Пушечное мясо под чужим флагом: как кремль формирует псевдоукраинские «батальоны»
В информационном пространстве появились сведения о том, что кремль формирует боевые подразделения из украинских военнопленных. В отчете говорится, в частности, о создании первой так называемой «украинской добровольческой бригады спецназначения».
Западные аналитики отмечают, что использование военнопленных в боевых подразделениях является грубым нарушением международного гуманитарного права. А, как поясняет военный эксперт Дмитрий Снегирев, третья Женевская конвенция устанавливает правила обращения с военнопленными и запрещает их принудительное вовлечение в военную деятельность захватившего их государства.
После появления отчета информацию начали активно перепечатывать украинские медиа, представляя ее как актуальное сообщение о новой российской практике. Однако, по словам эксперта, сама история значительно старше нынешнего отчета ISW.
— вспоминает собеседник «ФАКТОВ».
Четыре «украинских батальона» вместо одного
На тот момент россияне сформировали не одно, а сразу четыре так называемых украинских формирования. Речь шла о «батальоне Богдана Хмельницкого», «батальоне Максима Кривоноса», «отряде Мартына Пушкаря» и «отряде Александра Матросова».
Само название «батальон», по замыслу российских специальных служб, должно было создавать впечатление значительной военной силы. Однако реальная численность этих формирований, по данным ГУР МОУ, была несоизмерима с их названием.
Украинская сторона на тот момент располагала информацией о 62 контрактах украинских военнопленных с министерством обороны страны-оккупанта по поводу участия в войне против Украины в составе таких формирований.
То есть речь шла не о тысячах украинцев, которых российская пропаганда могла бы представить как масштабную коллаборацию, а о нескольких десятках установленных лиц. Эти цифры существенно отличались от образа «массовой украинской коллаборации», который пыталась создать российская пропаганда.
«Батальон Богдана Хмельницкого» появился еще в 2022 году
Первые сообщения о создании такого формирования появились в сентябре 2022 года. Российские пропагандистские ресурсы тогда распространяли информацию о якобы желании украинских военнопленных, удерживаемых в Еленовке, вступить в так называемый «добровольческий казачий батальон Богдана Хмельницкого».
Эта история возникла спустя два месяца после взрыва в бараке с украинскими военнопленными в Еленовке. Российская сторона пыталась представить пленных как людей, якобы добровольно соглашавшихся воевать против Украины.
В октябре 2023 года российские пропагандистские медиа сообщили, что «батальон Богдана Хмельницкого» якобы вступил в оперативно-боевое тактическое формирование «Каскад».
Однако уже тогда возник вопрос, насколько это вообще было полноценное военное формирование.
По словам Дмитрия Снегирева, российская сторона тогда сама сообщала, что его участники еще не приняли присягу. То есть речь шла скорее о формировании на бумаге и информационном поводе, чем о полноценной военной единице.
ГУР МОУ также не подтверждало боевого применения «батальона Богдана Хмельницкого». В ноябре 2024 г. представитель ГУР Андрей Юсов заявлял, что в течение длительного времени эта история преимущественно оставалась информационно-психологической операцией и подтверждений применения подразделения на фронте не было.
Зачем оккупантам «украинские» подразделения
Главная цель таких формирований — не создание реальной военной силы, а формирование нужной кремлю информационной картинки. Противник пытается продвигать на международную аудиторию тезис о якобы внутреннем конфликте в Украине: украинцы вроде как воюют против украинцев, а часть украинского общества, дескать, готова с оружием в руках поддерживать россию.
Этот нарратив имеет несколько целевых аудиторий.
Во-первых, это украинские военнослужащие и их семьи. Им пытаются навязать мнение о якобы масштабной поддержке врага среди украинцев.
Во-вторых, международная аудитория. Здесь задача состоит в создании картинки, которая позволяла бы кремлю представлять русско-украинскую войну не как агрессию против Украины, а как внутреннее противостояние.
В-третьих, речь идет об информационном влиянии на жителей временно оккупированных территорий.
Враг «зеркалит» украинские формирования
Эксперт обратил внимание на еще одну особенность российской пропаганды — попытку зеркально повторить украинские решения.
