От взрывов до нового соглашения: смогут ли США и Россия возобновить проект «Северные потоки»
Российский газ, который до начала полномасштабной войны был одной из основ европейской энергетики, вновь оказался на повестке дня переговоров между Москвой и Вашингтоном. Как сообщает Reuters, американские и российские представители обсуждают возможное привлечение инвестора из США к проекту «Северный поток».
Но вернуть российский газ в Европу через Балтийское море значительно сложнее, чем договориться между Вашингтоном и Москвой. Три из четырёх ниток «Северного потока» повреждены взрывами, газопроводы находятся под санкциями, ЕС уже законодательно отказывается от российского газа, а Германия пока не собирается разрешать их возобновление.
UA.News рассказывает, что осталось от «Северных потоков», кого подозревают в их подрыве, зачем американскому капиталу могут понадобиться российские газопроводы и что должно измениться, чтобы газ из России снова пошел напрямую в Германию.
США и Россия возвращают «Северный поток» на переговорный стол
Нынешние переговоры вокруг «Северного потока» проходят в гораздо более широком контексте возможного экономического сотрудничества США и России. По данным Reuters, специальный представитель США Джаред Кушнер и глава Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев в течение последних недель встречались в Москве и Нью-Йорке.
Насколько подробно стороны обсуждали именно газопроводы, неизвестно. Источники агентства утверждают, что вопрос «Северного потока» остается на повестке дня. Представитель Белого дома при этом заявил, что в последнее время отдельных переговоров по газопроводам не было.
Потенциальная схема выглядит примерно так: американский инвестор получает долю в проекте, а в случае завершения войны и возобновления поставок — часть доходов от транспортировки российского газа в Европу.
Для Москвы это могло бы стать способом вернуть к жизни актив, который сегодня одновременно заблокирован физически, юридически и политически. Для американского капитала — возможностью зарабатывать на потенциальном возобновлении энергетической торговли России с крупнейшим европейским рынком.
Кушнер ранее продвигал концепцию так называемых prosperity agreements — экономических соглашений, которые должны создавать финансовые стимулы для сохранения мира. В такой логике возобновление торговли энергоресурсами может стать одним из элементов будущей послевоенной архитектуры.
Однако существует принципиальная проблема: США и Россия самостоятельно не могут решить судьбу «Северного потока». Газопроводы заканчиваются в Германии, а их использование регулируется законодательством ЕС. Поэтому даже потенциальная договоренность Вашингтона с Москвой еще не будет означать возвращения российского газа в Европу.
Что осталось от «Северных потоков» после взрывов
До 2022 года система «Северных потоков» была крупнейшим прямым маршрутом поставки российского газа в Германию. Фактически речь идет не об одной трубе, а о четырёх параллельных нитках. Две входят в состав «Северного потока-1», еще две — в «Северный поток-2».
Общая проектная мощность двух систем составляла около 110 млрд кубометров газа в год — примерно по 55 млрд для каждого газопровода.
«Северный поток-1» начал работу в 2011 году и в течение следующего десятилетия стал одним из ключевых маршрутов поставки российского газа в Европу.
Второй газопровод должен был фактически удвоить эти возможности. «Северный поток-2» протяженностью более 1,2 тысячи километров проложили по дну Балтийского моря из России в Германию. Пропускная способность двух его ниток должна была составить еще 55 млрд кубометров газа в год.
Еще задолго до полномасштабной войны проект вызвал серьезные споры. Украина выступала против него из-за риска потери транзита через украинскую ГТС, Польша рассматривала газопровод как угрозу безопасности, а США расширяли санкции против «Северного потока-2».
Строительство завершили в 2021 году, однако коммерческая эксплуатация так и не началась. После признания Россией так называемых «ДНР» и «ЛНР» в феврале 2022 года Берлин приостановил процесс сертификации газопровода. Ещё до начала полномасштабного вторжения тогдашний президент США Джо Байден предупреждал о приостановке «Северного потока-2», если Россия нападет на Украину.
26 сентября 2022 года ситуация изменилась окончательно. В Балтийском море недалеко от датского острова Борнхольм произошли мощные подводные взрывы. Они повредили обе нитки «Северного потока-1» и одну из двух ниток «Северного потока-2».
Таким образом, из четырёх ниток системы неповреждённой осталась лишь одна — вторая нитка «Северного потока-2». Именно поэтому полностью восстанавливать систему для возобновления хотя бы части поставок теоретически не требуется. Но одна физически целая труба ещё не означает, что через неё можно просто начать подавать газ.
