«Работала за 1200 долларов и считала это косметикой»: что говорили в суде фигуранты схемы по подделке Biopatid
«Биопатид» производился в Глевасе под Киевом, фасовщики цеха зарабатывали около 1200 долларов в месяц, а организаторы схемы по изготовлению чудодейственного «средства для похудения» получали до 90 миллионов гривен ежемесячно.
Расследование по факту изготовления и сбыта препарата вскрыло целую преступную пирамиду от курьеров до предполагаемых руководителей. Но фигуранты дела в суде избрали противоположные линии защиты: заявляли о работе «обычной фасовщицей косметики», а организатор утверждал, что он отвечал лишь «за фото и маркетинг».
Судебное заседание по делу Biopatid
Суд в Днепре назначил миллионные залоги фигурантам дела Biopatid
Центральный районный суд города Днепра удовлетворил ходатайство прокуроров Днепропетровской областной прокуратуры и поместил под стражу ключевых фигурантов дела об изготовлении и массовой продаже фальсифицированных лекарств для похудения. Общая сумма альтернативных залогов, определенных следственным судьей, превысила 146 миллионов гривен.
Наибольшие суммы залога суд определил для двух главных подозреваемых по делу, вероятно, Анатолия Черкасского и Марии Трифоновой. В отношении Анатолия Черкасского, которого следствие считает непосредственным организатором и руководителем всей преступной группы, прокуроры просили назначить залог в размере 90 млн грн. Следственный судья поместил его под стражу до 10 ноября 2026 года с альтернативой внесения залога в размере 75 миллионов гривен. Что касается Марии Трифоновой, которая в материалах дела фигурирует как физическое лицо-предприниматель и медицинский директор ООО «МЕДХАУЗ ЛТД» и которой инкриминируют организацию сбыта в составе группы, суд определил залог в размере 68 миллионов гривен при запросе обвинения в 80 млн грн.
Обосновывая суммы залога, которые в десятки раз превышают стандартный верхний предел, предусмотренный Уголовно-процессуальным кодексом Украины для тяжких преступлений, прокуроры и суд опирались на масштаб теневых доходов и реальное состояние подозреваемых. По оценкам следствия, систематическая деятельность группы по реализации инъекционных препаратов под видом косметики приносила ее участникам до $2 млн, или почти 90 млн грн, ежемесячно. Кроме того, в ходе обысков у фигурантов были изъяты значительные суммы наличных, дорогие наручные часы, элитные автомобили и документы на обширный недвижимый имущественный комплекс. Чтобы закрепить такие решения, следственный судья отдельно сослался на правовой прецедент — решение Конституционного Суда Украины от 21 июля 2026 года № 9-р(ІІ)/2026. Согласно ему, назначение залога выше максимального предела является абсолютно правомерным, если суд анализирует реальный объем активов, возможных доходов и расходов подозреваемого, поскольку обычный размер залога по УПК не окажет никакого сдерживающего эффекта на лиц с подобным состоянием.
«Просто фотограф», «не мои машины» и «просто фасовщица»: как оправдывались подозреваемые
В ходе судебного заседания фигуранты дела пытались максимально преуменьшить своё участие в нелегальном бизнесе и переложить ответственность. Анатолий Черкасский, которого обвинение считает организатором и руководителем преступной группировки, убеждал следственного судью, что вообще не имел отношения к продаже препаратов, а лишь «занимался маркетингом и фотографией».
Мария Трифонова
Он также убеждал суд, что часть элитных автомобилей из перечня прокуроров ему уже не принадлежит, а назначенный залог является непосильным. Мария Трифонова утверждала, что в её собственности нет ни одного автомобиля, а часть фотографий, приложенных к ходатайству прокурора, не имеет к ней никакого отношения. Кроме того, подозреваемая заявляла, что посещает различные семинары по медицинской тематике, её часто приглашают на выступления, посвящённые новейшим препаратам и средствам.
Третья фигурантка дела, задержанная курьерша и фасовщица, утверждала, что была лишь наемной работницей с фиксированной зарплатой около 1 200 долларов в месяц и искренне считала Biopatid обычной косметической продукцией, умысла фальсифицировать лекарства у неё не было, её задачи сводились лишь к фасовке и отправке посылок клиентам.
И, наконец, адвокаты всех подозреваемых выдвинули общий юридический аргумент: поскольку действующее вещество тирзепатид официально не зарегистрировано в Украине в качестве лекарственного средства, это якобы делает невозможным привлечение к ответственности по статье об обороте фальсифицированных лекарств.
Подпольный цех в Глевасе и международные нормы
Именно в ходе судебных заседаний выяснилось, что центр производства располагался в Глевасе, на улице Предпринимательской. Именно там функционировал цех, где незарегистрированный инъекционный препарат фасовали во флаконы, маркировали вымышленными наименованиями, наносили серии, сроки годности, а также QR-коды и DataMatrix-коды для придания продукции «официального» вида. Оттуда поддельный Biopatid рассылался по всей стране через обычные службы курьерской и почтовой доставки под видом косметических средств. В ходе масштабных обысков правоохранители изъяли не только оборудование и готовую продукцию, но и документы о «качестве», которые не соответствовали никаким нормам законодательства в сфере оборота лекарственных средств.
Препарат Biopatid (фото из сети)
Следственный судья полностью отклонил основную линию защиты о том, что отсутствие государственной регистрации тирзепатида в Украине якобы освобождает фигурантов от ответственности за фальсификацию лекарств. В своих постановлениях суд опирался на разъяснение Гослекслужбы от 16 января 2026 года, которое официально запретило реализацию и применение незарегистрированного Biopatid как фальсификата.
Кроме того, суд применил нормы Конвенции Совета Европы Medicrime, согласно которой любое вещество или его сочетание, предназначенное для лечения или изменения физиологических функций человека, считается лекарственным средством, а его умышленное изготовление с введением потребителя в заблуждение относительно происхождения является уголовным преступлением. Таким образом, попытки адвокатов выдать подпольное производство инъекций за «обычный косметический бизнес» потерпели неудачу перед судьями.
