Украинский ответ на хюгге и лагом. Что такое софийность и почему это наша философия жизни, — Георгий Коваленко
Как София Киевская заговорила с нами во время большой войны
Большинство народов, проносящих свою идентичность сквозь века — не исчезающих под давлением империй и не растворяющихся в глобальном мире, а, напротив, наполняющих его многообразием смыслов и архетипов, — создали собственный язык для описания человека и мира, а также собственную философию жизни, располагая для её выражения известными всему миру словами, которые невозможно перевести, но можно постичь и попытаться воплотить в жизнь.
Греки подарили нам философию — и как понятие, и как образ жизни. Мы и по сей день называем друг друга стоиками, циниками или гедонистами. Но за каждым из этих слов стоят осмысленное мировоззрение и соответствующие жизненные практики, позволяющие достичь совершенства, счастья, душевного покоя или свободы.
Восточные религии предлагают нам путь Дао или медитацию Дзэн.
В последние годы мы много слышим о шведском лагоме, датском хюгге и, в целом, о нордическом бильдунге.
И именно здесь возникает вопрос: есть ли у нас, украинцев, собственная философия жизни — уникальная и в то же время понятная миру? И каким словом её можно было бы обозначить?
Казак Мамай и Григорий Сковорода
Когда слышишь словосочетание «украинская философия жизни», то сразу перед глазами возникают два образа — казака Мамая и странствующего философа Григория Саввича Сковороды.
Когда-то изображение казака Мамая было едва ли не в каждом украинском доме — рядом со святыми иконами и портретом Тараса Шевченко — как мифологизированное напоминание о славных временах Гетманщины. Да и сегодня практически каждый украинец представляет себе, как выглядит Мамай, и может описать основы его философии, напоминающей причудливую смесь дзен-буддизма, стоицизма и эпикурейства, — философии воина-защитника и поэта-мудреца в одном лице, который наслаждается моментом, но готов ко встрече с неизвестным.
Древняя София Киевская заговорила в современном контексте.
Но сегодня Мамая можно увидеть. Например, однажды мы ехали с друзьями по Черниговщине и у обочины, в тени большого дерева, рядом с огромным пикапом мобильной огневой группы, увидели современного казака Мамая, который задумчиво сидел на земле, окутанный дымом электронной трубки.
Столь же уверен, что на вопрос «Кто является важнейшим украинским философом?» мы услышим ответ: конечно, Григорий Саввич Сковорода, которого «мир ловил, но не поймал». А философия Сковороды — это о том, чтобы «познать себя», о «сродном труде» и истинном счастье, которое «не зависит ни от небес, ни от земли», но доступно человеку: «Хвала блаженному Богу, что нужное сделал нетрудным, а трудное — ненужным!» Специалисты также упомянут его кордоцентризм, или философию сердца.
Но есть еще один источник нашей общей стойкости и жизненной мудрости украинского народа:
София Киевская и софийность
Я уже много лет исследую Софию Киевскую и софийность как явление богословия, философии и украинского духа. Однако особый диалог с этой тысячелетней святыней начался в первые дни полномасштабного вторжения и остается актуальным по сей день.
Древняя София Киевская заговорила в современном контексте…
На пятый день войны, 1 марта 2022 года, получив все необходимые разрешения и проехав через все блокпосты, мы пришли в Софию Киевскую, чтобы помолиться перед Орантой и записать это на видео на украинском и английском языках для трансляции в Украине и мире.
Тогда меня больше всего поразила надпись на фронтоне Софии Киевской: «Божья Сила и Божья Премудрость — София».
Я видел эту надпись тысячи раз и обычно использовал её, чтобы задать простой, но и по сей день неочевидный даже для воцерковленных людей вопрос: «Кто та София, в честь которой в Киеве более тысячи лет назад был возведен величественный собор?» В результате у меня собралась целая коллекция неверных или отчасти верных ответов на этот, казалось бы, простой вопрос.
Но в начале большой войны я воспринял эту надпись как лозунг нашей победы и видение будущей Украины, за свободу и независимость которой мы боремся.
