Вера в путинский режим рушится: эксперты — о чрезвычайной ситуации в оккупированном Крыму
То, что происходит во временно оккупированном Крыму, — часть многоступенчатой операции Украины. Сначала была уничтожена военно-морская логистика, затем — железнодорожные паромы и ПВО. Успешные удары Украины по логистике и военным объектам России на полуострове открывают возможность также поразить Керченский мост.
Что происходит в оккупированном Крыму
28 июня во временно оккупированном Крыму загорелась Сакская теплоэлектроцентраль. Об этом сообщают местные паблики. А на спутниковых снимках можно увидеть, как разрастается возгорание в районе резервуаров с топливом. Информация о масштабе и причинах пожара уточняется. Тем временем ВСУ не прекращают удары по российской логистике на оккупированном полуострове. Как заявил спикер Военно-морских сил ВСУ Дмитрий Плетенчук, это часть продолжающейся многолетней операции.
“Мы наблюдаем очередной этап многоступенчатой операции. Речь даже не о месяцах, а о годах. Сначала была уничтожена военно-морская логистика, потом — железнодорожные паромы, параллельно уничтожались ПВО и объекты в так называемом сухопутном коридоре”, — сказал он в эфире марафона “Єдині новини”.
C 26 июня россияне ввели в оккупированных Крыму и Севастополе режим чрезвычайной ситуации регионального характера. Оккупационные власти заявили о решении и призвали не беспокоиться. Однако, как отмечают аналитики Института изучения войны, из-за регулярных ударов ВСУ аннексированный полуостров массово покидают не только российские туристы, жители, но и военные РФ вместе с сотрудниками служб безопасности и представителями оккупационных властей.
Местные Telegram-каналы публикуют видео очередей из машин, которые стоят в пробке на мосту на выезд из Крыма. Речь идет о свыше 2 тыс. автомобилей.
Украинские удары в Крыму нацелены на то, чтобы изолировать полуостров. Эту цель открыто называл министр обороны Украины Михаил Федоров. Ночью 20 июня ВСУ ударили по переправе через Керченский пролив. Среди целей были системы противовоздушной обороны, топливные склады и три автомобильных парома. Британская разведка считает, что это почти наверняка усугубило и без того серьезные проблемы с поставками в Крыму. Там также уточнили, что такие выверенные удары могут позволить ВСУ добраться и до еще одной важной цели в регионе.
“Широкий спектр целей, на которых сконцентрирована Украина, также ослабляет российскую противовоздушную оборону даже в хорошо укрепленных приоритетных местах, таких как Керченский пролив. Это расширяет возможности Украины по нанесению ударов по Керченскому мосту — стратегической и политически чувствительной цели, открытой Путиным”, — говорится в публикации Министерства обороны Великобритании в соцсети Х.
Крым, который Путин годами выдавал за свою главную якобы историческую победу, теперь становится для Кремля уязвимым местом. По данным The Wall Street Journal, регулярные удары Сил обороны Украины по российской логистике и инфраструктуре на полуострове превращают его из так называемой жемчужины империи в военный пассив. И это уже влияет на способность России продолжать войну против Украины.
Зарубежные аналитики связывают участившиеся удары по временно оккупированному Крыму со стремлением Киева усилить давление на Москву и подтолкнуть ее к мирным переговорам. Именно страх за Крым и за собственную власть способен заставить диктатора искать пути к мирному урегулированию, считают эксперты.
Ситуация в Крыму в оценке экспертов
Какая ситуация в оккупированном Крыму? Как ВСУ удается эффективно бить по военным объектам оккупантов на полуострове? Действительно ли из Крыма выезжают россияне? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы:
- Ахтем Чийгоз, заместитель председателя Меджлиса крымскотатарского народа, народный депутат Украины;
- Юрий Богданов, консультант по стратегическим коммуникациям, публицист;
- Игорь Романенко, основатель благотворительного фонда “Закроем небо Украины”, генерал-лейтенант;
- Андрей Сидельников, политик, лидер международного движения “Говорите громче!”.
АХТЕМ ЧИЙГОЗ: Россияне бегут из Крыма
— Российская карательная система в оккупированном Крыму проявляется в самой жесткой форме. Это обыски, это зачистки. По-другому и быть не может — это бандитская система террористического государства.
Что касается приехавших в Крым россиян, то — чемодан, вокзал, РФ. Как хотят — по мосту, под мостом, вплавь — это уже их проблемы. Потому что они — соучастники преступлений Путина. Они приехали в Крым, занимаются там рейдерством и грабежом. На это всегда и была настроена российская сущность.
