В Мелитополе и на других ВОТ оккупанты ужесточили приговоры за «государственную измену», «диверсии» и «терроризм» — подробности

В России ужесточили наказание за так называемые преступления против государственной власти. Речь идет о статьях, которые российские силовики на ВОТ, в частности в Мелитополе, применяют чаще всего и сажают украинцев за решетку на десятилетия.

Именно под эти статьи оккупанты уже подгоняют дела против мелитопольцев — за якобы донаты, комментарии в соцсетях, переводы на украинские карты, якобы передачу информации о российских военных или участие в вымышленных «диверсионных группах».

Что именно ужесточили

За «террористический акт» максимальный срок лишения свободы увеличили с 15 до 20 лет. Если же российское следствие заявляет о смерти человека в результате акта или использования опасных веществ, возможно пожизненное заключение.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Учительница из Мелитополя победила в областном этапе конкурса «Учитель года – 2026» (фоторепортаж, видео)

За «участие в террористической организации» наказание, которое ранее составляло от 5 до 10 лет, повысили до 10-15 лет. Именно конструкция «сообщества» удобна для оккупантов: она позволяет объединять нескольких задержанных в одно большое дело и приписывать им роли в якобы организованной группе.

За «содействие терроризму» минимальный срок за вербовку и вовлечение увеличили с 5 до 7 лет, а за пособничество в теракте — с 10 до 12 лет. 

Наиболее показательное изменение — статья о «государственной измене». Теперь за нее в России предусмотрено наказание от 12 до 20 лет или пожизненное лишение свободы.  Для жителей оккупированных территорий эта статья стала одним из главных инструментов преследования: оккупанты трактуют как «измену» поддержку Украины, якобы передачу информации о российских военных, финансовую помощь или покупку украинских военных облигаций.

Также ужесточили наказание за «диверсию». Максимальный срок увеличился до 20 лет, а в отдельных случаях — до пожизненного заключения. Перечень объектов, посягательство на которые может квалифицироваться как диверсия, расширили: туда включили объекты топливно-энергетического комплекса, оборонно-промышленного комплекса, Минобороны РФ, Росгвардии и другие структуры.

Отдельно россияне ввели ответственность за «содействие выполнению решений международных организаций», в которых РФ не участвует, если эти решения касаются уголовного преследования российских чиновников или военных. Наказание — от штрафа до 5 лет лишения свободы.

Как оккупанты судят мелитопольцев

Мелитополь с первых месяцев оккупации стал одним из центров российской репрессивной системы на захваченной части Запорожской области. Схема почти всегда одинаковая. Человека задерживают или похищают, долгое время могут удерживать без связи с родственниками, затем появляется видео с «раскаянием» или «признанием», а впоследствии — приговор на десятилетия. Во многих таких делах нет независимых подтверждений версии российского следствия. Доказательства не показывают, процессы часто проходят за закрытыми дверями, а вся публичная часть дела сводится к сообщениям ФСБ, оккупационных судов и пропагандистским сюжетам.

Один из последних примеров — приговор жителю Кирилловки Сергею Дзямке. Так называемый Мелитопольский межрайонный суд приговорил мужчину к 10 годам колонии строгого режима. Оккупанты считают его участником террористической группы.

По версии оккупационного следствия, в декабре 2022 года Дзямка якобы получил в Telegram предложение забрать посылку. Ее, как утверждается в материалах дела, передали как «картошку от Руслана». Впоследствии в мешке якобы нашли компоненты взрывного устройства, в частности мину МОН-100 и электродетонатор. Помимо тюремного срока, Сергею Дзямке назначили штраф в 500 тысяч рублей, а также конфисковали автомобиль и мобильный телефон.

Сергей Дзямка. Фото с ресурсов оккупантов

Другой житель Кирилловки Сергей Чумаченко получил 26 лет лишения свободы. Оккупанты заявили, что 47-летний охранник базы отдыха якобы готовил покушение на главу поселковой администрации. По версии российского следствия, он дважды закладывал взрывчатку: возле киоска и у входа в администрацию. Устройства, как утверждают силовики, не сработали. Его осудили за «диверсию».

