Любое предприятие ВПК будет рано или поздно атаковано: почему Украина усиливает дальнобойные удары по объектам в РФ
Второй месяц подряд Силы обороны Украины практически каждую ночь наносят удары вглубь территории России — по нефтеперерабатывающим заводам, военным аэродромам, предприятиям военно-промышленного комплекса и логистическим узлам. Эта кампания, которую называют “дальнобойными санкциями”, уже привела к топливному кризису в десятках регионов РФ, параличу части военной авиации и растущим экономическим потерям.
Фатальный август для РФ
В ночь на 21 августа Силы обороны поразили нефтеперерабатывающий завод в Перми и другие важные объекты в РФ.
Пермский НПЗ расположен на расстоянии более 1 600 км от границы.
“Лукойл-Пермнефтеоргсинтез” — одно из ведущих нефтеперерабатывающих предприятий РФ, расположенное в Перми. Проектная мощность завода составляет более 13 млн тонн нефти в год. Завод перерабатывает нефть и производит более 60 видов продукции. Глубина переработки нефти составляет около 98% — это один из самых высоких показателей среди всех нефтеперерабатывающих предприятий РФ. Предприятие задействовано в обеспечении российской армии”, — заявили в Генштабе ВСУ.
Также в ночь на 21 августа был поражен военный аэродром “Мариновка” в Волгоградской области. А в Приморско-Ахтарске поражено место хранения, подготовки и пуска ударных дронов, которыми россияне бьют по мирным украинцам.
Президент Украины Владимир Зеленский заявил, что подтверждены приоритеты дип-страйков ВСУ на следующие недели и на сентябрь.
“Подтвердили приоритеты дип-страйков на следующие недели и на сентябрь — подтвержденные российские убытки доказывают верность направления нашего дальнобойного курса”, — отметил Зеленский.
В августе Силы обороны Украины нарастили дальнобойные удары по территории РФ.
В Самарском регионе в ночь на 15 августа было поражено одно из ключевых предприятий в составе “Роскосмоса” — центр “Прогресс”. Он занимался, в частности, производством электроники для войны. Еще один удар нанесен по базе носителей российских ракет, которыми атакуют города Украины. Аэродром “Саваслейка” находится на расстоянии 700 километров от границы.
Особенно болезненным для РФ стал удар 11 августа по Орскому НПЗ в Оренбургской области. По данным Reuters, завод после атаки остановил переработку. Его мощность — около 115 тыс. баррелей в сутки, а восстановление отдельных поврежденных установок может быть длительным, говорят эксперты.
Почти одновременно были поражены нефтеперерабатывающие мощности в Татарстане и Башкортостане. 10 августа удар пришелся по комплексу “ТАНЕКО” в Нижнекамске. По данным Генштаба ВСУ, этот завод может перерабатывать до 16 млн тонн нефтяного сырья в год и производит широкий спектр нефтепродуктов, в частности моторные топлива и другую продукцию нефтепереработки. НПЗ непосредственно задействован в обеспечении армии врага.
Кроме того, украинские военные поразили нефтяной терминал “Таманьнефтегаз” в Волне Краснодарского края, который обеспечивает логистические и топливные потребности армии РФ.
“Это один из ключевых российских нефтяных терминалов в Черноморском регионе. Мощности Таманского перегрузочного комплекса обеспечивают перевалку до 19,9 млн тонн нефти, нефтепродуктов и сжиженных углеводородных газов в год. Терминал обеспечивает перегрузку нефти и нефтепродуктов с железнодорожного транспорта на морские суда”, — сообщили в Генштабе.
После временного улучшения топливный кризис вернулся как минимум в 16 регионов России. О дефиците и километровых очередях на заправках сообщают в Москве, Краснодарском и Приморском краях, Воронежской, Ростовской, Рязанской, Саратовской областях и других регионах РФ.
Серия ударов по российским НПЗ также спровоцировала масштабный кризис на рынке авиационного топлива в России. На фоне дефицита проблемы нарастают как в военной, так и в гражданской авиации.
Из-за дефицита авиационного топлива российские власти готовы пойти на снижение требований к его качеству. Минтранс страны предлагает разрешить использование керосина с температурой замерзания до -50 градусов вместо нынешних -60. Топливо с такими характеристиками нельзя использовать в регионах с холодным климатом, например, в Якутии, Чукотском автономном округе, Башкортостане, Татарстане и Чувашской республике. Оно также непригодно для военной техники. Но и это еще не все. Минтранс РФ предлагает использовать в производстве тяжелую нефть, а импортные противоизносные присадки заменить отечественными аналогами.
Что касается российской военной авиации и противовоздушной обороны, то там проблемы нарастают в геометрической прогрессии. По данным Генштаба ВСУ, только в июле были уничтожены 68 комплексов противовоздушной обороны России.
