Миллионы на дронах и автомобилях. NV узнал подробности двух грандиозных по масштабу мошеннических схем, направленных против военных и раскрытых следователями Нацполиции

«Цена была очень „заманчивой“», — с этой фразы военнослужащий Максим, попросивший не называть его фамилию, начинает рассказывать детективную историю, в которой он сам фигурирует.

Всё началось в ноябре прошлого года, когда боец стал искать машину для отправки на фронт, но наткнулся на аферу, которая за несколько дней лишила военного кучу денег, времени и нервов.

От позиции, которую Максим занимал вместе с напарником, до ближайшего населённого пункта было 6 км. Собственного транспорта у них не было, поэтому даже ради какой-то мелочи приходилось договариваться с соседями.

Поэтому, когда Максим уходил в отпуск, сослуживцы скинулись деньгами и на OLX нашли то, что нужно — старенький внедорожник Mitsubishi Pajero Sport, дизель, с пометкой «привоз в Украину для военных» и ценой 2,8 тыс. долларов. Аналоги на рынке стоили вдвое дороже.

Максим позвонил по объявлению и услышал просьбу продавца — перевести $500 в качестве предоплаты, чтобы привезти выбранный внедорожник из Польши.

Боец отдал деньги. Однако на следующий день выяснилось, что машина якобы попала на штрафную стоянку, и нужно заплатить ещё 28,5 тыс. грн.

Далее продавец попросил деньги «на документы, чтобы автомобиль пересек границу».

Прошла неделя постоянных «доплат» — и Максим решил обратиться в полицию. К тому моменту он уже перечислил продавцу в разы больше первоначальной стоимости машины.

В полиции Максиму посоветовали неожиданное — общаться с мошенником как можно дольше: чтобы собрать как можно больше материала о преступнике, в том числе — и запись его голоса.

В настоящее время расследование по делу военнослужащего продолжается.

Однако, как пояснили NV в Национальной полиции, его случай не единичен: большая война не остановила мошенников, а лишь «прибавила» им новых «клиентов».

По данным Нацполиции, в 2022 году органы досудебного расследования зарегистрировали более 65,5 тыс. правонарушений, связанных с различными видами мошенничества. В 2023 году их количество подскочило до более чем 104,5 тыс., однако затем наблюдался спад: более 82,4 тыс. в 2024 году, более 54,4 тыс. в 2025 году и почти 18,8 тыс. за январь-май 2026 года.

Статистика тех же преступлений, но направленных исключительно против военных, повторяет общую картину: в 2022 году подобных мошенничеств зарегистрировали почти 500, в 2023-м — уже более 1,3 тыс., в 2024-м — более 700, в 2025-м — почти 600, и ещё более 340 — за первые пять месяцев этого года. Всего около 3,5 тыс. эпизодов, произошедших за время полномасштабной войны, или примерно 1% от всех мошенничеств в стране.

Еще около 300 дел, по данным Нацполиции, приходится на кибермошенничество в отношении военнослужащих.

Чаще всего подобные случаи встречаются там, где больше всего военных: в Донецкой, Днепропетровской, Запорожской, Херсонской и Харьковской областях.

Армия за время войны выросла, боевые выплаты и компенсации за ранения и гибель стали ощутимыми, и преступники хорошо об этом знают, пояснил NV Александр Тесленко, начальник отдела Главного следственного управления Нацполиции, в число направлений работы которого входит и контроль за расследованием мошенничеств.

По его словам, злоумышленники обычно манипулируют эмоциями.

«Мошенник объясняет, что у него есть другой покупатель, но вы — наши защитники, вы в приоритете. И просит: внесите предоплату, чтобы я был уверен, что вы заберете товар, — описывает типичную схему подобных преступлений Тесленко. — Деньги перечисляются, а товара, к сожалению, нет».

Причем истории с автомобилями — далеко не самые жестокие. Больше всего следователей шокируют случаи, когда мошенники пытаются нажиться на пленных или пропавших без вести — звонят родным таких бойцов и предлагают «помощь». «Родственники готовы хвататься за любую соломинку, — рассказывает Тесленко. — Они не только теряют деньги, но и получают психологические травмы, потому что им дали ложную надежду».

Он вспоминает одно такое дело в Кировоградской области, где группа преступников систематически наживалась на семьях пропавших без вести военных, обманув людей на 1,7 млн грн.

Подобные мошенничества во многом становятся возможными из-за крайне слабой защиты персональных данных в Украине. По оценкам Нацполиции, черный рынок баз данных с номерами телефонов и другой конфиденциальной информацией оперирует десятками тысяч долларов.

