"Леня — человек с аутизмом, но его обвинили в шпионаже": мать борется за сына из Мелитополя, которого оккупанты отправили на принудительное психиатрическое лечение (фото)
25-летний Леонид Попов из Мелитополя уже более трех лет находится в российском плену.
Оккупанты задержали его по сфабрикованному делу о шпионаже, во время судебного процесса признали невменяемым и отправили на принудительное психиатрическое лечение — хотя у Леонида аутизм, а не психическое заболевание.
Читайте также: В Мелитополе оккупанты завели «дело о терроризме» на 28-летнего участника АТО
Его мать Анна не прекращает борьбу: посещает акции в поддержку гражданских пленных, пишет обращения в международные организации, обратилась в Ватикан и подала документы в Европейский суд по правам человека. Подробностями она поделилась с «Точкою Сходу».
Мама Леонида (справа) на акции в поддержку гражданских пленных в Киеве. Фото РИА Пивдень
Отказ уезжать и первое задержание
Как сообщал ранее сайт РИА Пивдень, на момент полномасштабного вторжения мать Леонида находилась у сестры в Полтавской области. Леонид с младшим братом остались в Мелитополе — за несколько дней до оккупации их отец попал в тяжелую аварию и находился в реанимации.
«Я просила их возвращаться, но они отвечали, что не могут оставить папу одного. Говорили: "Не волнуйся, мама, мы приедем, как только папа встанет на ноги"», — вспоминает Анна.
В мае 2022 года Леонида задержали российские военные прямо на улице. Позже его отпустили, но забрали украинский паспорт — и он уже не мог выехать из оккупации. Младшему брату удалось покинуть Мелитополь в июне 2022 года. Леонид остался один — без документов и без возможности выехать.
Мать хотела приехать за сыном сама, но он умолял ее этого не делать.
«Мама, не приезжай. Ты уже не вернёшься. Только сейчас я понимаю, что тогда он спас меня. Если бы со мной что-то случилось, я уже не смогла бы бороться за него», — говорит Анна.
Повторное похищение за два дня до эвакуации
Анна искала любую возможность вывезти сына. Больше всего ее беспокоило его здоровье — из-за аутизма Леонид постоянно принимал лекарства, запас которых заканчивался. Женщина обращалась к волонтерам, искала маршруты эвакуации, договаривалась с людьми, готовыми помочь.
«В итоге удалось найти вариант — Леню должны были вывезти 26 апреля 2023 года, но 24 апреля его похитили. Сын никогда не исчезал без предупреждения. Из-за особенностей развития он жил по четкому распорядку и всегда выходил на связь: утром, днём и вечером. Если он не отвечал, это означало только одно — случилась беда», — рассказывает мать.
В тот же день она обратилась в полицию на подконтрольной Украине территории. Правоохранители открыли уголовное производство по факту похищения человека на временно оккупированной территории. Через две недели знакомые позвонили и сообщили: Леонид жив, находится в подвале в Мелитополе.
Обходил насекомых, чтобы не наступить
Как рассказывает Анна, с детства Леонид обладал феноменальной памятью и рано проявил способности к точным наукам — особенно любил химию и астрономию. Еще школьником написал научную работу для Малой академии наук, посещал кружки, музыкальную школу, занимался спортивными танцами, много читал и писал стихи. Одноклассники называли его настоящим вундеркиндом.
Леонид с матерью в довоенном Мелитополе. Семейный архив
После 9 класса, по словам мамы, Леонид поступил в Мелитопольский медицинский колледж, но из-за аутизма ему было трудно адаптироваться к новому коллективу — он мог часами стоять у двери аудитории и не решаться войти. Позже вернулся в школу и окончил ее экстерном.
«Учиться ему было легко, гораздо труднее — взаимодействовать с незнакомыми людьми. Он очень любит животных. Мог обойти насекомое или бабочку только для того, чтобы случайно не наступить на них. Всегда старался никого не обидеть и никому не причинить боль. Именно таким я знаю своего сына — очень добрым, талантливым и необыкновенно светлым человеком», — говорит мать.
Подвал, СИЗО, психиатрическая больница
Через три месяца после незаконного задержания Леонида под конвоем привезли в Мелитопольскую городскую больницу в крайне тяжелом состоянии. Врачи ставили ему капельницы, а спустя девять дней оккупанты снова увезли его.
Изможденный гражданский пленник Леонид Попов. Фото из открытых источников
«После этого он снова исчез, и почти год мы ничего о нем не знали. Лишь 15 августа 2024 года стало известно, что российская сторона возбудила против него уголовное дело по обвинению в шпионаже. Мы неоднократно сообщали о его аутизме и других психических нарушениях, но это не остановило следствие», — рассказывает Анна.
До 12 февраля 2025 года Леонид находился в Донецком СИЗО. Во время судебного процесса россияне признали его невменяемым и вместо освобождения отправили на принудительное психиатрическое лечение в больницу в Ждановке. Адвокату сообщили, что лечение продлится «до полного выздоровления» — несмотря на то, что аутизм является особенностью развития, а не заболеванием.
Именно в этой больнице ранее содержали ещё одного пленника Кремля из Мелитополя. Эксклюзивное интервью РИА Юг с освобожденным из плена Марком Калиушем читайте по ссылке.
«Самое страшное — почти полное отсутствие какой-либо информации»
Сведений о состоянии Леонида катастрофически мало. Недавно у него долго держалась высокая температура, которую врачи не могли сбить. Что стало причиной и возникли ли осложнения, до сих пор неизвестно.
«Адвокат также сообщал, что некоторое время Леню держали в полной изоляции — одного в палате. Ему неоднократно меняли препараты, но какие именно лекарства он получает и как они влияют на его здоровье, нам не сообщают. Самое страшное — почти полное отсутствие какой-либо информации о его состоянии», — рассказывает собеседница.
Мать не останавливается. Она пишет обращения в украинские государственные органы, международные организации и правозащитные структуры, обращалась в Ватикан, подала документы в Европейский суд по правам человека и нашла людей за рубежом, которые помогают привлекать внимание к делу её сына.
«Если бы я просто сидела и ждала, то, возможно, до сих пор не знала бы, где находится Ленечка. Я не знаю, когда мой сын вернется домой. Но точно знаю, что не имею права молчать. Леня — человек с аутизмом. Несмотря на это, его обвинили в шпионаже, а теперь удерживают на принудительном психиатрическом лечении. Я хочу, чтобы мир увидел: люди с ментальными особенностями тоже становятся жертвами войны и нуждаются в защите. Больше всего я хочу дождаться дня, когда мой сын вернётся домой», — говорит Анна.