“Вычищают” мужчин от 18 до 55 лет: о принудительной мобилизации и геноцидных практиках РФ на юге Украины рассказал правозащитник

РФ вышла из ряда ключевых международных договоров, в первую очередь связанных с европейской системой безопасности и защиты прав человека. Она превратилась в государство, где правовой режим диктуется исключительно политической целесообразностью. Пропаганда и принудительная мобилизация стали инструментами контроля, а права человека на временно оккупированных территориях Украины фактически сведены к лояльности местной власти. Об этом в эфире телеканала FREEДOM рассказал правозащитник, исполнительный директор Украинского Хельсинкского союза по правам человека (УХСПЧ) Александр Павличенко.

“Россия не руководствуется никакими принципами права, которые имеют отношение к верховенству закона. Поэтому говорить о том, что права человека на оккупированных территориях имеют ценность, кроме как право находиться на территории и быть лояльным к оккупационной власти, невозможно. Все остальное рассматривается как противодействие или нелояльность населения к местной власти и, соответственно, карается. Пропаганда, естественно, очень сильно развита, и это один из инструментов влияния на местное население”, — указал он.

Страна-агрессор возвращается к практике Советского Союза, когда пропагандистская машина работала одновременно и на внутреннюю аудиторию, и на внешнюю, формируя нужные образы и программы для оправдания политики государства.

“Сейчас Россия старается действовать так же, создавая специальные картинки, программы, в том числе программы “восстановления жилья”. Население, которое фактически владеет большим количеством жилья на этих территориях, но вынуждено эмигрировать, лишается собственности незаконным способом — она отнимается и изымается. Это один из примеров того, как там работает “право”, — подчеркнул Павличенко.

При этом наличие российского паспорта на оккупированных территориях превращается в угрозу: людей могут сразу мобилизовать и отправить воевать против Украины, что фактически означает риск вернуться либо убитым, либо раненым.

“Это тоже инструмент контроля и даже геноцидной практики. К примеру, на неподконтрольной Украине части Херсонской области, все мужское население от 18 до 55 лет просто “вычищается” с территории. Для России это способ пополнить мобилизационный ресурс и подавить любое сопротивление. Для местных жителей — это форма геноцидной расправы. Противодействовать этому, находясь на этих территориях, практически невозможно”, — заявил правозащитник.

После выхода из международных договоров Россия фактически лишила себя правовых ограничений, объяснил эксперт.

“Главная проблема сегодня состоит в том, что международные механизмы привлечения к уголовной ответственности почти не работают. У нас есть Международный уголовный суд, и мы говорим о том, что идет процесс создания специального трибунала по преступлению агрессии Российской Федерации против Украины. Международный уголовный суд сегодня фактически ослаблен санкциями США, а ряд союзников Вашингтона также выражают сомнения в его работе — вплоть до заявлений о возможном выходе из Римского статута, основополагающего документа МУС”, — акцентировал спикер.

Он добавил, что речь идет не только о политике оккупации и ее последствиях, квалифицируемых как военные преступления, но и о самом акте агрессии. В то же время создание специального трибунала по агрессии России против Украины сталкивается не только с международными санкциями и ослаблением роли Международного уголовного суда, но и с субъективными факторами.

“Возвращаемся к вопросу, будут ли привлечены к ответственности те, кто совершает сегодня эти преступления? Это политическая верхушка как Российской Федерации, так и оккупационных режимов, то есть те, кто непосредственно персонально несет ответственность за совершение этих преступлений. Решение о привлечении к ответственности будет зависеть от исхода войны. В мирных соглашениях могут быть прописаны условия наказания виновных или, наоборот, компромиссные положения, которые станут частью договоренностей”, — сказал Павличенко.

Украина продолжает системную работу по документированию военных преступлений России, несмотря на ослабленное состояние международных механизмов правосудия.

“Фиксация и анализ последствий преступлений ведутся правоохранительными органами и организациями гражданского общества при поддержке партнеров. Материал этой войны, как никакой другой, записан и зафиксирован благодаря тому, что сегодня мы живем в цифровом обществе, и большое количество мобильных телефонов фиксируют информацию, которая может обрабатываться и сниматься со всех каналов связи”, — отметил исполнительный директор УХСПЧ.

Обширная база доказательств преступлений станет основой для будущих судебных процессов. Однако международная система преследования за такие преступления находится в ослабленном состоянии, и параллельно необходимо работать над ее укреплением или созданием новых инструментов, убежден правозащитник.

Читайте также: Иллюзия восстановления: ЦПД раскрыл реальные цифры жилищной программы РФ в Донецкой области

Как сообщалось, за неделю из российской оккупации удалось спасти 28 украинских детей.