Сергей Чумаченко. Фото с ресурсов оккупантов

Еще один фигурант Алексей Попадейкин приговорен к 20 годам колонии. Его обвинили в участии в «террористическом сообществе» и подготовке взрыва автомобиля оккупационного мэра и начальника полиции Юрия Балабина. Брат Алексея, Петр Попадейкин, по версии захватчиков, отвечал за обустройство тайников. 

Алексей Попадейкин. Фото с ресурсов оккупантов

Все четверо мужчин: Дзямка, Чумаченко, Алексей и Петр Попадейкины были похищены 11 августа 2023 года прямо с улиц Кирилловки. По имеющейся информации, их долгое время удерживали в неизвестном месте и подвергали пыткам.

Еще один приговор вынес так называемый «Запорожский областной суд» в оккупированном Мелитополе. 23-летнего местного жителя приговорили к 12 годам колонии строгого режима и штрафу в 500 тысяч рублей. По версии оккупационного следствия, молодой человек якобы был втянут в «диверсионную группу» в начале 2023 года. 

Россияне утверждают, что он познакомился с мужчиной, представившимся сотрудником ГУР Украины, согласился сотрудничать за вознаграждение, а затем помогал организовать «схрон» со взрывчаткой.

Осужденный мелитополец. Фото с ресурсов оккупантов

Ранее российская сторона уже заявляла о «раскрытии» подобной группировки в Мелитополе. Тогда 23-летнему Виталию Скороходу приписали серию подрывов железнодорожной инфраструктуры и назначили 19 лет лишения свободы.

Виталий Скороход. Фото с ресурсов оккупантов

Отдельное направление репрессий — дела о «государственной измене». Так, 66-летнюю Ларису Беляеву, врача-терапевта из Любимовки Михайловского района, приговорили к 14 годам колонии общего режима. Женщину обвинили в «государственной измене» из-за покупки украинских военных облигаций.

По версии ФСБ, Лариса Беляева, будучи гражданкой Украины с вынужденно полученным российским паспортом, в 2023-2024 годах приобрела через приложение «Дия» 102 военные облигации Украины на сумму около 270 тысяч рублей. Российские силовики расценили это как «финансирование ВСУ» и деятельность, направленную против безопасности РФ.

Лариса Беляева. Фото с ресурсов оккупантов

Еще одно дело по обвинению в «государственной измене» — приговор Оксане Иванченко, жительнице Мелитопольского района и матери четверых детей. Российские следователи заявили, что женщина якобы передала представителю иностранного государства информацию о местонахождении российских военных, техники и адресе военной комендатуры. За это ее приговорили к 14 годам и 9 месяцам лишения свободы в колонии общего режима. Верховный суд РФ оставил приговор без изменений.

После вынесения приговора Оксану Иванченко этапировали в колонию в поселке Березняки Пермского края РФ. 

Оксана Иванченко. Фото с ресурсов оккупантов

Под удар оккупантов попадают и люди, которые просто выражали проукраинскую позицию в соцсетях. Так произошло с 29-летним жителем Мелитополя Кириллом Приходько. 

Его похитили еще летом 2022 года после комментариев в соцсетях, где он радовался ударам по позициям российских войск и писал о поддержке ВСУ. Позже оккупанты внесли мужчину в российские списки «террористов и экстремистов». Ему инкриминируют ч. 2 ст. 205.2 УК РФ — «публичные призывы к осуществлению террористической деятельности с использованием интернета».

Санкция этой статьи предусматривает до 7 лет лишения свободы. Но самое страшное в этой истории — неизвестность. Несмотря на заявления оккупационных структур о завершении расследования еще в 2024 году, до сих пор нет открытой информации о приговоре и месте нахождения Кирилла Приходько.

Кирилл Приходько. Фото с ресурсов оккупантов