“Уже в конце этого года ожидается появление у Украины средств со средней дальностью до 800 км. Фактически речь идет о баллистических ракетах, которые позволят в десятки раз быстрее производить атаки по соответствующим российским объектам. Как следствие, они не будут иметь достаточно времени для подготовки. И если мы говорим о молниеносных ударах, это поможет взять под контроль российские авиационные базы — у них не будет времени не передислоцировать самолеты, ни спрятать те же комплексы противовоздушной обороны”, — отметил авиационный эксперт, член общественного совета при Госавиаслужбе Украины Богдан Долинце.
С середины июля Силы обороны Украины регулярно наносят удары по логистическим центрам Wildberries в разных регионах РФ. Согласно анализу спутниковых снимков, проведенному Reuters, маркетплейс мог лишиться пятой части своих складских мощностей. Потери Wildberries и продавцов из-за атак БпЛА приближаются к 1 трлн рублей.
По состоянию на 16 августа Силы обороны вывели из строя 7 из 10 крупнейших логистических центров Wildberries. Маркетплейс причастен к поставкам военной продукции, и удар по его складам и логистике — это часть более масштабного плана в нанесении ущерба российской экономической инфраструктуре, которая является основой военной кампании Москвы.
Результаты дальнобойных ударов в оценке экспертов
Какие последствия дальнобойных ударов Украины по объектам РФ? Будет ли нарастать кризис с топливом в России? Насколько снизился военный потенциал Кремля после ударов ВСУ по ключевым объектам ВПК? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы:
- Валерий Боровик, основатель компании-производителя оборонной продукции First Contact, участник боевых действий;
- Сергей Грабский, военный эксперт;
- Олег Пендзин, исполнительный директор Экономического дискуссионного клуба.
ВАЛЕРИЙ БОРОВИК: Любое российское предприятие ВПК будет рано или поздно атаковано
— Насколько важен удар по ракетно-космическому центру “Прогресс” в Самаре, мы увидим по тому, насколько замедлится программа запусков ракет и насколько они будут отставать от заявленных графиков. У них достаточно амбициозный график по выведению спутников “Рассвет” — как замены Starlink. Поэтому мы будем наблюдать, насколько они успевают по этому графику, ведь запуск ракет — важнейшая составляющая всей ракетно-космической программы.
Если ты бьешь по объектам, участвующим в цепочке производства ракетоносителей, то естественно бьешь и по самой программе запусков, и это отдалит реализацию их планов по самостоятельному обеспечению спутниковой связи для группировок войск.
Более 2000 км — на такое расстояние могут доставать наши ударные мощности. Российским предприятиям нужно морально готовиться: если они участвуют в цепочке поставок для армии РФ, для военно-промышленного комплекса, производят компоненты, а тем более конечную продукцию, — рано или поздно они будут поражены. И никакая система ПВО противника надолго их не защитит, потому что технологии развиваются.
Ударные мощности дешевле, чем средства противодействия. Поэтому практически любое предприятие в пределах досягаемости украинских дронов рано или поздно будет поражено.
Противник, естественно, укрывает свои мощности, склады и компоненты, маскирует базы под землей, диверсифицирует географию производства. Тем не менее у них сохранился советский подход, основанный на крупных гигантах, производящих различную продукцию, — а значит, их легче находить и легче поражать.
Противник бьет по всему, что только можно, в Украине — по всем энергетическим объектам, по гражданской инфраструктуре. Поэтому в ответ на эти террористические удары по территории суверенного государства мы бьем по экономически болевым точкам, которые приводят к коллапсу военной экономики, поддерживающей эту агрессию.
В эту цепочку входит все: и удары по складам, и удары по энергетике, и удары по перерабатывающим заводам, терминалам и так далее. Не смотря на критику, мы не прекратили удары а, наоборот, начали атаковать еще больше. Подобные технологии были созданы буквально за несколько лет и с тех пор постоянно совершенствуются, и в таких масштабах ими мало кто обладает.
Такого уникального опыта, плюс технологий, которыми располагает Украина, нет практически ни у кого, кроме, возможно, самих россиян.
Министерство обороны Украины кодифицировало украинский беспилотный авиационный комплекс “Довбуш Т40”, способный преодолевать более 2 000 км. Нужно его протестировать не просто на полигонах, а в боевых условиях: получить статистику вылетов, попаданий — как они обходят заявленную РЭБ противника, как ведут себя при атаке на цель, насколько точной будет атака, как у них будет работать связь и позиционирование.
Дальность в более 2000 километров сейчас очень и очень хорошая, и если она будет подтверждена и сработает — это существенно расширит наши возможности по нанесению дальних ударов по тем объектам, до которых мы раньше не доставали. И это, естественно, станет вызовом для противника.
