В Офисе президента Украины четко очертили красные линии, за которые Киев не переступит ни при каких условиях в случае начала официального диалога с Москвой. На Банковой готовы обсуждать технические форматы остановки боевых действий, но ультиматумы Кремля и капитуляция даже не будут вноситься в повестку дня.
Украинское руководство в очередной раз демонстрирует международному сообществу абсолютную вменяемость и готовность к дипломатическому урегулированию, разбивая лживые мифы российской пропаганды. Наш базовый пакет предложений предельно конкретен: прекращение огня, фиксация ситуации по фактической линии соприкосновения и даже прямая встреча на высшем уровне, если в этом возникнет реальная необходимость.
Однако эта демонстрация здравого смысла мгновенно натыкается на железобетонную стену кремлевского маразма, где до сих пор грезят полным уничтожением украинской государственности. Вся проблема кроется лично в персонаже, который узурпировал власть в России и полностью утратил связь с окружающей действительностью.
Михаил Подоляк не стал подбирать дипломатические формулировки и прямо назвал вещи своими именами, описав ментальное состояние российского правителя как тяжелую патологию. Оккупанты могут сколько угодно жонглировать словами о мире на международных площадках, но на деле они требуют от Украины признания аннексии и отказа от суверенитета.
«Путин не является в прямом смысле слова адекватным человеком, который будет слышать, готов идти навстречу, на компромиссы и так далее. Он зафиксирован на идее, и соответственно вокруг нее уже вырос целый мир. И достать его оттуда практически невозможно без медикаментозной терапии», — подчеркнул советник ОП.
Эта маниакальная зацикленность делает любые попытки стандартных переговоров бессмысленными, пока агрессор чувствует безнаказанность.
Для Украины базовая позиция остается нерушимой, и никакие торги территориями или легализация захваченных регионов не подлежат рассмотрению. Заморозка фронта и остановка огня могут стать лишь промежуточным этапом для прекращения убийств мирных граждан, но никак не признанием путинских ультиматумов.
Киев готов говорить исключительно с позиции силы и международного права, понимая, что принудить Кремль к реальному компромиссу может только жесткое экономическое давление и успехи Сил обороны на поле боя.