В Мелитополе живой солдат РФ дорожает, мертвый дешевеет: регионы режут «гробовые»

В России война всё дороже обходится региональным бюджетам, и экономить начали уже на погибших. Пока за подпись под контрактом приходится заманивать миллионами, выплаты семьям убитых в нескольких регионах режут в разы, а кое-где отменили совсем. Для оккупированного Мелитополя, где людей тоже активно вербуют обещаниями больших денег, эта тенденция более чем показательна.

По данным научного сотрудника германского Института проблем международной безопасности Яниса Клюге, за последние месяцы минимум шесть российских регионов резко сократили региональные выплаты семьям погибших, а Оренбургская область с 1 июля отказалась от них полностью.

Цифры красноречивы. В Башкортостане выплата за погибшего на так называемой «СВО» сначала составляла 2 млн рублей, затем ее урезали до 1 млн, потом до 500 тысяч, а теперь — до 100 тысяч. В Кировской и Омской областях миллион превратился в 500 тысяч. В Ульяновской области выплату сократили сразу до 50 тысяч рублей — в 20 раз.

Живому платят всё больше, за погибшего — всё меньше

Причина вполне земная. Российские регионы закончили прошлый год с рекордным совокупным дефицитом бюджетов в 1,5 трлн рублей. При этом выполнять спущенные сверху планы по набору людей на войну всё равно необходимо.

По подсчетам Клюге, средняя региональная выплата за заключение контракта в этом году добралась уже до 3,4 млн рублей.

Но даже это помогает всё хуже: во втором квартале приток контрактников снизился примерно на 10% год к году, а в первом — на 20%, до двухлетнего минимума в 70,5 тысячи человек.

Получается нехитрая арифметика: за живого, которого еще нужно уговорить пойти воевать, приходится платить всё больше. За погибшего, который план набора уже выполнил, можно постепенно экономить.

Сам Клюге объясняет эту логику вполне прагматично:

— Региональные выплаты за гибель играют лишь незначительную роль в поддержании процесса набора — ключевой задачи, которую обязаны выполнять региональные власти.

В Мелитополе заманивают миллионами

На оккупированных территориях работает та же система. РИА Пивдень уже писал, как жителей Мелитополя заманивают на войну контрактами с обещаниями стабильной зарплаты от 220 тысяч рублей, единовременных выплат от миллиона, службы в тылу, земли и других «плюшек».

Доходило и до рекламы «17,5 млн рублей за первый год». Только в эту красивую сумму умудрялись включать даже выплаты, которые можно получить лишь после гибели.

Тогда даже российская Z-пропагандистка Анастасия Кашеварова признавала: обещанные миллионы существуют главным образом в первой строчке рекламного объявления, тогда как сами контракты по факту оказываются бессрочными.

За погибшего обещают миллион — но и его еще нужно получить

В оккупированной части Запорожской области семьям погибших сейчас обещают единовременную выплату в 1 млн рублей, за инвалидность после ранения — 750 тысяч, за тяжелое ранение — 500 тысяч.

Но даже наличие суммы на бумаге еще не означает, что деньги удастся получить. Мелитопольцы уже рассказывали о потерянных заявлениях, хождении по кабинетам и отказах при попытках добиться обещанных выплат.

На этом фоне сокращение «гробовых» в российских регионах показывает, насколько условными могут оказаться подобные гарантии. Размер региональных выплат определяется местными властями и при нехватке денег может быть пересмотрен.

Читайте также: Появилась интерактивная база погибших военных РФ — кто из мелитопольских предателей попал в список (скрины)

Цена контракта растет, цена смерти падает

Число тех, за кого эти выплаты вообще могут понадобиться, продолжает расти. В открытой интерактивной базе погибших российских военных есть и жители оккупированных территорий, в том числе связанные с Мелитополем коллаборанты.

Пока человек жив и его еще нужно заманить в окоп, ему обещают миллионы, землю, льготы и «золотые горы». После гибели задача вербовки уже выполнена — и регион начинает считать расходы.

Так что обещанную цену своей жизни потенциальному участнику «СВО» лучше внимательно читать до подписания контракта. Как показывает опыт российских регионов, после смерти тариф действительно могут пересмотреть — причем сразу в десятки раз.