Поэтому чем больше мы будем заходить своими войсковыми инструментами, тем больше у них будет беспокойства. А то они, видишь ли, не хотят проблем, хотят просто кайфовать. При этом их вообще не волнует, в каком состоянии находятся наши люди.
Россияне, можно сказать, уже убегают, потому что их безопасность нарушена. Русский человек, украв чужую территорию, чужое имущество, ждет, что его будут защищать военные. Но военные не способны дать эту защиту. Бояре, цари — тоже не способны. Поэтому они сейчас и уезжают из Крыма.
После 12 лет жизни на халяву, пренебрегая тем, что россияне, мягко говоря, находятся в гостях у местного украинского населения, после того как издевались, арестовывали, убивали, насиловали, грабили, — мы должны еще думать о том, как им будет удобнее уезжать? Нет, пусть едут домой.
На Керченском мосту очередь 15 км, люди пешком ищут альтернативные маршруты, сидят буквально на чемоданах и не могут выехать, потому что нет бензина, не ходят автобусы, ограничены поезда. Мост практически каждый день закрывают на большую часть светового дня, не говоря уже о ночи, потому что наши военные инструменты туда достают.
Но самое главное — россияне уже поняли, что Крым ни в какую их страну не возвращался и что Крым — это Украина. Они все чаще начинают об этом говорить. Хотя это не значит, что они там восстание поднимают. Россияне сейчас пытаются говорить: “Зачем нам из-за этого Крыма столько проблем? Зачем он нужен?”. Такие разговоры звучат все чаще. Но это не симптом того, что они наконец-то готовы бороться за собственное достоинство.
Для Путина важно показать, что все под контролем, что принимаются какие-то превентивные меры ради стабильности. А стабильность для них — это чтобы, не дай бог, не случился бунт.
Если крымские татары за 12 лет сломали все их политические проекты, так и не став частью “русского мира”, то это уже показатель. Я еще в 2014 году говорил: не забывайте, что мы — носители Крымского ханства и превратить себя в фольклорную нацию мы никому не позволим.
ЮРИЙ БОГДАНОВ: Ситуация в Крыму будет ухудшаться
— Главное, что мы должны понимать в нынешней ситуации: Украина на сегодняшний момент, по крайней мере, не преследует цели провести военную операцию в Крыму или масштабное контрнаступление. Такие планы никому не известны.
Главная задача Украины сейчас — это, в первую очередь, сдерживание южной оккупационной группировки войск, которая удерживает Крым и прилегающие территории.
Для России континентальная Украина становится слишком тяжелой и невыносимой задачей, учитывая, насколько Путин сам привязан к Крыму — и как с точки зрения пиара, и как символа, и как инструмента легитимации всей его политики.
Очевидно, что Путину плевать и на крымчан, и даже на тех переселенцев, которых он перевез на полуостров начиная с 2014 года. Он все равно будет пытаться удержать Крым любой ценой.
Чем больше сил и средств будет уходить на удержание Крыма и соответствующей группировки войск, тем сложнее России будет вести войну на других направлениях.
Топливный кризис на юге России, от которого зависит и снабжение Крыма, будет только усиливаться. Ситуация там сложная — это уже очевидно, и как бы РФ ни пыталась это представить иначе, она будет ухудшаться.
Топливо туда практически невозможно нормально доставлять, кроме как через Керченский мост. Россия, конечно, будет пытаться это делать, но этого будет недостаточно для полноценного обеспечения жизнедеятельности региона. Сейчас уже видно, что в Крыму, например, возникают перебои даже с транспортом — не хватает топлива, ограничено движение.
Я думаю, что в ближайшее время ситуация не улучшится и России придется направлять все больше ресурсов именно на удержание Крыма. Вместо того чтобы искать выход из войны или переговорные решения, Путин продолжит тратить ресурсы на поддержание “картинки”.
Если говорить о военной составляющей, то разрушение Керченского моста и изоляция так называемой “федеральной трассы Новороссия” могут серьезно ударить по российской группировке на юге. Потому что все снабжение этих частей — в Запорожской, частично Херсонской областях — завязано на Крым и сухопутный коридор.
Если удастся изолировать российскую группировку и усложнить ее логистику и эвакуацию, то это будет серьезным ударом по боеспособности и моральному состоянию. Возможно, это станет одним из ключевых факторов этой войны.
Уничтожение Керченского моста — все еще крайне сложная задача. Россия, вероятно, будет пытаться прикрывать мост гражданскими объектами, но Украина, скорее всего, продолжит попытки его изоляции и превращения Крыма в непригодную для военно-политического использования территорию.