«Северный поток-2» никогда не был сертифицирован для коммерческой эксплуатации, а после 2022 года к регуляторным проблемам добавились санкции и фактический отказ Европы от старой модели энергетической зависимости от России.
Кто взорвал «Северные потоки» и что сейчас с уголовным делом
Вопрос о том, кто стоял за взрывами 26 сентября 2022 года, до сих пор окончательно не закрыт. За четыре года расследования подрыва «Северных потоков» оно прошло путь от многочисленных версий о возможных организаторах до конкретной яхты, группы водолазов, международных ордеров на арест и уголовного процесса в Германии.
Свои дела после диверсии открыли Германия, Дания и Швеция. Довольно быстро следователи установили главное: повреждения газопроводов не были случайностью.
Датские правоохранители после исследования места взрывов пришли к выводу, что речь шла об умышленной диверсии. Однако в феврале 2024 года Дания прекратила собственное уголовное расследование. После сложного расследования правоохранительные органы решили, что в стране нет достаточных оснований для дальнейшего уголовного преследования.
Практически одновременно своё дело закрыла Швеция. Там следователи проводили осмотр места взрывов, анализировали перемещения большого количества судов и проводили допросы, но не нашли достаточных оснований для продолжения дела в шведской юрисдикции. Часть собранных материалов передали Германии.
Именно немецкое расследование в итоге продвинулось дальше всех. По версии немецких следователей, диверсионная группа использовала яхту «Андромеда», арендованную по поддельным документам. На ней группа добралась до района Балтийского моря, где водолазы якобы установили взрывные устройства на газопроводах.
В центре расследования оказались граждане Украины. Одним из ключевых обвиняемых стал Сергей К. Его задержали в Италии в 2025 году, после чего передали Германии. Немецкая прокуратура считает его одним из участников операции. Сам Сергей К. свою причастность к подрыву газопроводов отрицает.
Теперь дело переходит в новую фазу. Первые слушания по делу Сергея К. должны начаться в Гамбурге уже 14 октября 2026 года. На данный момент запланирована серия судебных заседаний, а сам процесс может длиться несколько месяцев.
Еще одним фигурантом немецкого расследования стал украинский водолаз Владимир Журавлев. Следствие считает, что он мог входить в ту самую группу и непосредственно участвовать в погружениях для установки взрывчатки.
Однако даже появление конкретных обвиняемых не дает окончательного ответа на главный вопрос — кто именно организовал операцию. Наличие граждан Украины среди подозреваемых само по себе не доказывает причастности украинского государства. Версию о возможной связи операции с украинскими государственными структурами ещё должен оценить суд, тогда как украинская сторона причастность к диверсии отрицала.
Одной уцелевшей трубы недостаточно для возобновления поставок российского газа
Даже если вторая нитка «Северного потока-2» остается физически пригодной к использованию, просто «открыть вентиль» сегодня невозможно. Прежде всего, газопровод так и не получил окончательного разрешения на коммерческую эксплуатацию в Германии. Процесс его сертификации был приостановлен ещё до начала полномасштабной войны.
После этого юридические проблемы только накапливались. Европейский Союз ввел отдельный запрет на транзакции, связанные с «Северным потоком-1» и «Северным потоком-2». То есть при действующем режиме санкций возобновить коммерческую эксплуатацию газопроводов невозможно.
Поэтому потенциальное появление американского инвестора само по себе проблему не решит. Вашингтон может смягчить или отменить собственные ограничения, но американские решения не отменяют санкции Европейского Союза.
Кроме того, любой перезапуск потребует согласия Германии. Немецкое Министерство экономики и энергетики ранее сообщало, что страна уже нашла альтернативные источники поставок. Возобновление работы газопроводов потребовало бы одобрения федерального правительства, а нынешнее правительство этого не хочет.
Отдельно придётся проверить техническое состояние системы после нескольких лет простоя. А если стороны захотят вернуть не одну уцелевшую нить, а значительную часть прежней пропускной способности, встанет гораздо более сложный вопрос — ремонт повреждённых взрывами участков.
Поэтому даже при благоприятном политическом сценарии возвращение «Северных потоков» к прежним масштабам не может произойти мгновенно.
