Курс Эр-Рияда на импортозамещение создал благоприятные условия для металлургии

Саудовская стальная промышленность в последние годы демонстрировала впечатляющий подъем. Успех базируется на двух основных факторах. Колоссальные возможности госбюджета генерируют спрос на готовую сталь. Местные заводы работают без оглядки на потрясения внешних рынков. К этому добавляется жесткая защита от конкуренции с импортом.

Отраслевое резюме

Все саудовские метзаводы используют модель NG-DRI-EAF. Примерно 70% выпускаемой продукции — сортовой прокат, что отражает потребности экономики. В данном сегменте 85–90% стальных продаж обеспечивают местные производители. Госпрограмма Vision 2030 предусматривает достижение показателя 99% для базового строительного проката к 2030-му.

Выпуск плоской продукции ограничен возможностями двух прокатных станов на меткомбинате Hadeed. Прирост в 2025 году получен за счет оптимизации их работы и ввода дополнительных отделочных линий.

Флагман отрасли — государственный меткомбинат Hadeed в Аль-Джубайле мощностью 6–7 млн т готового проката в год. Это крупнейший производитель в GCC. Номинальная мощность по длинному прокату — 4 млн т, по плоскому — 2–3 млн т. Выпускает арматуру, катанку, профиль, HRC, CRC, HDG. Среди других значимых игроков:

• Al-Rajhi Steel, в 2024 году куплена госфондом PIF через Hadeed и включена в его орбиту, сохранив собственную организационную структуру. Располагает прокатным заводом в Эр-Рияде и сталеплавильным комплексом в Джидде. Прокатная мощность обоих предприятий по 1 млн т. Выпускает арматуру, катанку и строительный профиль.
• Al-Ittefaq Steel Products Co., крупнейший частный производитель. Метзавод в Даммаме имеет номинальную мощность 1 млн т по стали и 2 млн т по прокату, в Мекке — 0,45 млн т по стали и 0,6 млн т по прокату. Специализируется на арматуре.
• Saudi SULB, саудовский филиал компании, подконтрольной Foulath Holding. Завод с прокатной мощностью 0,4–0,45 млн т расположен в Джубайле. Специализируется на легком и среднем профильном прокате. Работает на заготовке, которую доставляют морем из Бахрейна, где у SULB электрометзавод.

Инвестиционная активность Hadeed

Инвестиционная стратегия саудовских игроков в 2021–2025 годах кардинально отличалась.

Главным проектом Hadeed была модернизация EAF и МНЛЗ под возможность производства премиальной высокоуглеродистой стали. Специалисты Danieli Service установили новую автоматику печи, системы прецизионного вдувания угольной пыли и перенастроили системы охлаждения и вытягивания заготовок на МНЛЗ.

В обычном режиме EAF в Аль-Джубайле плавит массовую сталь под производство арматуры. При получении крупного премиум-заказа печь и МНЛЗ теперь можно переключить в специальный технологический режим, необходимый для работы с высокоуглеродистой сталью. После выполнения заказа агрегаты возвращаются в прежний стандартный режим.

Из высокоуглеродистой стали делают высокопрочную проволоку, канаты, метизы, автомобильные пружины и рессоры. Ранее Саудовская Аравия почти полностью импортировала эту номенклатуру.  Теперь потребности закрываются собственным производством.

Тем самым Hadeed достиг сразу двух стратегических целей — импортозамещение и повышение общей маржинальности производства за счет смещения акцента с масс-маркета на премиум.

Эти же задачи призван решить новый крупный проект, начатый с испанским инжиниринговым концерном IDOM. Испанцы занимались разработкой концепции интеграции новых технологических линий в существующие станы горячей и холодной прокатки.

Цель — наладить выпуск ультратонкого HRC 0,8–1 мм для автопрома. Из него делают силовые лонжероны, усилители дверей и элементы каркаса сидений. Себестоимость этого листа будет в разы ниже, чем на СХП. Сейчас на комбинате в Джубайле горячим способом можно катать лист 1,2-2 мм.

Производительность существующего СГП за счет модернизации увеличится на 1 млн т в год. Для этого предусматривается замена нагревательных печей на более мощные, добавление новых прокатных клетей в существующую линию, замена моталок на более скоростные.

Данные решения напрямую связаны с целью Vision 2030 выйти на автопроизводство 300 тыс. ед. в год к 2030 году. Весь этот объем саудиты хотят обеспечить собственной сталью.