Цель атак на объекты в Крыму — не в том, чтобы вызвать восстание россиян, а в том, чтобы подорвать веру в режим. Режим держится на восприятии Путина как сильного и эффективного лидера. И как только эта вера начнет рушиться, изменится и готовность общества поддерживать войну.
Сегодня российский режим находится в точке максимальной уязвимости. В РФ практически не осталось сил, которые воспринимают Путина как эффективного правителя. И если процесс продолжится, это приведет к подрыву легитимности власти. А в таком случае возможны и переговоры — но уже не с текущим руководством.
При этом российская пропаганда создает параллельную реальность. Многие граждане действительно отстранены от политики, но большинство все же понимает, что происходит, просто не выражает это публично. Они понимают, что идет война, просто предпочитают не артикулировать это социально.
Если говорить стратегически, то нынешняя политика Путина ведет к дальнейшей дестабилизации России и потенциальному внутреннему кризису.
ИГОРЬ РОМАНЕНКО: Украина подошла комплексно к нанесению ударов по военным объектам в Крыму
— Усилиями ударных средств Сил обороны Украины — таких, как дроны с искусственным интеллектом, американские и украинские разработки, — которые работают с элементами автономности и более высокой эффективностью, было оказано значительное воздействие на логистику противника.
С одной стороны, это дало эффект по нарушению логистических цепочек. С другой — применяются ударные системы, работающие на оперативную глубину 250-300 км. И здесь используется не только беспилотная авиация, но и ракеты, включая крылатые.
Вся работа ВСУ в комплексе приводит к коллапсу в Крыму и соответствующим последствиям. Основная цель таких действий — снижение потенциала российских подразделений и частей. Для этого, естественно, проводится разведка всех видов, включая агентурную. Там работают партизанские сети, силы специальных операций и другие элементы.
Для нанесения таких ударов необходимо подавление противовоздушной обороны. Поэтому сначала наносились удары по комплексам типа “Панцирь”, по радиолокационным станциям и другим элементам системы ПВО. После этого, используя образовавшиеся “дыры” в системе, наносятся удары по ключевым объектам.
Эта система работает постоянно и наращивает свой потенциал: увеличивается количество ударных беспилотников, используются ракеты различного типа — крылатые ракеты, такие как Storm Shadow, “Нептун” и другие, в зависимости от задач.
Как пример можно привести ракеты “Фламинго”. Возникали вопросы относительно их точности и способности поражать цели. Это достаточно крупная цель с точки зрения систем ПВО, поэтому она уязвима для перехвата. Однако в ходе разработки совершенствуются системы наведения — изначально использовались инерциальные, но сейчас они модернизируются.
Применяется очень широкий спектр средств — дроны, ракеты, различные типы вооружений, включая новые разработки. Параллельно ведется работа над баллистическими системами и зенитными комплексами. Это масштабный комплекс программ, который реализуется в сжатые сроки.
АНДРЕЙ СИДЕЛЬНИКОВ: ВСУ могут разрушить Керченские мост в ближайшие месяцы
— На Керченском мосту недостаточно просто разрушить какой-то пролет. Необходимо разрушить опоры моста, а это достаточно сложная военная задача. Опоры очень прочные, и здесь нужна высокая точность. На мой взгляд, требуется методичная работа по разрушению.
Как только у ВСУ появится такая возможность, когда будет гарантировано разрушение не просто пролета Керченского моста, который можно через какое-то время отремонтировать, — а мы уже проходили это за время полномасштабного вторжения и видели подобные разрушения, — вот тогда, собственно говоря, это и произойдет.
Я сейчас говорю о желаниях людей, о желаниях украинцев. Я это вижу, слышу и обсуждаю практически ежедневно, потому что все эти годы полномасштабного вторжения живу в Украине. И действительно очень хотелось бы, чтобы это произошло.
Пробки сегодня есть, завтра их может не быть. Поэтому, конечно, Путин в определенной степени прикрывается людским ресурсом. Но, как я считаю, это все-таки не главная причина. Главная причина в том, что необходимо действительно точное вооружение, способное гарантированно поразить цель.
Так что мы все просто ждем, когда произойдет разрушение Керченского моста. Думаю, это должно произойти в ближайшие месяцы — во всяком случае, это необходимо для полного контроля логистических путей, для отсечения российского агрессора от возможности доставлять военную продукцию.
Читайте также: Российской армии стало тяжелее наступать — ВСУ выбивают логистику: эксперты о том, что происходит на линии фронта