несколько задач: выявлять особенности реакции служб безопасности, заставлять правоохранительные органы расходовать ресурсы и создавать ощущение нестабильности в обществе.
Только главные новости в нашем Telegram, Facebook и GoogleNews!
Tweet