Вчера во время представления нового министра обороны Владимир Зеленский заявил, что Киеву не хватает денег. Причем вопрос дефицита средств, по его словам, стоит остро.

"Нам нужно найти средства. Это самый главный вызов. Прежде всего в секторе обороны Украины. Необходимо найти необходимые ресурсы, и я считаю, что это самый большой вызов, который у нас был. Война стала дороже, и это факт. Ресурсов требуется больше, дефицит увеличился, враг использует против нас все больше инструментов, и нам нужно не только защищаться, но и действовать более активно", - сказал Зеленский.

Эти слова прозвучали довольно неожиданно на фоне реляций нескольких последних месяцев, в которых говорилось, сколько миллиардов Европа и прочие доноры выделяют Украине на поддержку бюджета и военных усилий - как деньгами, так и напрямую оружием.

Однако о нехватке средств заявляет не только Зеленский, но и другие представители власти. Например, премьер-министр Сергей Корецкий и глава глава комитета по вопросам финансов, налоговой и таможенной политики Даниил Гетманцев. И на то есть свои причины.

Первая, о которой вчера на встрече с депутатами заявил Корецкий, - это напряженная ситуация с выполнением партнерами своих обязательств по предоставлению помощи. На данный момент выделена всего четверть от общего объема обещанных средств.

Вторая причина: война требует расходов больших, чем запланировано. Об этом, собственно, и дал понять Зеленский. Еще в мае западные СМИ со ссылкой на украинских чиновников писали, что для наращивания темпов ударов по российским тылам срочно необходимо дополнительное финансирование вдобавок к тому, что уже было утверждено. Формально на саммите НАТО в Анкаре в начале июля члены альянса поддержали увеличение расходов в этом и следующем году на 40 миллиардов долларов. Однако пока эта декларация не вылилась в реальные поступления средств. Также стоит напомнить, что в июне Минобороны анонсировало резкое увеличение выплат военным. И уже тогда заявлялось, что специально под это в бюджете не заложено средств. И даже после увеличения в июне расходов госбюджета на 1,64 триллиона все равно, по данным депутатов, оставалась дыра в 170 миллиардов гривен (по другим оценкам, до 300 миллиардов).

Почему вообще возникла потребность в дополнительном финансировании? По ряду намеков чиновников правительства и Минобороны можно сделать вывод, что ВСУ в первом полугодии "авансом" нарастили темпы ударов дронами сверх запланированных на это средств. В том числе удары БпЛА средней дальности, на которые изначально не были предусмотрены значительные ресурсы в бюджете, но после того, как эти удары показали высокую эффективность, их было решено масштабировать. Для этого даже были переброшены деньги, предназначавшиеся на зарплаты военным. Соответственно, удержание интенсивности атак на столь высоком уровне (не говоря уже о наращивании масштабов) и дальше потребует больших средств. Тем более что и РФ не стоит на месте, доведя, по данным аналитиков, долю поражения дронов до 95% и более. А значит, для поражения целей нужно использовать все больше и больше БпЛА.

Кроме того, Россия активизирует удары новыми типами средств поражения: реактивными дронами, "Бандеролями". Против них бессильны украинские дроны-перехватчики, в производство которых вкладывались немалые средства. Теперь же приходится срочно финансировать разработку и производство средств противодействия новым угрозам. А это требует немалых денег.

Третья причина - активизация ударов РФ по торговым, промышленным объектам, инфраструктуре, портам и судоходству, что привело к серьезным проблемам для украинского бизнеса и экономики. В результате уже обвалился экспорт. А могут начаться и проблемы с импортом, который прямо влияет на поступления в бюджет. Так, НДС с импорта составляет самую большую часть налоговых доходов в бюджете. Правда, по данным Минфина, за первые 7 месяцев план по налогам и сборам даже перевыполнен. Однако основные проблемы из-за ударов начались с августа, поэтому в статистике ещё не отражены. Если же атаки будут нарастать, то, соответственно, и потери казны могут стать ощутимыми. И покрыть эту дыру в бюджете, как и все прочие, можно будет лишь за счет увеличения внешней помощи.

Правда, есть еще такой инструмент, как девальвация гривны: чем ниже курс национальной валюты - тем большие суммы получаются при конвертации иностранной помощи. Однако ее эффект нелинейный. Вместе с доходами вырастают и расходы, например, на импорт топлива и оружия.

Также есть еще один ресурс: урезание социальных расходов и отказ от запланированных на осень повышений зарплат некоторым категориям бюджетников, а также сокращение программ поддержки населения. Но на это власти за все годы войны идти не решались, поэтому скорее всего и сейчас попытаются избежать такого сценария, сделав ставку на убеждение западных партнеров увеличить помощь. Но и с этим могут возникнуть проблемы.

Финансовая и экономическая ситуация в Европе тяжелая, и тенденции ее улучшения не видно. С каждым годом выделять средства Украине становится все сложнее. И главное: какова перспектива? Допустим, деньги найдут еще на этот год. А на следующий? Ведь придется где-то искать средства сверх запланированных 90 миллиардов по кредиту на 2026-2027 годы. А если война продлится и в 2028-м? К тому времени во многих ключевых европейских странах может поменяться власть на более скептическую в отношении поддержки Украины.

Кроме того, существует еще и политический момент. Зеленский поднял вопрос о дополнительных деньгах в момент, когда начал бушевать очередной коррупционный скандал с его ближайшем окружением: подозрение получила заместитель главы Офиса президента Ирина Мудрая. Это случилось на фоне политической напряженности вокруг заявлений экс-министра обороны Михаила Федорова о необходимости проведения выборов во время войны из-за "системного кризиса госуправления".

И если в такой ситуации Зеленский обратится за дополнительной помощью, то рискует нарваться на довольно жесткие встречные условия со стороны партнеров, которые могут заявить, что не хотят, чтобы их деньги воровали. От него могут потребовать пойти на шаги, на которые он идти до сих пор отказывался: принять пакет законов Качки-Кос, подразумевающих увеличение полномочий НАБУ и САП, а также фактически лишающих его контроля над правоохранительными органами и судами. Возможно также и давление с требованием вернуть Федорова в Минобороны. Чего Зеленский, очевидно, делать не хочет.

Таким образом, финансовые проблемы могут перерасти в политические, увеличив внутреннее напряжение в стране.

Поэтому сейчас решение задачи привлечения средств может оказаться для Зеленского куда более сложным процессом, чем раньше. И если эту проблему решить не удастся, это может прямо повлиять и на ход войны, и на позицию Киева по поводу условий ее окончания.