В составе Сил обороны Украины воюют российские добровольцы. Среди известных формирований — Российский добровольческий корпус, легион «Свобода России» и «Сибирский батальон». Но есть принципиальная разница.
Российские граждане в составе украинских формирований реально участвуют в боевых действиях против оккупационной армии. В отношении созданных противником «украинских батальонов» длительное время не было подтверждений их полноценного боевого применения.
Таким образом, кремль пытается создать зеркальную картинку: если Украина использует российских добровольцев, то кремль в составе оккупационной армии якобы имеет такие же «украинские» формирования.
Однако происхождение людей в этих подразделениях принципиально отличается. Часть украинцев попала в российский плен, а другая категория — коллаборанты и бывшие украинские силовики, сознательно перешедшие на сторону врага.
Как пленных могут принуждать к сотрудничеству
Отдельный блок анализа касался того, как российские спецслужбы могут привлекать украинских военнопленных в такие формирования. Речь идет о системе давления, которая включает физическое и психологическое насилие, ненадлежащие условия содержания, голод, избиения и угрозы. В таких условиях согласие пленника на сотрудничество не обязательно означает его добровольный выбор.
— объясняет Снегирев.
В настоящее время украинская сторона установила более 300 мест содержания украинских военнопленных на территории страны-оккупанта, белоруссии и оккупированных территорий.
Это не новая тактика рф
В то же время использование украинцев для диверсионной и военной деятельности на стороне противника не является новой практикой. Появление нынешних «украинских батальонов» имеет гораздо более давнюю практику работы российских спецслужб на оккупированных территориях.
По информации аналитического отдела ГИ «Правое Дело», еще с 2014 года российские спецслужбы создавали учебные центры, где местных жителей готовили для разведывательно-диверсионной работы.
В частности, речь шла о подготовке снайперов, специалистов по минно-взрывному делу и участников разведывательно-диверсионных групп. Часть таких людей использовали российские спецслужбы для проведения диверсий на подконтрольной Украине территории.
В 2016 году к таким программам начали привлекать и местных женщин. Общее количество курсантов, которое тогда удалось установить, превышало 120 человек.
Позже аналогичный учебный центр действовал вблизи Первомайска, на базе лагеря «Чайка».
Отличие нынешней кампании заключается в том, что российские спецслужбы активно демонстрируют такие формирования в собственном информационном пространстве.
«Украинские батальоны» и Покровское направление
— считает Дмитрий Снегирев.
По оценке аналитического отдела ГИ «Правое Дело», это могло быть частью более масштабной информационной операции.
Логика такого сценария проста: если иностранным журналистам показать на фронте людей в форме российской армии, которых представляют как украинцев, кремль получает готовую картинку для продвижения тезиса об «украинцах, которые воюют против украинцев». Именно поэтому вопросы таких подразделений выходят за рамки их реальной военной численности.
Их главная ценность для врага может состоять не в количестве бойцов, а в возможности использовать информацию в пропагандистском сюжете.
Почему сообщение ISW не ново
Нынешняя публикация ISW поднимает проблему использования украинских военнопленных в российских формированиях. Однако сам факт создания российскими спецслужбами таких подразделений не возник в августе 2026 года.
— отмечает собеседник «ФАКТОВ».
Поэтому сегодняшнюю историю следует рассматривать не как сообщение о том, что противник вдруг начал создавать украинские подразделения, а как очередной этап давно известной практики.
И здесь возникает отдельный вопрос к так называемым «аналитическим структурам» и медиа: насколько полно они отслеживают предыдущие украинские исследования этой темы.
Это уже не первый случай, когда аналитический отдел ГИ «Правое Дело» первым публично фиксирует определенные процессы, а через некоторое время аналогичные выводы появляются в сообщениях «аналитических структур» без очевидной ссылки на предыдущие украинские источники.
В случае с «украинскими батальонами» это особенно показательно: нынешний отчет ISW фактически вернул в медийную повестку дня тему, которую уже подробно разбирали раньше.
Однако вместе с пропагандистскими акциями оккупанты по-прежнему совершают военные преступления, убивая украинских военнопленных.
Читайте нас в Facebook