СЕРГЕЙ ГРАБСКИЙ: Нужно работать над снижением ракетного потенциала РФ
— Мы живем уже пятый год в состоянии полномасштабной агрессии России. В 2022 году интенсивность атак была такой, что на Киев летело по 75, по 80 ракет. Во время недавней атаки на столицу только баллистических ракет, по моим данным, было порядка двух десятков, плюс еще четыре баллистические ракеты северокорейского производства.
Россия сохраняет определенный потенциал производства вооружения. Он оценивается примерно в 60-80 баллистических ракет в месяц, а общее количество ракет, которое может производить Россия, — до 200. И это как раз показывает нам пути решения вопроса.
Нужно продолжать работу с нашими партнерами по усилению санкционного давления на Россию. Меня очень удивляет, что до сих пор по Балтийскому морю, которое по сути является внутренним морем НАТО, курсируют какие-то корабли в российские порты и из них. Это должно быть остановлено. Также нам нужно говорить с южным флангом НАТО, с Турцией, о прекращении какого-либо трафика через Черное море.
Необходимо усилить удары по объектам на территории РФ. С наращиванием украинской ракетной программы появляется возможность уничтожения и пусковых установок, и предприятий военно-промышленного комплекса, где производятся ракеты и пусковые установки.
Нанесение украинских дальнобойных ударов должно быть направлено на то, чтобы разрушать экономический потенциал Российской Федерации.
Нужно более интенсивно атаковать объекты энергетического комплекса, ВПК и логистические возможности врага. Есть только одно ограничение, которое мы не можем переступить, — война против невоенного населения. То есть мы не будем убивать безоружных граждан так, как это в основном делает РФ. Но во всем остальном наращивание темпов ударов по противнику остается приоритетной целью.
ОЛЕГ ПЕНДЗИН: Дефицит топлива в РФ будет нарастать
— 600 тыс. тонн в месяц — фактический дефицит топлива в РФ. И при этом удары по НПЗ продолжаются, причем в Татарстане уже третий раз прилетело, а это один из самых крупных современных заводов. Но я думаю, что ситуация будет еще ухудшаться.
В Беларуси вроде бы собираются ставить на техническое обслуживание свой НПЗ, который дает 220 тыс. тонн из этих 600 тыс. Есть информация, что где-то в начале сентября Беларусь, скорее всего, резко сократит объемы поставок нефтепродуктов в РФ, потому что завод встанет на техобслуживание.
У России физически не хватает ресурса, чтобы бороться с последствиями дальнобойных ударов Украины. Кроме того, есть серьезные проблемы с завозом импорта. Тот импорт, который заходит по оптовым ценам, стоит очень дорого.
По законам РФ, бюджет должен выплачивать компенсацию, а таможня не растаможивает груз, потому что требует, чтобы цена была ниже. Сегодня уже есть прецеденты, когда танкер с нефтепродуктами из Индии практически месяц не может пройти растаможку, потому что нет согласия по поводу цены.
Ежемесячно РФ нужно 600 тыс. тонн топлива и их точно нет и не будет. А после остановки белорусского НПЗ реально будет еще хуже. Москва в этом отношении — последний форпост, который еще сохранял благодаря разнице в снабжении хоть какую-то теоретическую возможность заправиться, потому что в отдаленных субъектах РФ физически нет бензина даже для экстренного транспорта.
Удары по НПЗ прекращаться не будут — ситуация будет только нарастать. Сегодня, по разным оценкам, наблюдается от 35 до 42% остановки российской нефтепереработки — это очень много, и реально это делает внутренний рынок абсолютно дефицитным.
Когда мы оцениваем подбор целей, то исходим из большого количества факторов. Речь идет и о разведданных, и о данных со спутниковых систем, которые предоставляют нам партнеры. Есть агентура, которая работает и информирует.
Цели на территории РФ подбираются исходя из множества входящей и исходящей информации, и выбирается более или менее важная цель, исходя из физической возможности и наземного ресурса. Судя по тому, что уровень падения нефтепереработки достаточно глубокий, цели подбираются корректно.
Дефицит российского бюджета уже перевалил за 6,5 трлн. Он растет, а покрывать его, собственно, нечем. При этом реальный ресурс финансовой системы РФ резко сокращается. Идет серьезный системный кризис финансов, что, собственно, и продемонстрировала ситуация с падением курса акций и индексов Московской фондовой биржи.
Сегодня биржа опустилась ниже уровня осени 2022 года. В 2022 году, когда было объявлено о частичной мобилизации, биржа рухнула ниже 2000 пунктов — сейчас она находится еще ниже. И это притом, что мобилизацию россияне даже еще не объявляли: сами разговоры о возможной мобилизации пугают инвесторов настолько, что они активно начинают забирать деньги.
Читайте также: Ракеты нужны “здесь и сейчас”: как Украине усилить защиту от российских атак