Европа уже законодательно отказывается от российского газа
Самое большое препятствие для возобновления работы «Северного потока» сегодня вообще не лежит на дне Балтийского моря. Европейский Союз уже превратил отказ от российского газа из политической цели в законодательную норму.
В январе 2026 года Совет ЕС окончательно одобрил регламент о поэтапном запрете импорта российского трубопроводного газа и сжиженного природного газа. Для старых контрактов предусмотрен переходный период. Однако для долгосрочных контрактов импорт российского СПГ должен быть прекращён с 1 января 2027 года.
Это принципиально меняет дискуссию вокруг «Северного потока». Ещё несколько лет назад Берлину теоретически было достаточно изменить политическое решение относительно газопровода. Теперь возобновление масштабных поставок российского газа через Балтийское море противоречило бы законодательству всего Европейского Союза.
Причем новые правила предусматривают проверку именно страны происхождения газа. Это означает, что смена владельца газопровода сама по себе не позволит обойти запрет.
Европа уже научилась жить без «Северного потока»
Есть ещё одна фундаментальная проблема: европейский газовый рынок 2026 года совсем не похож на рынок 2021-го. До полномасштабного вторжения Россия обеспечивала около 45% газового импорта Европейского Союза. После 2022 года эта зависимость резко сократилась.
По оценкам ЕС, в 2025 году доля российского газа в импорте Союза составляла уже около 13%. Европа не просто заменила одного поставщика другим. Изменилась сама структура рынка.
Одним из главных источников трубопроводного газа стала Норвегия. Одновременно резко выросли поставки сжиженного природного газа из США и других стран.
Еще в начале перестройки рынка Европа начала искать альтернативы российскому газу, в частности за счет увеличения поставок СПГ. Европейские государства параллельно ускоренно строили плавучие и стационарные терминалы, расширяли портовую инфраструктуру и возможности транспортировки газа между странами.
Особенно показательным примером стала Германия, которая до 2022 года практически не имела собственной инфраструктуры для прямого приема СПГ, но была вынуждена создавать её в чрезвычайно сжатые сроки.
Эта перестройка обошлась дорого. Резкое сокращение российских поставок вызвало энергетический шок, а высокие цены особенно болезненно ударили по немецкой химической, металлургической и другой энергоемкой промышленности.
Именно на этом строится один из главных аргументов сторонников возвращения российского газа: более дешёвая энергия могла бы помочь восстановить конкурентоспособность европейской промышленности.
Однако в то же время Европа потратила огромные ресурсы именно на то, чтобы остановка одного маршрута из России больше не могла вызвать масштабный энергетический кризис. Поэтому «Северный поток» уже не занимает того незаменимого места, которое у него было в начале 2020-х.
В Германии нет единой позиции по поводу возвращения российского газа
Самая интересная политическая борьба вокруг «Северного потока» может развернуться именно в Германии. Для Берлина российский газ на протяжении десятилетий был не просто одним из источников энергии. Относительно дешевое трубопроводное топливо стало важной частью экономической модели немецкой промышленности.
До полномасштабного вторжения Германия получала более половины своего газа из России. Нынешнее федеральное правительство возвращаться к этой модели не хочет. Однако внутри страны консенсуса нет.
«Альтернатива для Германии» выступает за возобновление закупок российских энергоресурсов. Кирилл Дмитриев должен встретиться с руководством AfD в начале следующего года, и одним из вопросов должно стать возможное возобновление поставок российского газа в Германию.
На фоне высокой стоимости энергии аргумент о более дешёвом трубопроводном газе остаётся привлекательным для части немецкого бизнеса и избирателей. Поэтому «Северный поток» постепенно превращается не только в международный, но и во внутриполитический вопрос Германии.
Польша и страны Балтии не хотят возвращения старой газовой модели
Даже изменение позиции Берлина не будет означать автоматической поддержки со стороны остальной Европы. Самыми ярыми противниками возвращения российских энергоресурсов остаются Польша и страны Балтии.
Для них «Северный поток» ещё задолго до 2022 года был прежде всего вопросом безопасности.
Критики проекта предупреждали, что прямой маршрут Россия–Германия позволяет Москве обходить транзитные страны Центральной и Восточной Европы и одновременно увеличивает зависимость крупнейших экономик ЕС от российских ресурсов.
Эта проблема непосредственно касалась и Украины. Еще во время строительства «Северного потока-2» Киев выступал против магистрали из-за угрозы сокращения или прекращения транзита российского газа через украинскую ГТС.
