Политическая страховка и налоги. Зачем техномиллиардеры «коллекционируют» иностранные паспорта

Стремительная геополитическая турбулентность, риски усиления налогового давления и угрозы политических преследований вынуждают технологические элиты и мировых миллиардеров искать «запасные аэродромы». Традиция владения одним паспортом уходит в прошлое, уступая место формированию полноценных «паспортных портфелей», пишет Air Mail .

Этот тренд давно стал нормой и для крупного украинского капитала. Практика получения «золотых виз» и дополнительных гражданств превратилась в стратегический инструмент управления личными и бизнес-рисками.

Альянсы элит и четыре паспорта Дурова

Ярким примером этой тенденции является основатель Telegram Павел Дуров. После конфликта с российской ФСБ из-за отказа передать данные украинских протестующих в 2014 году предприниматель покинул РФ и лишился рычагов влияния на сеть «ВКонтакте».

Позже в одном из интервью он заявил: «Я считаю себя полноправным гражданином мира», после чего начал собирать паспорта, чтобы подтвердить это на практике. На данный момент Дуров владеет четырьмя паспортами — РФ, Франции, ОАЭ и Сент-Китс и Невис. Несмотря на состояние, превышающее 17 миллиардов долларов, он сознательно отказывается от недвижимости, чтобы не привязываться ни к одной юрисдикции. По мнению Air Mail, такая институциональная гибкость может стать ключевым фактором защиты на фоне новых обвинений в его адрес.

Впрочем, Дуров — не единственный такой пример. Сооснователь PayPal Питер Тиль имеет гражданство США, Германии и Новой Зеландии, а сейчас оформляет четвертый документ — мальтийский. Глава Tesla Илон Маск владеет тремя паспортами: США, ЮАР и Канады.

Тем временем генеральный директор OpenAI Сэм Альтман стал первым обладателем индонезийской «золотой визы», которую получил бесплатно как деятель мирового масштаба. Примечательно, что Альтман публично подтверждал наличие договоренности с Тилем: в случае социального коллапса или катастрофы, связанной с искусственным интеллектом, он планирует эвакуироваться в специальный бункер Тиля в Новой Зеландии.

Американский выход и рынок «планов С»

Стремление диверсифицировать гражданство больше не является прерогативой Кремниевой долины. Согласно отчету USA Wealth Report 2025 компании Henley & Partners, количество запросов от состоятельных американцев на получение иностранного резидентства выросло на 183% за год.

Этот спрос сформировал отдельную высокомаржинальную индустрию. Компании вроде Nomad Capitalist оценивают паспорта по уровню безопасности, международной репутации и возможности сохранить первоначальное гражданство.

«Наши клиенты стремятся получить надежный „план C“ — дополнительный уровень защиты в дополнение к уже имеющимся документам», — отмечает основатель Nomad Capitalist Эндрю Хендерсон.

По его словам, главными стимулами стали воспоминания о введенных во время пандемии ограничениях на передвижение, стремление к налоговой оптимизации и желание обезопасить себя от политического упадка в собственных странах. В частности, возвращение к власти Лейбористской партии в Великобритании уже спровоцировало отток капитала и состоятельных граждан.

Политическая поляризация также оказывает существенное давление на рынок. После победы Дональда Трампа на выборах 2024 года количество поисковых запросов в США, касающихся переезда в Канаду, выросло на 5000%. Среди состоятельных американцев самыми популярными направлениями являются Португалия, Испания, Греция, Италия и ОАЭ.

Кризис идентичности и потеря лояльности

Издание подчеркивает, что массовое увлечение «паспортными портфелями» свидетельствует о более глубокой деструкции национальной идентичности в западных обществах. Состоятельные люди все чаще воспринимают государство не как родину, а как сервисную компанию, предоставляющую услуги в сфере безопасности и налогообложения.

Опросы Gallup фиксируют, что уровень национальной гордости в США упал до исторического минимума за 20 лет — до 58%. В то же время в Великобритании лишь 47% граждан заявили, что предпочитают гражданство своей страны любому другому. В итоге эксперты приходят к выводу: если бы у рядовых граждан были соответствующие финансовые возможности, масштабы глобальной миграции были бы в разы больше.

Запасные аэродромы. Как этот тренд работает в Украине

Для украинского крупного бизнеса и политических элит формирование «паспортных портфелей» уже давно превратилось из роскоши в базовый инструмент выживания, защиты капитала и обеспечения юридического иммунитета. Практика владения несколькими документами позволяет отечественным бизнесменам минимизировать риски преследований, санкций или потери активов в периоды политической и экономической турбулентности.

Наиболее показательным примером работы этой системы стал Игорь Коломойский, который в свое время иронизировал по поводу запрета двойного гражданства в Украине, отмечая, что в законе ничего не сказано о тройном гражданстве. Наличие документов Израиля и Кипра в конечном счете определило его процессуальный статус в ходе судебных заседаний после того, как указом президента он был лишен украинского паспорта.

Похожую стратегию выбирают и другие бизнесмены. Совладелец «Студии Квартал 95» Тимур Миндич и его бизнес-партнер Геннадий Боголюбов, имеющий гражданство Великобритании и Кипра, активно используют иностранные паспорта для свободного передвижения и сохранения активов за рубежом.

Основными хабами для легализации украинских капиталов на протяжении многих лет остаются Кипр, Израиль и ОАЭ. Если кипрские «золотые паспорта» и израильское гражданство обеспечивают бизнесменам не только налоговую оптимизацию, но и гарантии защиты от экстрадиции, то Дубай превратился в главный мировой центр для размещения активов и приобретения элитной недвижимости.

Своеобразной точкой в процессе вывода этой практики из «серой зоны» стало принятие Верховной Радой закона о множественном гражданстве. Легализация второго паспорта для украинцев — за исключением документов страны-агрессора — окончательно закрепила этот глобальный тренд на отечественной почве. Отныне владение дополнительным иностранным документом воспринимается не как юридическая аномалия, а как стандартный элемент персонального риск-менеджмента для крупного капитала.