Параллельно с развитием Hadeed, PIF реализует масштабный проект в Рас-эль-Хайре с общим бюджетом около $4 млрд. Совместно с китайской Baosteel и Saudi Aramco здесь строится «с нуля» новый NG-DRI-EAF комплекс. Его мощность по выплавке составит 1,7 млн т, по прокатке — 1,5 млн т.

Предприятие нацелено на выпуск толстолистового проката (HP). Он необходим прежде всего для трубных программ Saudi Aramco. Еще один важный потенциальный покупатель — соседняя судоверфь IMI, крупнейшее судостроительное предприятие в регионе MENA. Здесь строятся нефтяные танкеры и морские буровые платформы для Bahri (национальная судоходная компания Саудовской Аравии) и Saudi Aramco.

Aramco и Bahri подписали с верфью offtake agreements общей стоимостью $10 млрд. По ним IMI обязана построить 20 буровых вышек и 52 судна за 10 лет. Это гарантирует загрузку будущих сталеплавильных и прокатных мощностей Baosteel Saudi Arabia на долгосрочную перспективу.

Сейчас на площадке в Рас-эль-Хайре приступают к монтажу каркасов цехов. Предполагается, что после завершения строительства Саудовская Аравия полностью откажется от импорта HP. Примерно 80% продукции предназначено для внутренних потребностей. Остальное планируется экспортировать в страны MENA.

Инвестиционная активность Al-Rajhi Steel

Заводы Al-Rajhi Steel до 2024 года генерировали операционную прибыль. Но у компании не было бюджета на масштабный апгрейд. После объединения с Hadeed и получения доступа к финансированию PIF менеджмент сосредоточился на расшивке узких мест.

На заводе в Джидде обновили контур энергоснабжения печи Danieli и газоочистку, установили систему автоматического контроля параметров электрической дуги. Это позволило снизить себестоимость выплавки.

Ранее местная EAF работала исключительно на ломе. Из-за проблем с его качеством Al-Rajhi Steel не могла плавить премиальную сталь. После 2024-го агрегат перенастроили на смешанную шихту scrap+DRI. Добавление DRI-сырья с комбината Hadeed значительно улучшило качество заготовки. За счет дальнейшей модернизации годовая производительность существующей печи должна вырасти с 0,85 до 1 млн т.

На обоих предприятиях Al-Rajhi Steel началась перестройка линий финишной обработки под выпуск премиальных метизов. Спрос на них растет по мере локализации в Саудовской Аравии автокластера и смежных производств.

Установлены роботизированные комплексы Cut&Bend. Теперь компания отгружает строителям не связки арматуры, а готовые каркасы и сетки, изготовленные по их чертежам. В том числе премиальную FBE-продукцию.

У Al-Rajhi Steel есть линия покрытия для FBE-арматуры. До того как компанию купил PIF, это оборудование в основном простаивало. Контракты на поставку для госпроектов получал Hadeed. После поглощения для Al-Rajhi Steel открылись новые возможности, сейчас эта линия работает с полной загрузкой.

При изготовлении каркасов из FBE-арматуры непосредственно на стройплощадке защитное покрытие часто повреждается на сгибах. Установка автоматизированных комплексов Cut&Bend на заводах Al-Rajhi Steel позволила решить эту проблему.

Гибка арматуры происходит в заводских условиях с применением современных пластичных составов, а микроповреждения на сгибах устраняются специальными защитными материалами еще до отгрузки. Строители получают готовые каркасы и сетки с гарантированной герметичностью антикоррозийного слоя.

Инвестиционные преобразования на заводах Al-Rajhi Steel показывают, как локальный семейный бизнес превратился в эффективную деталь государственного строительно-металлургического конгломерата.

Инвестиционная активность ISPC и Saudi SULB

ISPC в 2021–2025 годах из-за финансовых проблем фокусировалась на поддержании стабильной операционной деятельности. К середине 2025 года компания вошла в новый раунд переговоров с кредиторами для оптимизации долгового портфеля. Его объем оценивается в $1,65 млрд.

Несмотря на это, компания продолжила модернизацию мощностей. В 2024–2025 годах одной из важнейших инициатив стал перевод нагревательных печей на прокатном стане R2 с сырой нефти на LNG. Подобный апгрейд, включающий замену горелок, систем подачи топлива и улавливания газов, обычно обходится в $15–25 млн. Он позволил существенно снизить углеродный след в готовой стальной продукции.

В декабре 2025 года ISPC подписала соглашение с компанией atomcamp Arabia. Предусматривается внедрение решений на базе AI в рамках госпрограммы SIRI/Lighthouses. AI-системы будут использоваться для оптимизации процессов плавки в EAF и автоматического контроля дефектов готового проката. Стоимость проекта $1,5–3 млн.

