Раскаленный город: как застройщики могут помочь городу охладиться в жару — Игорь Никонов

Правда, есть разница — в несколько градусов. Вспомните: идешь мимо плотной застройки с голым асфальтом, и воздух в буквальном смысле давит на тебя. Заходишь во двор, где есть деревья и вода, — и дышать становится легче уже через несколько шагов.

Долгое время это считалось мелочью, вопросом эстетики, «озеленением для галочки». Сегодня же речь идет о том, насколько вообще можно будет жить в городах через десять-пятнадцать лет.

Город сам загоняет себя в температурную ловушку

В климатологии это явление называют «городским островом тепла». Плотная застройка, асфальт и бетон днем накапливают солнечную энергию, а ночью медленно отдают ее, не давая городу остыть. На спутниковых снимках столицы самые горячие точки — это районы Оболонь, Осокорки, Троещина, центр и новые жилые массивы. Там уровень озеленения едва достигает 10−35 процентов. Прохладнее всего в Голосеевском районе, на Отрадном и Нивках, где зеленые насаждения занимают 35−70% территории.

И эта тенденция, судя по всему, сама по себе не изменится. Киев продолжает уплотняться, а жарких дней, по прогнозам климатологов, с годами будет становиться больше. Так кто же в конечном счете должен сделать так, чтобы в июле или августе здесь можно было находиться на улице?

Чему можно поучиться у других мегаполисов?

Меня всегда интересовало, как другие мегаполисы разряжают эту ситуацию. И знаете, они делают это, используя совершенно разные бюджеты и технологии.

После рекордной жары 2019 года, когда температура достигала 42,6°C, а во Франции погибло около 1500 человек, Париж создал сеть из более чем 1400 «островков прохлады». Это парки, бассейны, музеи и даже церкви, соединенные маршрутами так, чтобы каждый мог добраться до безопасного места максимум за семь минут. Параллельно город высаживает 170 тысяч новых деревьев и массово снимает асфальт и бетон со школьных дворов и площадей. Цель состоит в том, чтобы к 2050 году 40% территории Парижа занимала открытая, живая земля, которая дышит и естественным образом впитывает дождевую воду.

Финикс в Аризоне — это совсем другая история. Это город в пустыне. Ни деревьев, ни воды. Летом асфальт нагревается до 80 °C. И с 2020 года городская администрация начала «красить» улицы светоотражающим покрытием «cool pavement». По данным городских властей и Университета штата Аризона, это позволило снизить температуру дорожного покрытия на 6−7 °C в дневное время.

В Сингапуре проблема совершенно иная. Свободной земли для новых парков там физически нет, поэтому ставку сделали на вертикальное озеленение и озеленение крыш — более 300 гектаров растений на фасадах и крышах. И что же? Кондиционеры стали работать на 10−31% меньше.

Но больше всего в свое время меня поразил Сеул — не масштабом, а решительностью. В центре мегаполиса демонтировали шестиполосную эстакаду и восстановили под ней историческую реку Чхонгечхон, которую когда-то ради нужд города закатали в бетон. Каков результат? Летом воздух вдоль набережной на 3,3−5,9°C прохладнее, чем на параллельной улице в нескольких кварталах отсюда, а недвижимость поблизости подорожала на 30−50%, поскольку люди действительно хотят там жить.

Что из этого подходит Киеву уже сейчас?

В прошлом году столичная организация «Киевзеленстрой» высадила более 7 тысяч деревьев и обустроила первые дождевые сады — это важный шаг, пусть пока и локальный в масштабах города. Однако микроклимат конкретного двора в значительной степени зависит не от муниципальных программ, а от того, как был спроектирован сам квартал еще на этапе генерального плана.

За годы работы я на собственном опыте убедился: дерево, посаженное саженцем, начнет давать ощутимую тень лишь через десять-пятнадцать лет. Но людям комфорт нужен сейчас, а не «потом». Поэтому мы с командой сознательно выбираем гораздо более дорогое решение — сразу высаживаем сформированные деревья с развитой кроной. То же самое касается воды. Она — не просто элемент эстетики, а прежде всего инженерный инструмент, работающий за счет испарения и ощутимо снижающий температуру на несколько градусов (будь то классический фонтан, система «водный туман» или небольшой биопруд). И, конечно, двор без автомобилей на поверхности. Устранить источник перегрева — раскаленный асфальт — эффективнее, чем бороться с его последствиями.

Ни одно из этих решений по отдельности не спасет от жары. Но опыт городов, которые уже сталкиваются с этой проблемой — от Парижа до Сингапура, — показывает: результат зависит не от какого-то одного технологического прорыва, а от того, насколько рано и системно начинают об этом думать.

Если говорить совершенно конкретно, то я бы посоветовал коллегам по отрасли начать с двух простых шагов.

Первый: предусмотреть в проекте бассейн или водоем — даже декоративный, — ведь вода физически охлаждает окружающий воздух, а не просто служит элементом картинки.

Второй: высаживать не молодые саженцы, а уже взрослые, высокие деревья с развитой кроной — тень от них дает эффект сразу. Это недешево и требует иной логистики на стройплощадке, но именно эти два элемента быстрее всего окупаются за счет того, насколько комфортнее людям становится находиться на улице.

Я убежден, что для украинской градостроительной практики это вопрос времени — не «будет ли», а «когда именно» борьба с жарой станет такой же обязательной частью проектирования, как расчет фундамента или инсоляции. И чем раньше отрасль признает это нормой, а не исключением, тем меньше киевлян будут каждое лето считать дни до сентября.