Словно прорвало Бортницкую станцию аэрации. Татьяна Трощинская — о дискуссии после интервью Ольги Поляковой
Лично у меня давно не было столько личных оскорблений от невесть кого, как после постов об этом. Словно прорвало Бортницкую станцию аэрации. Даже чистила комментарии
Очевидно, что этих людей даже не интересует, кому они пишут, что они несут и так далее. Это просто какой-то новый медиаэффект — не знаю, описан ли он в теоретической литературе. Я бы назвала его так: плюнуть на чужую дверь, просто проходя мимо. Особенно любопытно, что именно в момент плевка люди преисполняются, так сказать, собственного достоинства.
Очень популярным был комментарий: «Кто дал вам право определять, что правильно говорить, а что нет?» Но для этого не нужно право. Для этого нужно понимать, что ты мелешь.
У этой черты даже есть название — метакогниция (понимание собственных знаний и ограничений в этих знаниях), плюс к этому хоть немного отстреливать в каком контексте ты живешь. А вот бороться за право нести всякую чушь — большого ума не надо.
В стране, переживающей геноцидную войну, это право нужно заслужить
Люди там переживали — как же всех их убеждать? Да убеждать можно того, кто готов тебя слышать. А когда налицо полное историческое и эмоциональное невежество — о чем тут вообще говорить?
Но уж если речь зашла о праве, то права открывать рот насчет «концлагеря» ни Оле, ни ее интервьюеру никто не давал. В стране, переживающей геноцидную войну, это право нужно заслужить.
Конечно, доконвенциональная мораль твердит, что каждый вправе поступать по-своему, и здесь, вероятно, следовало бы провести широкую дискуссию об общественном договоре, но не сегодня.
Второе из моих любимых — «она сказала правду!», «Оля — не причина, а симптом!», «мы все травмированы, поэтому иногда говорим что-то необдуманно!», «у нее накипело».
Но всё это — полная чушь и манипуляция, люди. Что именно у неё накипело? Нет никакой травмы в том, что кому-то не дали где-то выступить в серебристых трусах. Вопрос — не в травме, а в существенном изменении статуса.
Вот ты годами льешь помои в уши, делаешь карьеру на шлёпках, ушлёпках и кокошниках, и тут твое время уходит. И вдруг находятся те, кто тычет тебе кокошником в глаз. Вот и вся твоя травма.
Что меня на самом деле беспокоит, так это то, что помимо ботов в этом потоке подсознания — много реальных людей. И многие здесь писали, что это ведь избиратели.
Так оно и есть, и, в конечном счете, именно так работает демократия. Выбор тех, кто сохраняет здравый смысл, дарит нам будущее. Выбор тех, кто деградирует, этому препятствует.
К сожалению, мы извлекаем из этого мало уроков, но это уже другой вопрос. Впрочем, не думаю, что людей со взглядами Оли Поляковой так уж много (хотя, конечно, это вопрос к социологам, а не ко мне).
Но главная проблема, исходящая от них, заключается в том, что они громко заявляют о себе и вновь уверены, что «имеют на это право» (и что их можно использовать — ведь это словно взбаламутить болото), и что благодаря этому шуму они влияют на людей, у которых нет устойчивых внутренних ориентиров и понимания контекста.
Хотя, как по мне, главное — не считать, что Украина чем-то обязана Оле Поляковой и её последователям, что нужно как-то беспокоиться о её психологическом состоянии, о хейте в её адрес и идти навстречу её ожиданиям. Лично я точно не планирую этого делать.
Меня больше волнует, что там с Потапом. Как там Славик Балаган? Что у него с правами, правдой и демократией?
Текст опубликован с разрешения автора