В то же время Верховная Рада только начала рассматривать законопроект, который должен создать новый орган контроля за обращением персональных данных, повысить штрафы за нарушение конфиденциальности, а также внедрить европейские стандарты защиты в действующее законодательство.

Ко Дню следователей, который в Украине отмечается 1 июля, NV совместно с представителями Нацполиции рассказывает две знаковые истории о мошенниках, которые пытались нажиться на военных.

«Богдан Игоревич» и его команда

Одним из определяющих факторов для расследований по делам о «сборе средств для военных» стало расследование, которое Нацполиция начала летом 2024 года.

Как вспоминает в беседе с NV Дмитрий Шевчук, начальник отдела расследования преступлений в условиях вооруженного конфликта Главного следственного управления Национальной полиции, тогда следователи получили несколько обращений о том, что некие люди предлагали военным и благотворителям срочную поставку машин по самым низким ценам.

Быстрый мониторинг, проведенный командой Шевчука, показал: подобные случаи фиксировались по всей стране. Объявления «раскручивали» в TikTok, Facebook и на OLX, а чтобы придать им весомость, преступники сопровождали их видео с реальными военными, которые якобы благодарили некоего «Богдана Игоревича» за своевременно пригнанный автомобиль.

Как впоследствии выяснили подчинённые Шевчука, настоящий Богдан Игоревич когда-то просто хотел купить машину и переслал свои документы «для сверки», — мошенники использовали их в качестве прикрытия, предварительно обманув самого владельца этих документов.

Преступники заранее просили военных записать благодарность «Богдану Игоревичу» — якобы для отчетности. И так одни жертвы невольно заманивали других.

Мошенники действовали по стандартной схеме: называли военным цену на машину и просили задаток — 20−180 тыс. грн — для решения «брокерских вопросов, вопросов на границе, страхования».

«Перевели деньги преступнику, тот сам перезванивает военным: я вот-вот на границе, здесь очередь, надо ещё докинуть», — объясняет Шевчук. Покупатели «добрасывали» по 10−20 тыс. грн., а некоторых из них заставляли платить по три-четыре раза.

В конце концов, только доказанный следователями ущерб в данном случае составил почти 10 млн грн.

«У нас были только голоса преступников, — вспоминает Шевчук. — Без лица, без привязки к номеру телефона».

Мошенники звонили с номера, указанного в объявлении, однако в дальнейшем использовали уже другие, зарубежные номера.

Следователи советовали потерпевшим как можно дольше разговаривать с преступниками, чтобы собрать доказательную базу. Образцы голосов правоохранители сверяли с помощью экспертиз и таким образом доказывали, что в конкретном разговоре в конкретный день говорил, например, фигурант по фамилии Николаев. А запутанную цепочку переводов через карты подставных лиц и криптовалюту подчинённым Шевчука помогали распутать департаменты криминального анализа и финансового мониторинга Нацполиции.

Когда военные требовали вернуть деньги, преступники не просто исчезали из связи — они оскорбляли бойцов, а на вопрос, где их искать, давали адреса львовских кладбищ: мол, приходите забирать. Именно такая демонстративная уверенность в безнаказанности и превратила это расследование для отдела Шевчука в принципиальное дело.

В итоге следователи вышли на преступников и задержали одного из организаторов, а другим сообщено о подозрении и объявлен международный розыск. Они поочерёдно проживали в Литве, Германии и Турции, а одного из фигурантов арестовали в Эстонии и экстрадировали в Украину 27 апреля 2026 года.

Сейчас следователи передали в суд 19 эпизодов, в которых пострадавшими были именно военные, и еще 54, в которых обманывали бойцов вместе с гражданскими лицами.

Однако в работе остаются еще тысячи эпизодов, а часть пострадавших уже погибла на фронте.

Дроны и Дубай

Еще более масштабное расследование Нацполиции по теме мошенничества касалось дронов.

Летом 2023 года квадрокоптеры Mavic были на вес золота: собственного производства в Украине практически не было, китайские модели завозили в небольших количествах, а спрос в разы превышал предложение.

Именно на этом сыграла группа преступников, которые якобы имели эксклюзивный доступ к поставкам Mavic. Рекламы они не делали, всё шло через «сарафанное радио», вспоминает Андрей Полищук, заместитель начальника управления — начальник отдела Главного следственного управления Нацполиции.

Сначала эта «команда» действительно перевозила технику и даже покупала её по ценам выше рыночных — чтобы заработать репутацию. А когда к мошенникам потянулись волонтеры, военные и даже журналисты, схему запустили в полную силу: впоследствии в суд было направлено дело по заявлениям 108 потерпевших.

