«Новые граждане» под подозрением: мелитопольцев часами допрашивают на российской границе
Несмотря на заявления российских властей о том, что оккупированные территории Украины якобы являются «частью России», на практике захваченные регионы все больше напоминают закрытые резервации с многоуровневой системой контроля, фильтрации и допросов.
Жители Мелитополя, которым приходится возвращаться в оккупацию по семейным или имущественным вопросам, рассказывают: попасть домой становится все сложнее даже при наличии российского паспорта.
Допросы жестче, чем в Шереметьево
Житель Мелитополя, недавно вернувшийся в город для оформления недвижимости, рассказал РИА Пивдень, что наиболее тяжелую проверку ему устроили не в московском аэропорту Шереметьево, а на КПП в оккупированной Луганской области.
По словам молодого человека, на фильтрации его допрашивали сразу трое силовиков. Двое поочередно разыгрывали классическую схему «хороший и плохой следователь», а третий демонстративно молчал и наблюдал за реакцией.
Проверка продолжалась несколько часов. Мужчину расспрашивали о поездках, родственниках, отношении к Украине, контактах и целях въезда на оккупированную территорию.
Примечательно, что даже после получения российского паспорта процедура не изменилась. Когда мелитополец возвращался обратно в Ростов, в Новоазовске его снова отправили на полноценную фильтрацию и повторные допросы.
Пока продолжалась проверка, автобус, на котором он добирался, уехал без него. После освобождения мужчине пришлось самостоятельно искать попутный транспорт.
Оккупированные территории превращают в «гетто»
Подобная система контроля существует уже не первый год, однако сейчас ограничения становятся еще жестче.
В апреле оккупационные власти так называемой «ЛНР» ввели особый режим выезда в Воронежскую область РФ и обратно. Теперь пересечь границу можно только через единственный пункт пропуска — Гуково.
На КПП ежедневно образуются многокилометровые очереди. Люди проводят в ожидании по 7–8 часов. Проверки документов и телефонов стали еще тщательнее, а для отдельных категорий граждан действуют закрытые списки на запрет въезда в РФ.
Читайте также: побег из оккупации: как мелитопольцы проходят фильтрацию, допросы и “серую зону” ради возвращения домой
Фактически Россия продолжает изолировать захваченные регионыи даже от собственной территории, несмотря на пропагандистские заявления о «едином государстве».
Система изоляции строится уже несколько лет
Напомним, что два года назад аналогичные ограничения были введены в Ростовской области.
Тогда российские власти создали специальную пятикилометровую зону на границе с оккупированными территориями Донецкой и Луганской областей. Для пребывания там потребовали обязательное наличие документов, а в некоторых участках — предварительное уведомление ФСБ.
Официально это объясняли борьбой с «террористами и диверсантами», однако на практике меры ударили прежде всего по обычным жителям оккупированных территорий.
РИА Пивдень ранее писал, что мелитопольцы, выезжавшие через Мариуполь и Ростовскую область, часами проходили фильтрацию на КПП в Новоазовске. Некоторые ожидали допросов по 7 часов.
Параллельно усиливался контроль и на въезде в Крым. После решений Сергея Аксенова попасть с оккупированной части Херсонской области на полуостров можно только через несколько специальных КПП с обязательной проверкой документов и транспорта.
«Свои» под подозрением
На фоне постоянных разговоров о «воссоединении» особенно показательно выглядит отношение российских силовиков к самим жителям оккупированных территорий.
Даже наличие российского паспорта, недвижимости или прописки не избавляет мелитопольцев от унизительных проверок, многочасовых ожиданий и подозрений.
Фактически оккупированные районы Украины превращаются в территорию с отдельным режимом контроля, где людей рассматривают не как «новых граждан», а как потенциальную угрозу, которую необходимо постоянно фильтровать и проверять.