После полномасштабного вторжения эти опасения стали одним из центральных аргументов европейской энергетической политики.
Именно поэтому потенциальное американо-российское соглашение может вызвать новый спор внутри ЕС: часть политиков может говорить о более дешёвой энергии и восстановлении промышленности, другая — о возвращении стратегической зависимости от Москвы.
Американский владелец не сделает российский газ американским
Привлечение инвестора из США может стать центральным политическим элементом потенциального соглашения. Участие США позволило бы представить возобновление «Северного потока» не как простое возвращение Европы к контрактам с «Газпромом», а как новую модель с западными финансовыми интересами и определенным американским контролем.
Но происхождение самого газа от этого не изменится. Если он будет добываться в России и поступать в ЕС через Балтийское море, он останется российским. Новые европейские правила предусматривают проверку страны, где газ был добыт.
Поэтому простое изменение владельца газопровода не позволит автоматически обойти запрет. Есть и другая проблема — сложная структура собственности.
По данным Reuters, 51% компании Nord Stream AG контролирует российский «Газпром». Еще примерно 31% распределено между двумя немецкими участниками, остальная часть принадлежит французской и нидерландской компаниям.
Немецкие акционеры, по информации агентства, хотят сохранить свои доли даже в случае продажи пакета «Газпрому», чтобы Берлин не терял влияние на стратегическую инфраструктуру.
Таким образом, потенциальная сделка — это не просто покупка американцами российского газопровода. Она потребует перестройки структуры собственности, санкционного режима, разрешений и будущих газовых контрактов.
Российский газ на самом деле полностью не исчезал из Европы
Говорить о «возвращении» российского газа можно лишь условно — он до сих пор поступает в Европейский Союз. После прекращения транзита через Украину одним из главных маршрутов трубопроводных поставок остался «Турецкий поток» и его продолжение через Юго-Восточную Европу.
Кроме того, европейские страны продолжали импортировать российский СПГ. По данным Совета ЕС, даже в 2025 году российский газ по-прежнему составлял примерно 13% газового импорта Евросоюза и обходился более чем в 15 млрд евро в год.
Именно поэтому отказ от него происходит поэтапно: часть компаний продолжает выполнять ранее заключенные долгосрочные контракты. Но масштаб российского присутствия уже несопоставим с довоенным.
«Северные потоки» создавались для транспортировки до 110 млрд кубометров газа в год двумя системами вместе.
Поэтому их полноценное возобновление означало бы не просто сохранение остаточных поставок, а потенциальный пересмотр всей энергетической модели, которую Европа строила после 2022 года.
Что должно произойти, чтобы «Северный поток» снова заработал
Теоретически возвращение российского газа через Балтийское море возможно. Одна нитка «Северного потока-2» физически сохранилась, а Москва не скрывает готовности возобновить поставки.
Но между этой технической возможностью и реальной поставкой стоит целая цепочка политических, юридических и технических решений. Прежде всего должен принципиально измениться политический контекст войны.
После этого США должны будут пересмотреть собственные санкции. Европейскому Союзу придется отменить запрет на транзакции с «Северным потоком-1» и «Северным потоком-2». Еще сложнее — пересмотреть уже принятый регламент о полном отказе от российского газа.
Германии отдельно придется разрешить использование газопровода и решить вопрос его сертификации. Параллельно необходимо договориться о структуре собственности, провести полное техническое обследование уцелевшей инфраструктуры и определить, кто будет покупать газ.
Еще сложнее будет вернуть систему к довоенным масштабам. Для этого недостаточно одной уцелевшей нитки — необходимо ремонтировать поврежденные взрывами участки.
И все это придется делать в Европе, которая в течение последних четырех лет тратила миллиарды именно на то, чтобы больше не зависеть от этих труб. Поэтому сегодня вопрос заключается уже не в том, способна ли Россия физически снова подать газ в Германию. По крайней мере, частично такая возможность сохранилась.
Главный вопрос — захочет ли сама Европа вернуть систему, от которой она последние четыре года последовательно отказывалась. Пока ответ Брюсселя и Берлина отрицательный. Но возвращение «Северного потока» на переговорный стол США и России показывает, что Москва не отказалась от своей главной газовой карты.
Теперь газопровод можно рассматривать уже не просто как энергетическую инфраструктуру, а как потенциальный элемент гораздо более масштабного послевоенного экономического соглашения между Россией, США и Европой.