Параллельно ISPC инвестировала в наращивание производства высокомаржинальной продукции. Линии финишной обработки в Даммаме и Мекке модернизируются под выпуск катанки из сложных пружинных сталей для метизов. Расширяются линии по производству высокопрочных стальных канатов (PC Strands), необходимых для строительных мегапроектов Саудовской Аравии.

Закупка и монтаж высокоскоростных прядевьющих машин, индукционных печей для стабилизационного отпуска, систем намотки и автоматизированного контроля натяжения оцениваются в $30–50 млн.

Модернизация завода Saudi SULB в Джубайле, проходившая в 2023–2025 годах, была нацелена на повышение точности геометрии и качества поверхности выпускаемой продукции. На предприятии обновили системы калибровки и финишной отделки проката.

Это позволило улучшить качество строительных уголков, швеллеров, легких и средних балок, которые ранее частично импортировались. Благодаря этому завод смог стать одним из ключевых поставщиков конструкционного профиля для таких масштабных проектов, как расширение линий Riyadh Metro и возведение инфраструктурных объектов в NEOM. Оценочная сумма такой точечной модернизации $10–20 млн.

Роль государства

Господдержка стальной отрасли в Саудовской Аравии носит системный характер. Прежде всего это классическая тарифная защита внутреннего рынка от дешевого импорта. Используются следующие инструменты:

• Стандартная бессрочная пошлина на ввоз базового проката 5-15% в зависимости от конкретного таможенного кода.
• Антидемпинговые пошлины на HDG и PPGI — 26–53% для китайских производителей и 15–22% для южнокорейских. Введены Секретариатом GCC в 2020 году, действуют во всех странах Залива.
• Антидемпинговые пошлины на стальные трубы 6,5–24,6% для Китая и 23,7-27,3% для Тайваня. Вступили в силу в июне 2025-го сроком на 5 лет. Введены саудовским регулятором

Помимо ввозной пошлины, при импорте стали на территорию Королевства начисляется стандартный НДС в размере 15%.

Нетарифная защита внутреннего рынка используется, как и в странах Северной Африки.  Государственное ведомство SASO устанавливает национальные стандарты на строительные материалы, включая стальные изделия. И проводит сертификацию производителей.

Строительная компания физически не сможет сдать бетонный фундамент технадзору, если на руках у нее нет сертификата на арматуру, выданного SASO. Сертификация импортной стали намеренно затягивается, продукция Hadeed, Al-Rajhi и других местных заводов уже внесена в базу данных инспекторов как «предварительно одобренная». Выбор для поставщика очевиден.

Государство обеспечивает металлургам колоссальный гарантированный портфель заказов. Заводы защищены от резких колебаний частного спроса. Государственные девелоперы и подрядчики обязаны использовать местную сталь. Это достигается следующим образом:

• Система IKTVA (In-Kingdom Total Value Add). Каждому поставщику и генподрядчику присваивается рейтинг IKTVA на основе того, сколько денег он оставляет внутри королевства. При оценке учитываются закупка местных материалов, зарплаты саудовцам, локальные сервисы.

Подрядчики с высоким рейтингом IKTVA получают ценовые преференции до 10–15% при рассмотрении заявок на тендерах. Саудовским компаниям экономически невыгодно покупать импортную сталь — тогда они проиграют тендер по баллам.

• Любая компания, которая выигрывает подряд на строительство объекта для государства, обязана выполнять квоты по локализации. Это контролирует специальный уполномоченный орган, Управление по местному контенту и госзакупкам (LCGPA).

Дополнительный барьер здесь — госфинконтроль. PIF не перечислит генподрядчику деньги за выполненные по контракту работы, если тот в отчетах о закупках не укажет долю использования продукции национальных компаний, включая Hadeed.

При выявлении нарушений LCGPA налагает на компанию штраф. Он рассчитывается как процент от дефицита локального контента. Например, если подрядчик должен был купить у саудовских заводов стали на $10 млн, а купил только на $6 млн (остальное добрав дешевым импортом), штраф будет начислен на эти недобранные $4 млн. Сумма вычитается из финального платежа государства.

Если штраф превышает финальный платеж, Минфин выставляет официальное требование о взыскании. Пока этот остаток не будет погашен, компания попадает в стоп-лист и не может претендовать на новые госконтракты в королевстве.

Государство делает всё, чтобы зарубежной стали было невыгодно конкурировать с местной на национальных мегапроектах, генерирующих основной объем продаж.