Это была пирамида с четким распределением ролей, объясняет Полищук. Организатором выступала некая Олеся Матякина, на счет физического лица-предпринимателя которой сначала и поступали все средства. Ее «коллега» Инна Приступа общалась с людьми и собирала наличные, поскольку, по словам следователя, умела вызывать доверие. Третий участник группы Назар Ткаченко отвечал за безналичные расчеты и криптовалюту.

Как выяснило следствие, эта троица отработала свои навыки ещё во времена Covid — на масках, а уже во время полномасштабного вторжения — на старлинках.

Деньги со счета Матякиной уходили куда угодно, только не на дроны. «Чтобы вывести наличные, преступники переводили деньги на фиктивные предприятия — указывали реквизиты компаний, занимающихся текстилем или запчастями», — объясняет Полищук. Часть собранных средств мошенники выводили в криптовалюту.

В целом по делу доказан ущерб в размере 50 млн грн.

До того как трем участникам было предъявлено подозрение, Матякина уехала за границу — сначала в Турцию, где, по словам следователя, жила на широкую ногу и куда вывезла имущество. Украина объявила её в международный розыск, поэтому, как только организаторка схемы прилетела на выставку вооружений в Дубай, её задержали. «Это первый прецедент за много лет, когда Эмираты задержали и выдали нам преступника», — отмечает Полищук.

Другого участника группировки — Ткаченко — суд даже отпустил под домашний арест якобы из-за необходимости операции на колене. Однако тот в клинике почти не появлялся — проводил время в ресторанах, на днях рождения и даже в салонах красоты. Когда мошенника все же поместили в СИЗО, выяснилось, что на похищенные средства он успел купить премиальный кроссовер BMW X7, оформив автомобиль на бабушку.

Уже в СИЗО местные «смотрящие» начали вымогать у Ткаченко деньги за «нормальное пребывание», и когда тот написал соответствующее заявление, следователи «закрыли» и этих вымогателей.

Показательно, что все трое фигурантов дела взаимно обвиняли друг друга в преступлении, что только упростило работу следствия. Теперь все эпизоды дела объединены в одно. Преступникам грозит от 5 до 12 лет лишения свободы с конфискацией имущества.

Внимание, схемы

Ни одно из двух упомянутых выше крупных дел ещё не закрыто: следователи продолжают выявлять новых фигурантов и потерпевших, ведь не каждый военный успевает написать заявление-жалобу, а некоторых из пострадавших уже нет в живых.

В целом за годы полномасштабного вторжения правоохранительные органы довели до завершения около 5 тыс. дел против организованных групп мошенников: более 470 — в 2022 году, почти 1 тыс. — в 2023-м, более 2 тыс. — в 2024 году, почти 780 — в 2025 году и более 310 за неполный 2026 год.

Системным ответом на преступления современных мошенников, по словам Тесленко, стал антифрод — совместный продукт Нацполиции, банков и межбанковской ассоциации. Речь идет об эффективной схеме противодействия: как только потерпевший звонит по номеру 102 и сообщает данные своего счета и счета мошенника, система автоматически отслеживает движение средств, и банки нередко успевают их заблокировать, не раскрывая банковской тайны.

Сложнее с так называемыми «дропами» и «мулами» — посредниками, на чьи карты попадают деньги обманутых граждан: доказать, что человек сознательно работал на преступника, бывает почти невозможно.

Отдельно Тесленко упоминает и нововведения в действиях мошенников — они начали подставлять сгенерированные искусственным интеллектом изображения «родственников», которые просят о помощи.

То есть процессы противодействия мошенникам и «модернизации» их навыков продвигаются вперед почти синхронно.

Поэтому, как объясняют в Нацполиции, следует проверять репутацию благотворителей и продавцов, историю их работы и отзывы о ней — и не поддаваться соблазну низкой цены у фирмы, которая работает всего неделю.

Также следователи советуют запрашивать полные анкетные данные у продавцов и общаться с ними по видеосвязи, ведь мошенник почти всегда «не может» выйти на связь, ссылаясь на таможню, где якобы запрещена съемка. Не стоит вносить полную предоплату, а разные фамилии продавца и получателя платежа должны сразу насторожить покупателя.

Если же данные карты законопослушного гражданина уже попали в чужие руки, счет нужно немедленно заблокировать и позвонить по номеру 102, предоставив как можно больше информации — именно это запускает систему защиты от мошенничества. И ни в коем случае не стоит переходить по ссылкам от незнакомцев, ведь так теряется контроль и над телефоном, и над банковским счетом.

Военнослужащий Максим, упомянутый в начале этого текста, на вопрос NV — «что бы он теперь сделал по-другому», ответил просто: не купился бы на такую цену.