Лояльность или безысходность?: что на самом деле удерживает людей в оккупированном Мелитополе

Вопрос «Почему они не выезжают?» украинцы задают еще с 2014 года. Кто-то был уверен, что все желающие давно покинули опасные регионы, другие с пониманием относились к тем, кто остался, осознавая сложность ситуации. С началом полномасштабного вторжения, захватом Мелитополя и других городов юга Украины количество людей в оккупации кратно возросло.

Однако стереотипы и упреки никуда не исчезли. Именно страх услышать осуждающее «Почему не выехали раньше?», а также агрессивная российская пропаганда удерживают тысячи мелитопольцев от эвакуации. Какие еще факторы блокируют выезд, действительно ли все оставшиеся поддерживают оккупантов и что делает государство для поддержки эвакуированных, в подкасте Центра прав человека ZMINA «Маємо право» рассказали основательница ОО «Компас надежды» Дина Урих и Представительница Президента в АР Крым Ольга Куришко.

«Выехать — это долго, дорого и смертельно опасно»

Решение остаться в оккупированном Мелитополе в подавляющем большинстве случаев является не сознательным выбором в пользу РФ, а результатом совокупности обстоятельств. Прямых гуманитарных коридоров с подконтрольной территорией Украины нет с конца 2022 года, поэтому единственным условным путем остается маршрут через территорию РФ и Беларусь (пункт пропуска «Мокраны – Доманово»). Такая дорога занимает около трех суток, требует нескольких пересадок и обходится в огромные суммы, которых у большинства семей просто нет.

Читайте также: Оккупанты впервые объяснили, почему в Мелитополе неделями нет воды и когда возобновится подача

Ситуацию усложняет информационная изоляция: бесплатно выехать людям помогают волонтеры и общественные организации, однако из-за тотальной цензуры и блокировки украинских ресурсов в Мелитополе многие даже не знают о существовании такой помощи. При этом даже успешный выезд из города не гарантирует безопасности, ведь на границах РФ и Беларуси людей ждут жесткие допросы ФСБ, досмотры телефонов и риски ареста. 

Серьезным препятствием остаются и семейные обязательства, ведь у многих в Мелитополе живут пожилые родители, тяжелобольные или родственники с инвалидностью, транспортировка которых через несколько границ физически невозможна.

Кроме того, в особой зоне риска находятся бывшие участники АТО/ООС, родственники действующих военнослужащих ВСУ и украинских чиновников. Находясь под постоянным наблюдением, они боятся оставаться в оккупации, но попытаться пройти фильтрацию на выезд для них означает подвергнуть себя еще большему риску.

Страх потерять все и защита собственного дома

Не последнюю роль играет и имущественный фактор. В Мелитополе оккупанты построили жесткую систему «национализации»: если жилье не переоформлено по российским законам, его отбирают, а в квартиры выехавших мелитопольцев массово заселяют российских военных и приезжих из РФ.

Как объясняет Ольга Куришко, имущество становится решающей причиной для многих граждан. В РФ отработали эти схемы на территориях, оккупированных в 2014 году, и после 2022 года внедряли их гораздо быстрее. Без документов, выданных оккупационной властью, человек теряет право на свой дом и понимает, что стоит ему выехать — в его квартиру тут же въедут захватчики.

К тому же для представителей старшего поколения переезд означает полный крах их личной истории. Заявления о том, что это их родная земля, где похоронены предки и стоит их дом, являются базовым фактором, удерживающим людей от бегства в неизвестность.

Пропаганда и страх «быть чужим на родной земле»

Российская пропаганда в Мелитополе ежедневно вбивает в головы жителей мифы о том, что в Украине их никто не ждет. Оккупанты запугивают людей тем, что на подконтрольной территории их якобы сразу отправят за решетку, наградят клеймом «коллаборанта», не сдадут жилье и даже не продадут хлеб в магазине. Подростков в возрасте 17 лет пугают немедленной мобилизацией прямо на границе.

К сожалению, эти страхи подпитываются и реальными бюрократическими сложностями, включая длительные процедуры восстановления документов и вопросы к учебе или работе, ведомой в период оккупации. Дополнительным барьером становятся косые взгляды и нетактичные вопросы в новых громадах о том, почему человек не выехал раньше и не поддерживал ли он Россию.

Правозащитники подчеркивают, что сам факт проживания в оккупированном Мелитополе не делает человека автоматическим сторонником оккупантов, ведь люди вынуждены жить в условиях информационного вакуума, постоянного страха и тотального контроля.

Что необходимо для возвращения людей?

Участницы подкаста ZMINA убеждены, что процесс эвакуации и последующей интеграции — это задача не только государства, но и всего украинского общества. Жители Мелитополя и ТОТ должны получать достоверную информацию о реальной жизни на подконтрольной территории, государственных программах поддержки и условиях прохождения проверок.

Обществу важно отказаться от деления граждан на «правильных» и «неправильных» в зависимости от того, где они находились во время войны. Главным стимулом для выезда должна стать эмпатия и уверенность людей в том, что на подконтрольной территории им окажут базовую помощь — предоставят временное жилье, помогут с восстановлением документов и социализацией.