А еще вспомнился термин «софийность» (не путать с умозрительной «софиологией», парящей в божественных высотах).
Тему софийности в современном украинском философском и культурологическом дискурсе актуализировал Сергей Крымский (1930, Бахмут — 2010, Киев), утверждавший, что София Киевская является «концепцией софийности мира». Вслед за ним можно сказать, что София Киевская — это воплощенная в архитектуре, мозаиках и иконах модель Мудрости XI и XVII-XVIII веков. А еще Крымский говорил, что «в украинской ментальности мудрость связана не только с головой — существует еще мудрость самих вещей. Эта мудрость вещей и есть софийность».
И здесь, следуя мысли современного богослова и философа о. Андрея Зелинского, можно сказать, что софийность — это умение считывать Мудрость.
Софийность как умение считывать Мудрость
Именно это произошло со мной 1 марта 2022 года и продолжается по сей день. София Киевская начала говорить с нами. Но я бы сказал, что умение считывать смыслы или способность слышать — это лишь половина пазла. Другая составляющая — наличие Того, Кто говорит, или текстов, изображений и мест, через которые Мудрость обращается к нам. Одним из главных таких мест для нас, украинцев, на протяжении тысячелетия является Храм Мудрости — София Киевская.
Так в честь кого — София Киевская?
Повторюсь: подсказкой для нахождения верного ответа служит надпись на фронтоне Софии Киевской — «Сила Божия и Премудрость Божия — София». Это косвенная цитата из Первого послания апостола Павла к Коринфянам: «…когда мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих. Ибо… мы проповедуем Христа распятого… — Христа, Божию силу и Божию премудрость…»
Итак, София-Премудрость, в честь которой возведен собор, — это Иисус Христос, воплощенное Слово Божье.
То есть для христиан в целом и для украинцев в частности мудрость — это не абстрактное, оторванное от реальности понятие, описывающее непостижимые трансцендентные сферы. А значит:
Софийность — это воплощенная Мудрость, или мудрость жизни.
Но война показала, что Мудрость — возвещенная апостолом и начертанная на фронтоне нашего главного собора — способна воплощаться в невероятную стойкость и жертвенность, а также в инновационность и нестандартность решений с первых дней войны и по сей день.
Софийность как сила и мудрость Украины
«Сила Божья и Премудрость Божья», о которых сказано на фронтоне Софии Киевской, — это не только человеческое, материальное и военное понимание силы и мудрости. Это не только количество оружия и стратегические расчеты, хотя и они важны. Ведь с первых дней войны украинцы борются, дают отпор и побеждают вопреки «мудрости мира сего», опираясь прежде всего на духовные силы и веру в то, что больше каждого из нас, но воплощается в каждом из нас, — в то, что можно назвать Духом народа, его Славой, Честью и Достоинством.
Софийность как мастерство будущего
Символично, что надпись, напоминающая нам о силе и мудрости распятого Христа, встречает нас у входа в храм. Войдя же внутрь, мы не увидим доминирующего Распятия — напротив, мы можем легко представить себя в пространстве Воскресения и неземной красоты грядущего Небесного Иерусалима.
Кстати, в отличие от имперской идеи «Москвы — Третьего Рима», Киев видел себя именно «вторым Иерусалимом» — что переводится как «город мира», — который упомянутый нами Григорий Сковорода в своих притчах называл Миргородом.
Неслучайно мы упомянули и о мастерстве, ведь первоначальным значением слова «софия» — еще до того, как древнегреческие философы стали использовать его в своей философии, — были именно «мастерство» и «ремесленная сноровка»; поэтому существовали понятие «софия мастера» и представление о «софийности» созданной им вещи.
Именно поэтому, на мой взгляд, важно говорить о софийности как об украинской философии жизни и важном измерении человека, общества и страны. Ведь мы сражаемся не за Украину прошлого, Украину «до 2022-го» или «до 2014-го»; мы сражаемся за Украину будущего — и должны ее строить, — за софийную Украину: сильную и мудрую.
Продолжение следует…