Разведка США и Франции помогает Украине прокладывать маршруты дронов вглубь России — FT

Об этом пишет Financial Times со ссылкой на украинских военных планировщиков, операторов дронов и специалистов в сфере энергетики.

По словам собеседников издания, цель Киева больше не сводится просто к тому, чтобы поджечь НПЗ или уничтожить резервуары для хранения, — важнее вывести предприятия из строя на как можно более длительный срок, делая каждый удар более дорогостоящим для Москвы. Один из членов подразделения, наносящего удары на большие расстояния, назвал эту стратегию тщательно «спланированной и скоординированной».

По словам украинских официальных лиц, разведывательные данные, предоставленные США и Францией, помогли составить карту развертывания российской противовоздушной обороны и определить маршруты, позволяющие дронам обходить ее и достигать целей в глубине территории России.

Командующий Силами беспилотных систем Украины Роберт Бровди отметил, что кампания также зависит от «систематического уничтожения» российских систем ПВО, радаров и средств радиоэлектронной борьбы, открывающих коридоры для дронов вглубь России. После этого, по его словам, выбор целей становится «вопросом чистой математики» — учитываются объемы производства, внутреннее потребление, экспортные потоки и пункты отгрузки.

Он добавил, что теперь в зоне досягаемости оказались европейская часть России, а также оккупированные территории Украины: «80 миллионов человек — примерно две трети населения России — живут в европейской части страны, в зоне поражения, которая больше не считается и не будет считаться безопасным тылом России».

По словам Загороднюка, разведка США и Франции также улучшила процесс выбора целей, помогая украинским подразделениям, использующим дальнобойные дроны, «понять, куда наносить удары». Он отметил, что украинские специалисты по планированию создали детальную карту российской энергосети, что позволяет выявлять критически важные узлы — разрушение которых может вывести из строя значительную часть системы, — и наносить удары по оборудованию, которое труднее всего заменить.

Как выбирают цели

По словам двух операторов дронов из подразделений, использующих технику дальнего радиуса действия, выбор целей определяется детальным техническим анализом, проводимым должностными лицами с учетом логистики, маршрутов полета и более широких оперативных приоритетов. Перед выполнением задач подразделения операторов дронов получают инструктаж от инженеров-энергетиков и отраслевых экспертов относительно того, какие компоненты незаменимы для работы НПЗ, а восстановление каких займет больше всего времени.

«Нам говорят: бей вот по этим трубам или по этой дымовой трубе, попадай вот в это место, или в узел соединения оборудования, или в этот ящик и так далее», — рассказал один из операторов дронов, добавив, что часть операций по-прежнему предполагает атаки на крупные нефтехранилища с использованием боеприпасов с осколочными элементами.

Россия и Украина унаследовали схожие энергосистемы советской разработки, поэтому украинские инженеры хорошо разбираются во многих промышленных процессах, расположении оборудования и операционных уязвимостях российских объектов. «К сожалению, мы учимся у россиян, — сказал бывший министр обороны, глава Центра оборонных стратегий Андрей Загороднюк. — Они делают с нами точно то же самое», — добавил он, имея в виду ракетные удары и атаки беспилотников, которые Россия наносит по украинской энергетической, военной и гражданской инфраструктуре.

Миссии планируются с учетом нескольких целей и запасных вариантов: если операторы не могут поразить основную цель из-за противовоздушной обороны или проблем с навигацией, им отдается приказ перенаправиться на заранее определенные второстепенные или третьестепенные цели, а не отказываться от удара.

Цель кампании

По словам Бровди, атаки на НПЗ являются частью более широкой кампании по разрушению сетей, поддерживающих военные усилия России, — от экспорта нефти, финансирующего армию, до логистических маршрутов снабжения войск на фронте. «Цель ясна: 1) уничтожить источники финансирования путинской войны [нефтяную торговлю] и 2) уничтожить военно-промышленный комплекс, поставляющий оружие оккупационной армии», — сказал он.

Эта стратегия отражает то, что военные планировщики называют «системной войной», — когда энергетическая инфраструктура России рассматривается как взаимосвязанная сеть, а не как набор отдельных целей. «Мы воспринимаем Россию как систему, — сказал Загороднюк. — Понимание этой системы позволяет определить критические элементы, воздействие на которые даст гораздо более ощутимый эффект».

Анализируя взаимосвязи между нефтеперерабатывающими заводами, подстанциями и системами передачи энергии, украинские специалисты по планированию операций выявляют узлы, где относительно небольшой заряд может вызвать сбой, масштаб которого значительно превышает последствия самого взрыва. Согласно данным операторов беспилотников и результатам анализа спутниковых снимков, проведенного Financial Times, украинские подразделения также начали наносить повторные удары по одному и тому же критически важному оборудованию еще до завершения ремонтных работ, не позволяя объектам возобновить функционирование.

Рост темпов атак усилил давление на российские системы. «Мы наносим удары по критически важным узлам снова и снова — до их восстановления или вскоре после него, — сказал Загороднюк. — Раньше это было большой проблемой: мы что-то поражали, а затем это восстанавливали».

Бровди заявил, что его подразделения беспилотников не планируют снижать темп: «Эскалация ударов — вплоть до полного уничтожения топливно-энергетического сектора и военно-промышленного комплекса врага — неизбежна».